Елена Лобанова - Без Предела

Даэрос собирался поговорить с Инэльдэ сразу после посещения тюрьмы, но Тёмная, похоже и сама была не против разговора. Напротив — очень даже "за". Она прохаживалась по дорожке у нижнего выхода, поджидая своего оскорбленного и разобиженного супруга. С её стороны было крайне благоразумно не взять с собой никакой свиты — ни замученной Таильмэ, ни Воительницы с секирой. Однако сказать, что Правительница маялась ожиданием в полном одиночестве, было нельзя. Ради этого относительного одиночества она прихватила с собой верное средство для налаживания отношений — Айшака. Средство гарантировало отсутствие подданных поблизости и немедленное благорасположение Даэроса. Ар Ктэль оценил разумный ход: радостно мотающий хвостом Айшак не располагал к ссорам. Он вообще ни к чему не располагал при встрече, кроме желания отбиться от наглой морды, которая фыркает в ухо и бодается. К тому же наличие Айшака прозрачно намекало на того, с кем желает побеседовать Инэльдэ.

— Ну, не принес я тебе яблок, прости ушастый. — Даэрос погладил храп верного друга и почувствовал, как ему что-то пихают в руку.

Рассмотреть яблоко он не успел. Айшак не считал нужным долго разглядывать яблоки. Инэльдэ так же молча взяла корзинку, предусмотрительно поставленную на камень повыше, и отдала Даэросу. Ар Ктэль представил себе эту сцену со стороны и сам чуть не фыркнул как Айшак. Стоят двое вполне взрослых Темных, ну, ладно — один не очень Тёмный, молчат и обхаживают существо сомнительной породы — один кормит, другая гладит.

— Про хряка — это не я! — Инэльдэ решила не начинать беседу издалека.

— А про два раза!? — Даэрос уже почти не злился и спрашивал скорее для поддержания беседы. Инэльдэ выглядела уж очень смущенной и виноватой.

— Это… я. Да. Не знаю, как объяснить, но я же не в плохом смысле рассказывала!

— То есть меня не обсуждали?! В плохом смысле? — Ар Ктэль уже почти забавлялся такой нелепой ситуацией.

— Сначала, конечно, в не очень хорошем смысле обсуждали. — Правительница старательно наглаживала Айшака. Тот даже яблоко жевать забыл. Так и стоял с оттопыренной губой. — Но потом, когда мы обсудили всё нехорошее, я же не могла не сказать, что есть и хорошее.

— А-а! То есть, когда два раза и поперек кровати, это — хорошее? — Даэрос уже понял, что это была за тема такая "хорошая". Инэльдэ только кивнула и принялась чесать Айшаку холку уже двумя руками. Но не воспользоваться моментом и не развить беседу в этом направлении Даэрос уже не мог. Нормальное мужское любопытство требовало выяснить все подробности: насколько он хорош. — А что девы? Согласились с тобой?!

— Не совсем. — Инэльдэ переместилась поближе, взяла из корзинки яблоко и сунула в пасть Айшаку. За ним последовало второе и третье.

Не открыть рот для яблока Айшак не мог, но и глотать их, не жуя, не умел. Даэрос был вынужден перехватить руку Инэльдэ с четвертым яблоком. Смущение смущением, но скотина-то не виновата!

— Инэльдэ, это же Айшак, а не полевая мышь. Айшак, плюнь, подавишься! Понятно… придется доставать, сам он ни за что яблоко не бросит. — Даэрос отважно полез в пасть мотающему головой боевому зверю. — Да отдам я их тебе потом, упрямое животное! Лучше бы ты укроп принесла! Так почему девы не согласились? — Айшак и яблоки никак не могли конкурировать с такой интересной темой. — Они считают, что два раза мало? Так я могу….

— Ой, нет, не считают! — Инэльдэ предпочла бы избежать доказательств. Даэрос был очень добросовестным супругом. Даже где-то слишком. И никакие уверения, что всё замечательно на него не действовали. Наверное, сказывалось длительно общение с гномами. Так что все эти "хорошо, замечательно, великолепно" вызывали его немедленное желание проверить и подтвердить. Причем не словами. Она именно так и заявила во время той, будь она неладна, беседы. Это Кошмар, противная птица, запомнил только два слова. — Просто, после того как ты всех… отругал, они были очень… расстроены. И сказали, что всё хорошее — это только для меня хорошее. А они-то здесь не при чем.

Похоже, что больше подробностей Инэльдэ сообщать не собиралась. Айшак жевал два яблока сразу и косился на одно обслюнявленное, которое любимый хозяин отнял. Боевой зверь напомнил Даэросу о своей прежней хозяйке. Полутемный горестно вздохнул. Где-то он и сам был виноват — не предупредил Инэльдэ насчет Вайолы. Насколько по этой части была осведомлена Таильмэ, он и вовсе понятия не имел. Но не мог же он еще и эти мелочи учитывать.

— Инэльдэ, ты хоть понимаешь, кому и что ты рассказывала? Во мне что, кроме вот этого больше ничего хорошего не нашлось?

— Я понимаю… — Ар Туэль и впрямь являла собой полное осознание своей вины. — Это личное. Не стоило вообще об этом говорить. И, конечно, ты еще добрый, сильный, талантливый! Но это и так все знают!

— Инэльдэ! — Даэрос даже не знал: действовать помягче или припечатать как есть. — Я знаю, что некоторые девы очень любят пообсуждать… То есть, по какому поводу не соберутся, но в итоге всё скатывается к разговорам о мужчинах. Ладно, мужчины тоже так… умеют. Но ты кое-что забыла. Эти твои рассказы про "всё хорошее" были недостойны вдвойне! Изложи, какие именно подробности ты сообщила двум незамужним девицам, а?

Темная превратилась в багрово-красную.

— Подробностей никаких и не было! Я просто сказала, что ты очень заботливый! Такой заботливый, что предпочитаешь во всем убеждаться два раза! И… и, в общем, что от этой заботы я так и остаюсь спать поперек кровати, потому что на подушку заползти сил нет! Всё! Даэрос, я клянусь, никаких подробностей не было! За кого ты меня принимаешь?!

Ар Ктэль вовремя перехватил мотнувшего головой Айшака. Айшак не ожидал вопля в ухо, а сам вопль намекал, что сейчас некая Темная перестанет чувствовать себя виноватой и разовьет тему от "за кого ты меня принимаешь" до "что ты о себе возомнил". То есть, свалит с больной головы на здоровую.

— Я тебя принимаю, за самую любимую и ненаглядную, но слегка неосведомленную Темную. Понятия не имею, что из твоих околичностей поняла Таильмэ, а вот Вайола… Она только кажется знающей повелительницей айшаков. Мы с Нэрнисом тоже заблуждались на её счет, пока она не сообщила, что "завалила и обесчестила" Сульса. Или он её…

— Вайола? Сульса? — Инэльдэ никогда не замечала за Воительницей интереса к Сульсу.

— Именно. У неё был повод. Наша Воительница пыталась таким образом избежать замужества с нофером Руалоном. А потом мы узнали подробности.

— Ужассс! От Сульса? — Инэльдэ рассчитывала только помириться с Даэросом, но никак не ожидала, что её строгий в подобных вопросах супруг начнет рассказывать эти их гадкие мужские сплетни.