У Чэн-энь - Путешествие на Запад. Том 3

– Ах, вот вы какие! – закричал старец. – Обманом вымогаете подаяния! Распустили свои лживые языки и стали бахвалиться, что можете звезды смещать и ручку Ковша поворачивать, злых духов и бесов покорять, а как дошло до дела, так испугались: «Трудно изловить»! – передразнил он.

– Да что ты, старичок?! – ласково проговорил Сунь У-кун. – Беса поймать легко, только народ у вас здесь не очень дружный, потому я и сказал: «Трудно изловить».

– Откуда ты взял, что у нас народ не дружный? – обиделся старик.

– Сам посуди, – отвечал Сунь У-кун. – Вот уже три года у вас здесь бесчинствует злой дух-оборотень. Загубил невесть сколько жизней. Если бы у вас народ был дружный, я думаю, каждый охотно дал бы хоть по одному ляну серебра. С пятисот дворов можно было бы собрать пятьсот лян, а за такие деньги всюду найдется штатный даос-колдун, который может изловить беса. Как же иначе объяснить то, что вы три года безропотно терпите мучения от этого дьявола?

– Ну, уж если говорить о деньгах, то даосам должно быть стыдно до смерти! Да кто у нас не потратил на это дело три, а то и целых пять лян серебра? Вот и в позапрошлом году наши жители ходили к одному монаху, на южный склон горы, просили его прийти изловить беса, так ничего у него не вышло.

– А каким способом собирался он изловить беса? – спросил Сунь У-кун.

Старик отвечал:

Как положено, монах облачился,Сутры толковать священные начал:Поначалу речь повел о КунцяоА потом и к Фахуа обратился.Благовонные возжег он куренья;В руки взявши золотой колокольчик,Все читал да причитал неустанно,Надлежащего исполненный рвенья.От его молений бес пробудился,Исповедывавший ересь лихую;Он услышал голос истинной верыИ, услышав его, встревожился и озлился.Облака нагнал на наше селенье,Вместе с буйными ветрами и градом,И, представ перед бессильным монахом,На него злодей напал в исступленье.Завязался бой великий меж ними,Похвалы и удивленья достойный;Кулаками бьет монах злого беса,Тот орудует когтями своими.Долго доблестный монах продержался:Голова его гола, что колено,И противник за нее ухватитьсяБыл не в силах, как он там ни старался.Все ж победа оказалась за бесом:По макушке бритой стукнув монахаТак, что череп, как арбуз, раскололся,Бес закутался завесой из праха:Как видение, в тумане исчез он.

Сунь У-кун рассмеялся:

– Выходит, что он сам пострадал!

– Пострадали мы, а он только поплатился жизнью, – сказал старик. – Нам пришлось покупать гроб и устраивать похороны, да еще ссужать деньгами его учеников, которые до сих пор не успокоились и всё грозятся подать на нас жалобу.

– И больше вы ни к кому не обращались с просьбой изловить беса? – спросил Сунь У-кун.

– В прошлом году опять звали одного даоса.

– Как же он ловил беса?

– А вот как. – И старик снова начал говорить:

Надев златой убор и облаченье,Достойный муж костяшками пощелкал,Прочел магические изреченьяНад чистою водою втихомолку;Исполнив надлежащие обряды,Даос почтенный вызвал духа злого.В покрове из тумана ледяногоЯвился тот и стал доступен взгляду.Тут начался меж ними бой жестокий,Как листья в бурю, закружились оба,И мгла, как ненасытная утроба,Их поглотила во мгновенье ока.Когда же непогода прекратилась,Туман рассеялся над местом боя.Мы все туда бегом бежать пустились,Разыскивать несчастного героя.Как курица, попавшая в похлебку,На дне ручья лежал он без движенья,Растерзанный, с разодранною глоткой, –Несчастный! Потерпел он пораженье!

– Выходит, второй монах тоже пострадал, – засмеялся Сунь У-кун.

– Да он только отдал жизнь, и все, – возразил старик, – а нам опять пришлось раскошеливаться впустую.

– Ничего, ничего! – стал успокаивать старика Сунь У-кун. – Я непременно изловлю этого дьявола.

– Если ты в самом деле знаешь, как поймать беса, то я сейчас схожу за старейшинами нашего селения, и мы напишем бумагу: одолеешь его, мы заплатим тебе столько, сколько сам назначишь, ни на полгроша не обманем. Если же он тебя побьет, то пусть с нас никто не взыскивает, такова уж, видно, воля неба.

– Ишь ты какой! – сквозь смех проговорил Сунь У-кун. – Видно, здорово тебя припугнули. Да мы ведь не такие люди. Приглашай скорей своих старейшин.

Старец очень обрадовался и тотчас велел слугам пригласить соседей слева и справа, старших и младших двоюродных братьев по отцу и матери, родных и друзей. Всего набралось восемь старцев, которые явились и представились монахам.

Речь зашла о поимке беса-оборотня. Все старцы пришли в восторг и стали спрашивать: кто же берется изловить беса?

Сунь У-кун скрестил руки на груди и, выступив вперед, сказал:

– Это я, смиренный монах!

Старцы в страхе заговорили:

– Ничего не выйдет! Тебе не справиться! Этот бес владеет множеством чар, да и сам он здоровенный. А ты, почтенный монах, такой тщедушный и маленький, что даже не заполнишь просвета между его зубами и клыками!

– Уважаемые мои почтенные господа! – смеясь, ответил Сунь У-кун. – Плохо вы в людях разбираетесь. Я хоть и мал ростом, зато очень крепкий, как говорится, «вспоили меня водой от точильного камня, лучший из всех пяти жизненных духов играет во мне!».

Старцам ничего другого не оставалось, как поверить, и они перешли к делу:

– Сколько же ты возьмешь в награду за поимку беса, почтенный монах? – спросил самый старший.

– Какая там еще награда! – отвечал Сунь У-кун. – В народе есть такая поговорка: «Кто о золоте говорит, у того пелена на глазах, кто о серебре говорит, тот круглый дурак, а кто о меди говорит, от того дурно пахнет!» Мы – добродетельные монахи и никаких денег нам не надо!.

– Судя по твоим словам, – сказали старцы, – вы действительно весьма добродетельные монахи-аскеты. Но где это видано, чтобы даром трудились? Раз ты не хочешь денег, мы можем предложить тебе другое: все мы занимаемся рыболовством и земледелием и этим кормимся. Если ты в самом деле одолеешь беса и очистишь нашу землю, каждый из нас выделит в дар по два му самой лучшей полевой земли, таким образом наберется тысяча му, которые мы нарежем в одном месте. Вы с вашим наставником возведете там монастырь и будете предаваться созерцанию, что, пожалуй, лучше, нежели скитаться по свету, подобно облакам.

– Об этом и говорить нечего! – рассмеялся Сунь У-кун. – Допустим, что мы возьмем вашу землю, значит, надо будет обзаводиться хозяйством, держать коней и слуг, платить налоги, поставлять фураж, поздно ложиться, рано вставать. Этим пред – ложением вы просто без ножа нас режете.