Алексей Ворон - Время волков

Все змееголовые, за исключением караульных, уже спали, но спали, не снимая доспехи, сжимая в руках оружие. Кийя так и осталась сидеть, прислонившись к камню. Глаза ее были закрыты, но, думаю, она не спала, так же как я, тревожно вслушивалась в тишину антилльской ночи, прерываемую время от времени подземным рокотом.

С этого момента мои планы уже не совпадали с гадирскими. Я не мог позволить им забрать Кийю в Гадир, там мне уже не дадут ее убить. Я собирался увезти ее в горы, в то единственное место, дорогу к которому я знал, — к Мглистым Камням. На день пути от них нет ни одного жилища, можно быть уверенным, что там никто не помешает мне осуществить месть, казнь, как я сам стал ее называть. Там я смог бы, оставшись наедине с Гелионой, позволить Зверю расправиться с ней и, не торопясь, насладиться отмщением.

Однако я не представлял, как похитить пленницу из-под носа у трех десятков бдительных стражей, действительно не обратившись в Зверя. Но мои безуспешные попытки пробудить Древнего Врага до сих пор ни к чему не привели. Интересно, что же именно заставило его вырваться наружу в портовом трактире? Может быть, близость смерти? Или опасного противника? Тянуть с побегом было нельзя. Я нутром чувствовал приближающуюся опасность, ощущал, как сгущаются вокруг маленького гадирского отряда враждебные силы.

Среди ночи, в то время, когда люди видят хуже всего, я подкрался к Гелионе и тихонько дотронулся до нее. Она сразу открыла глаза, словно ждала меня. Мне не потребовалось ничего ей объяснять, я уловил ее мысли. Надежду на спасение, вот что увидела она во мне. Уж не знаю, как могло прийти ей это в голову, быть может, ей показалось, что бывший любовник все еще пылает к ней прежней страстью. Но как бы то ни было, она решила молчать и во всем помогать мне. Я не стал разубеждать царицу в ее тайных надеждах.

Тишину ночи разорвал воинственный клич антилльцев. Угроза, которую я предчувствовал, не замедлила явиться. Гадирцы ошеломленно вскакивали, разбуженные воплями и бряцанием оружия. В темноту полетели горящие стрелы, но разглядеть нападающих не удалось. Тут же вокруг нас с Кийей образовался круг из змееголовых, готовых защищать свою пленницу.

Подбежал запыхавшийся Икха, на ходу отдавая приказания. Кони ржали, вставали на дыбы. Икха приказал выкатить колесницы вперед. Караул уже сцепился с нападающими, остальные спешили ему на помощь. В этой кутерьме было нетрудно похитить Кийю, и я уже выслеживал удачный момент, но тут в голову мне пришла другая мысль. Я выхватил Икху из общей суматохи.

— Доверь мне царицу! — закричал я. — Я один смогу увести и защитить ее.

Глаза Икхи сверкали, как молнии.

— Решайся же, или будет поздно!

Рядом с нами упал гадирец, пронзенный вражеской стрелой.

— Хорошо, — согласился наконец Икха и начал выкрикивать имена гадирцев, которых он решил отправить со мной. — Уводи ее на восток, к кораблям. Я озолочу тебя. Бешеный Пес, клянусь богами! Мы прикроем ваше отступление.

— Не бойся, — шепнул я Кийе, и она едва заметно кивнула мне.

Икха внезапно решил присоединить к моему отряду Миля.

— Твои сыновья порука тому, что Гелиона окажется в Гадире, — сказал он Милю.

Кельтский воин рассвирепел, заскрипел зубами, но ничего не ответил. Маленький отряд двинулся в путь. Я не смел даже надеяться на такое везение. Гадирцы совместными усилиями помогли мне выполнить мой план. Одно лишь удручало меня — это Миль. Мне вовсе не хотелось убивать никого из моих бывших товарищей, а особенно Миля, который спас меня в предпоследней битве. К тому же здесь, среди змееголовых, на чужой и враждебной земле мы чувствовали себя сородичами, мы оба имели кельтское происхождение, говорили на схожих языках, и наши взгляды на жизнь, сформированные культурой наших племен, тоже совпадали. Я не мог убить своего собрата.

Мы двинулись прочь от криков и огней в темную антилльскую ночь. Сейчас нашей задачей было оказаться как можно дальше от битвы, скрыться от антилльцев.

Миль шел впереди, держа наготове меч, за ним я с Кийей, трое гадирцев следовали за мной. Звуки битвы отдалялись, вопли змееголовых и вой антилльцев вызывали во мне некоторые угрызения совести. Мои бывшие товарищи гибли сейчас, защищая меня. «Но это уже не волчья война, — уговаривал я себя. — Какое мне дело до того, кто из этих двух людских свор победит, а кто погибнет? В любом случае победители кинутся меня преследовать».

Я резко развернулся и проткнул Мечом следовавшего за мной гадирца, он рухнул под ноги своему товарищу, который только и успел, что возмущенно зашипеть, как был настигнут следующим моим ударом. Третий гадирец выхватил меч и бросился на меня, но напоролся на клинок Миля.

— Что все это значит?! — воскликнул бывший кельтский король.

— Объясню позже, — сказал я, — сейчас надо спешить. Нам нужно было успеть добраться до гор, а там волк найдет способ укрыться. Хвала Икхе, он предусматривал возможность нападения и заставлял свои отряды держаться ближе к горам, чем значительно облегчил нам бегство.

— Почему ты не развяжешь мне руки? — спросила Кийя.

— Связанная ты мне нравишься больше, — ухмыльнулся я.

Она промолчала и покорно шла рядом. Поняла ли она, что я вовсе не спаситель, или решила, что я не хочу показывать своих намерений при Миле? Сейчас не было времени разбираться, нужно было отойти как можно дальше от места сражения.

Внезапно землю сотрясло мощным ударом, мы едва удержались на ногах. И прежде Антилла вздрагивала, словно в конвульсиях, но такого сильного удара еще не было.

— Это землетрясение! — воскликнула Кийя. — Горы не самое безопасное место сейчас. Зачем мы идем туда?

Я слегка подтолкнул ее, чтобы она двигалась быстрее, но Кийя развернулась и закричала:

— Нельзя идти в горы, неужели ты этого не понимаешь?! Там обвалы, а скоро станет совсем жарко. Уже было несколько извержений, надо немедленно уходить.

— Молчи и иди дальше! — рявкнул я на нее.

Кийя молча прошла несколько шагов. Повторный толчок был совсем слабым, словно эхо первого, но Кийя снова принялась убеждать меня:

— Послушай, я знаю, как покинуть остров, это нужно сделать немедленно, пока еще не взорвалась гора. Тогда погибнет весь остров.

— Правда знаешь или просто пытаешься тянуть время? — спросил я.

— Знаю, — заговорила Кийя, — там, куда тебя направил Икха, единственное место, откуда можно безопасно покинуть Антиллу. Нужно плыть на восток, прочь от острова. Может быть, ты успеешь.

— У тебя там есть свой корабль?

— Нет, — мотнула головой Кийя, — все восточное побережье уже захвачено Гадиром.

— Тогда к чему этот разговор?