Ирина Цыганок - Печать смерти

– Право, я бы уступил ему свое место прямо сейчас, если бы мог.

– Но ты не можешь! – Ильяланна рассмеялась. Потом, вспомнив, где находится, резко оборвала смех. – Прости, опять меня занесло. Я не желаю ничего, кроме того, что мой род заслужил по праву. Через полсотни лет эльфийский Собор изберет нового короля. Трон Гарьера должен перейти к клану Золотых Листьев. Да свершится предначертанное! Ярвианна назовут Ги, и я смогу наконец отдохнуть от забот и подумать о себе. А до той поры…

– Ясно.

Появившийся в дверях зала мажордом провозгласил о начале ужина.

Ги Ильмариенн поднялся с трона, предложил Ильяланне опереться на его руку. Та с независимым видом положила ладонь ему на локоть. Первыми они прошли через услужливо распахнутые двери в зал с накрытыми для пиршества столами.

– Красивая пара, не находишь? – наклонился я к уху Ярвианна.

Тот скривился, словно уксуса хлебнул.

– Чем он успел тебе досадить? – спросил я эльфа. – Я еще в Маледо, когда мы груз забирали, заметил, что ты смотришь на него с неприязнью.

– Он хитрая лживая мразь. Как только орисса может терпеть этого лицемера! – сверля спины идущих впереди нас правителя и своей сестры, процедил сквозь зубы Ярвианн.

– А что такого этот лицемер сделал? – следя, чтобы нас не подслушивали, поинтересовался я.

– Он обманул ее. – Глаза Ярвианна гневно сверкнули.

«Никогда бы не подумал… – Я внимательнее всмотрелся в короля, который что-то рассказывал на ходу нашей фее, но так и не нашел скрытого притворства в благородных чертах. – Может, я что-то не так понял?»

– Как это, обманул? – тихонько уточнил у эльфа.

Ярвианн оторвался от созерцания парочки, повернулся ко мне, помедлил, потом все-таки счел достойным доверия:

– Они должны были пожениться. Задолго до моего рождения. Но в то время в роду Пурпурных Цветов осталась единственная наследница старшей ветви. Женившийся на ней мог претендовать на старшинство в обоих домах – это лишний голос в Собрании. И он нарушил слово, данное сестре, и женился на леди Яванне.

– Во-он оно что…

Дальше наш разговор прервался: когда мы рассаживались за столами, между мной и Ярвианном ухитрилась втереться вертлявая эльфиечка. Она тут же принялась беззастенчиво охмурять юного майерлинга. А я решил, что не стоит им мешать: все-таки влюбленная фея – лучшая компания, чем какой-нибудь мнимый приятель из соперничающего рода.

Ужин прошел благополучно, впереди нас ждали танцы. Я думал, что буду спокойно стоять где-нибудь у стеночки и издали наблюдать за своими «подопечными». Но не тут-то было. Эльфийские дамы, как видно решив посмеяться над заезжим увальнем, принялись приглашать меня. Хотя, возможно, дело было не в их извращенном чувстве юмора. Для честолюбивых красоток из младших родов я как майерлинг представлял такой же интерес, как и для ти-виеру женского пола из Золотых Листьев. В любом случае я не умел танцевать здешних танцев и не собирался устраивать потеху для окружающих.

– Простите, миледи, я не танцую, – с трудом сдерживаясь, чтобы не нагрубить, объяснял я очередной приставучей феечке, начисто перекрывшей мне обзор своей монументальной прической. Ярвианн, для которого нынешний прием тоже был первым выходом в свет, в отличие от меня, стенок не подпирал. Он вовсю кружился по залу с той самой соседкой по столу, а я мог только тянуть шею из-за чужих голов, чтобы не выпускать его из виду.

Спасение явилось в лице леди Ильяланны. Покинув своего венценосного ухажера, она подошла ко мне и знаком поманила Ярвианна. Тот послушно оставил партнершу, присоединился к старшей сестре.

– Для первого раза достаточно, – сообщила нам фея и направилась к выходу прямо через зал; танцующие пары вынужденно расступались.

Ильмариенн перехватил нас у самой двери.

– Уже уходишь, им дарро? – спросил с грустной улыбкой.

– Полагаю, что дала достаточно поводов злым языкам, теперь можно и отдохнуть до нового приема.

– Доброй ночи.

– Благодарю за приятный вечер, им Ги. – Фея присела, прощаясь с королем, потом, подобрав повыше шлейф, устремилась по длинному коридору к выходу из дворца.

Мы с Ярвианном отвесили правителю по поклону и поспешили следом.

– Присматривай за ней хорошенько, малыш, – негромко обронил Ги, когда я проходил мимо.

Я ничего подобного не ожидал, поэтому не нашелся сразу с достойным ответом. Уже отойдя на несколько шагов, обернулся, но двери бального зала закрылись, так что я никого не увидел. Недавние слова Ярвианна насчет «лицемерной мрази» теперь показались мне весьма уместными. Моя майру дарро могла давать мне какие угодно прозвища, но чтобы какой-то расфуфыренный молодчик, пусть даже король, позволял себе так ко мне обращаться?! Мысленно пообещал при случае припомнить это наглому эльфу.

В особняк мы вернулись глубокой ночью. Но кто-то из виеру позаботился, чтобы меня ждала горячая ванна. Я засыпал с мыслью, что в жизни майерлинга есть свои приятные стороны.

– Бурый…

Я открыл глаза, под веки словно песка насыпали, и вообще ощущение было такое, будто и не ложился. А я-то возмечтал, что сумею проспать хотя бы до полудня.

– Бурый! – требовательно повторил голос.

Я сел в постели, потирая глаза. У изголовья стоял Ярвианн.

– Ярви? Что случилось? – тут же подобрался я.

– Ничего. Идем на озеро, искупаемся.

Вокруг Гарьера было несколько крупных озер, самое ближнее – Йенно, недалеко от усадьбы Золотых Листьев.

– Ты что, рано же еще!

После антейского приключения наши с Ярвианном отношения окончательно утратили налет официальности; я и вправду стал воспринимать его как младшего братишку, и эльф, в отличие от сестры, ничего не имел против.

Я уже примерился снова завалиться на подушку.

– Ты как хочешь, а я пойду. Вода сейчас как парное молоко, и тихая…

Ярвианн направился к двери.

– Постой! – окликнул его я. Что я за телохранитель, если отпущу парня одного. – Я только оденусь.

– Поторопись, – предупредил он, – скоро Ильяланна проснется.

– И что?

– Найдет для тебя и для меня более полезное занятие.

– Это точно!

Я быстренько покончил с гардеробом. По утренней росе мы пешком отправились на берег Йенно. Солнце еще не показалось из-за горизонта, хотя розовый воздух уже был наполнен его предчувствием. Пахло травой, влажной землей, лесом, короче, пахло «утром». В полдень вы никогда не почувствуете такого запаха. Озерная вода, когда мы дошли, оказалась подернута белой дымкой, отчего сходство с молоком только усилилось.

Ярвианн скинул одежду и, пробежавшись по песочку, нырнул в парную воду. Всплеска почти не было. Я медленно снял свою рубаху, штаны. Поеживаясь на свежем ветерке, осторожно вошел в воду – она и вправду оказалась теплой и ласковой. Окунулся с головой. Волны побежали во все стороны, закачались кувшинки со спящими в них крохотными водяницами. Окончательно освоившись, набрал воздуха и сделал пару пробных гребков. Брызнули из-под руки хрустальные искры-капли, разбуженные водяницы испуганно посыпались с кувшинок в воду. Потом разглядели, что никакой опасности нет, закружились вокруг, словно маленькие белые рыбки, забавно щелкая по воде хвостами. Потом и вовсе обнаглели, принялись играючи кусать за ноги. Я пытался отогнать мелких разбойниц, но лишь раззадорил их. Когда уже собирался сбежать на берег, подплыл Ярвианн, начертил пальцем на воде какой-то знак, и озорницы, обиженно махнув напоследок хвостами, отстали.