Кристоф Хардебуш - Месть троллей

37

Стен никогда не любил ждать. Терпение не относилось к числу его достоинств, это ему самому было известно.

И хотя он разными способами пытался развить в себе это качество, но не преуспел. Так было и сейчас: он внешне оставался спокойным, но внутри все бурлило, и он не желал ничего более страстно, чем начать наконец действовать. Они засели вместе с Натиоле в одной из таверн, чтобы перекусить в ожидании известий от Линорел. Стен ел суп с черным хлебом, как вдруг заметил, что Натиоле усмехается во весь рот.

— Что? — раздраженно спросил юный воин.

— Ты выглядишь так, словно хочешь задушить бедный хлеб, — со смехом сказал Натиоле; Стен, надувшись, посмотрел на свою руку, и ему пришлось согласиться с другом, ведь он, не замечая того, раскрошил весь хлеб.

— Да я вообще не голоден, — вздохнув, ответил Стен и смахнул крошки со стола. — Не голоден совсем.

— Нервничаешь? — с сочувствием спросил Натиоле, и Стен кивнул.

— Да. У нас должно получиться, Нати, должно!

— Мы справимся, мы вытащим их, — успокоил его друг.

— Мы должны. В противном случае это будет означать для них смертельный приговор! — пылко прошептал Стен и испуганно огляделся.

К счастью, в таверне почти не было посетителей, а присутствующие, казалось, не обратили на Стена никакого внимания. Немного наклонившись вперед, влахак тихо продолжил:

— Цорпад не будет медлить. Он сразу убьет их. Таким образом попытается ослабить моральный дух войск Ионны — устроит публичную казнь заложников.

— Это довольно глупо. Думаю, он понимает, что подобное может вызвать восстание. Ведь он тихо и тайно отправил тебя в лес, помнишь? А Висинию народ тоже любит.

— Возможно, — допустил Стен, но затем попросил: — Можно больше не говорить об их смерти?

— Конечно. Если Октеиу найдет возможность пробраться в крепость, тогда мы можем осуществить задуманное, Стен. Выше голову! — подбодрил его Натиоле.

— Если мы окажемся внутри, то должны заодно прикончить и Цорпада, — сердито прошипел Стен.

— Давай не будем спешить! — рассмеялся Натиоле. — Все по порядку. Время Цорпада еще придет, не волнуйся.

— Я надеюсь, что гонец добрался до Ионны. Ей понадобится время, чтобы собрать армию. Многие работают на полях и не захотят воевать.

— Ты прав. Может, поэтому Цорпад, скорее всего, и не стал нападать раньше, хотя у него и были возможности. А может, мы ошибаемся, Стен, ведь такое промедление вообще имеет мало смысла. Может быть, он не планирует никакого нападения.

— Этот вопрос давно грызет меня. Но Цорпад хочет войны, в этом я уверен. Возможно, он надеется застать нас врасплох. Нанести один сокрушительный удар осенью. На нападение едва ли кто-то рассчитывает. Возможно, он настолько уверен в себе, что планирует быстро победить в этой войне. Тогда ему не придется ожидать ответного удара или нападения с востока в течение зимы. Не забывай, что Цорпад — враг не только наш.

— Точно. Если он разобьет мятежников в преддверии зимы, то реакция обоих марчегов последует не ранее следующей весны, что дает ему достаточно времени, чтобы подготовиться, — задумчиво согласился с ним Натиоле. — Хотя все равно это большой риск. Если он не сможет быстро сломить наше сопротивление, то военный поход закончится с первым снегом. А тогда мы тоже сможем воспользоваться зимой для подготовки.

— Значит, он должен быть очень уверен в себе. Тем более важно побольше узнать о планах тирана. Что у него в рукаве? — спросил Стен. — Мы знаем, что он не боится рисковать. Он самолично участвовал в осенней битве. Но он также и опытный стратег, который знает сильные и слабые стороны своих людей. Если он выжидает, значит, есть веская причина.

— Осенняя битва… да… тогда мы его почти… — погрузился в воспоминания Натиоле.

— Но это было под конец кампании, которая началась весной, — перебил его Стен, и его друг кивнул.

— Возможно, мы узнаем больше, когда попадем в крепость, — стал размышлять Натиоле и со смехом добавил: — Ты можешь быть проводником. Это будет уже не первое твое посещение крепости!

Воспоминание о времени, проведенном в подвалах Цорпада, заставило Стена вымученно рассмеяться.

— Нижние помещения я бы не советовал посещать. Сыро и холодно, да и люди довольно неприветливые.

Но, прежде чем Натиоле успел ответить, открылась дверь и вошла Линорел, а за ней и Октеиу. Оглядевшись, они подсели к их столу.

С дико бьющимся сердцем Стен спросил:

— Ну?…

— Хорошие новости, — сообщила им Линорел. — Подруга Октеиу откроет дверь для прислуги.

Стен с облегчением откинулся на спинку стула и послал короткую благодарственную молитву духам. Без посторонней помощи попасть в крепость Ремис было вообще невозможно.

— Она украла ключ, — явно нервничая, заявил Октеиу. — Но боится, что ее раскроют. Поэтому мы должны действовать немедленно!

Мгновение Стен озадаченно смотрел на мужчину. «Он неважно выглядит, — подумалось юному влахаку. — Какой-то затравленный… Неудивительно, ведь мы все живем в постоянном страхе». А вслух произнес:

— Как только провернем дело, то все должны исчезнуть из Теремии. Цорпад будет бушевать. Отправимся в Мардев, там мы будем в безопасности и сможем отдохнуть!

Линорел хотела запротестовать, Стен не дал ей сказать и слова.

— Никаких возражений. В Теремии станет слишком опасно.

— Посмотрим, — ответила предводительница мятежников в городе. — Но ведь кто-то должен присмотреть за Цорпадом.

— Потом. Для начала нужно выбраться живыми, — подытожил Стен, и Натиоле согласно кивнул.

— Тот, кто проникнет в крепость, должен будет покинуть город. Ты пойдешь с нами, Лино?

— Да, — вздохнув, сказала Линорел, — вероятно, ты прав, — признала она потом. — Кроме того, если будет война…

— Тогда у всех нас в Мардеве будет полно дел, — Натиоле закончил за нее фразу, и Стен оглядел присутствующих влахаков, радуясь тому, что этот пункт прояснен.

— Ну что, в путь? — спросил он, все кивнули.

Они заплатили за еду и покинули таверну. В темном переулке их обдало холодным ветром, который закрутил их плащи. Над городом повисли низкие тучи, вдалеке на севере периодически сверкали молнии, которые отражались в облаках багровыми зарницами.

— По крайней мере, ночью будет темно, — сказал Натиоле, плотнее закутываясь в плащ.

— Ни луны, ни звезд, — добавила Линорел.

А Октеиу, бледное лицо которого мелькало в свете окон таверны, глухо добавил:

— Темная ночь. Злая ночь.

Стен обеспокоенно взглянул в лицо влахака и подумал: «Октеиу, несомненно, следует отдохнуть».