Нобору Ямагути - Тристанийские каникулы

"Почему я должна заниматься этим?" - подумала Луиза. Ведь она - дворянка... но должна была мыть посуду и обслуживать всех этих простолюдинов... а вдобавок - выслушивать наглые речи какой-то девицы из таверны...

"С меня довольно", - пробормотала она. Сбор информации или что-то еще,  это - не моя работа. Я - легенда. В конце концов, я - маг пустоты. Почему же, скажите на милость, я должна работать официанткой в баре? Неужели для меня не нашлось более эффектной миссии?

От этих мыслей глаза Луизы наполнились слезами. В этот момент люк в полу приоткрылся, и из него показалась голова Сайто. Девочка залезла в постель: она не хотела, чтобы фамильяр видел ее плачущей.

"Вот, я принес нам еды", - позвал мальчик, поставив тарелку с рагу на стол. Но Луиза только устало ответила из-под одеяла:

- Мне это не нужно.

- Нет причин, чтобы не нуждаться в пище. Ты ослабнешь, если не поешь.

- Это не вкусно.

- Пусть и не вкусно, но другой еды все равно нет, так что ничем не могу помочь.

Луиза по-прежнему лежала, завернувшись в одеяло, и, видимо, не собиралась вылезать из постели.

Сайто подошел и сдернул одеяло. Одетая в ночную рубашку девочка присела на кровати.

- Ешь, а иначе твое тело не выдержит.

- Мои руки болят, я даже не могу держать ложку.

Луиза скулила как ребенок. Видя, что уговоры бесполезны, Сайто взял ложку с тушеным мясом и поднес ее ко рту хозяйки.

- На вот. Я покормлю тебя. Поешь. Согласна?

Девочка, наконец, съела кусочек. Слезы брызнули из ее глаз.

- Все, я так больше не могу. Я возвращаюсь в Академию.

- А как же миссия?

- Меня это не волнует. Она не для меня.

Сайто отложил ложку и посмотрел на Луизу.

- Знаешь...

- Что?

- У тебя есть хоть какие-то моральные устои?

- Есть.

- Принцесса поручила тебе это задание, поскольку доверяет тебе, не так ли? Собрать информацию, смешавшись с простолюдинами. Ведь если бы она поручила это кому-нибудь из придворных, то ей бы отказали. Поэтому она просто не может положиться ни на кого, кроме тебя, правильно?

- Да, верно.

- Теперь, что касается тебя... Ты безрассудно спустила все наши деньги в рулетку из-за своей самоуверенности, а теперь твоя гордость не позволяет тебе заработать хотя бы немного чаевых. Ты только выводишь из себя клиентов вместо того, чтобы собирать информацию.

- Просто заткнись. Что это за задание такое, где я должна мыть идиотскую посуду и подносить выпивку? Я хочу совершить что-то более значимое, чем это. Почему такая дворянка, как я...

Сайто схватил Луизу за плечи и развернул к себе.

- Что?!

- Вообрази себе, избалованная девица! Все трудятся. Они стараются изо всех сил, выполняя работу, которую ты называешь идиотской, и питаются обычной едой. Только вы, дворяне, развлекаетесь и заставляете людей кормить себя.

Сайто говорил серьезным голосом. Луиза, испугавшись холодного гнева в его глазах, безотчетно потупила взгляд.

- Я не имею права говорить слишком много дерзости, поскольку тоже вел праздную жизнь. Но, попав сюда, я прошел через многое и понял. Просто жить - не так уж и просто.

Не в состоянии что-либо возразить, Луиза молчала, а Сайто продолжал:

- Возможно, я не прав, но разве люди, которые заботятся только о своей глупой гордости, способны на большие дела? Я так не думаю. Но если ты скажешь, что мы уходим, то я соглашусь. Мне и самому не хочется здесь оставаться. Все-таки эта работа - не для меня.

Луиза, нахмурившись, закрыла рот.

"Больше не хочешь?" - спросил Сайто, указывая на ложку. Девочка вскочила с постели, выхватила из рук фамильяра ложку и принялась жадно уплетать рагу.

Мальчик только развел руками, а потом достал что-то из кармана. Это была маленькая керамическая баночка.

- ...Что это?

- Крем для снятия раздражения кожи. Джессика дала его мне.

Затем Сайто попросил ее протянуть руку, Луиза послушно сделала это.

Она виновато посмотрела в лицо фамильяру, который втирал крем... и пробормотала слабым голосом:

- Эй...

- Что?

- Я буду подавать еду. Буду мыть посуду. Хорошо?

"Да, это будет просто замечательно", - сказал с облегчением Сайто.

- И тебя это устроит?

- В смысле?

"Разве это хорошо? - Луиза покраснела и сказала недовольным голосом, - Хорошее обслуживание... Я даже смогу быть вежливой, но..."

- Что?

- Р-разве это правильно, что клиенты будут трогать твою хозяйку за разные места?

Сайто хранил гробовое молчание.

- Эй, что с тобой? Только не говори всякие высокопарные слова, просто и ясно скажи: хорошо это или плохо?

Фамильяр молча принялся жевать тушеное мясо.

"Я к тебе обращаюсь. Так что ты думаешь? Отвечай!" - сказала Луиза, дернув Сайто за ухо.

Хмуро глядя в тарелку с мясом, мальчик пробормотал:

- ...Если ты допустишь такие прикосновения, я дам пощечину.

- Кому?

- ...Тебе.

Луиза пристально посмотрела в глаза Сайто.

- Почему? Ты ударишь свою хозяйку, объясни мне причину.

Наступило молчание.

Глядя в сторону, мальчик глухо сказал:

- Х-хотя прикосновения к рукам я прощу.

"Что за ерунда? - Луиза врезала ему так, что он отлетел в сторону. - Что значит: "Я прощу прикосновения к рукам"?! Я спрашивала, почему ты ударишь меня? Идиот!"

- П... потому...

- Кроме того, что значит: "прощу"? Да еще таким надменным тоном. Не тебе решать, что мне брать в руки или что мне делать. Это решать только мне, мне! Хм!

Луиза вскинула свои земляничные волосы, и ее лицо приняло невозмутимое выражение. Она скрестила руки.

- Прекрасно. Как там, Бюстье Очаровательной Феи? Я получу его и очарую всех посетителей. Да, ради чаевых я прощу их прикосновения. И не только к рукам...

Сайто вскочил и закричал:

- Не шути так!

Луиза демонстративно отвернулась и забралась обратно в постель. В этот момент мальчику, наконец, удалось взять себя в руки, и он покачал головой:

- Ну, Бюстье Очаровательной Феи тебе не достанется. Это - приз для победителя. А в настоящее время ты, скорее всего, находишься на последнем месте.

Луиза ничего не ответила.

Начиная беспокоиться, Сайто спросил:

- ...Ты действительно позволишь им? И только ради победы ты решилась на это? Разве это не чересчур? Ну же.

Луиза по-прежнему молчала.

"Эй, ты серьезно?" - почти плачущим голосом спросил Сайто.

"Заткнись уже! Я хочу спать!" - закричала девочка... и фамильяру ничего не оставалось, кроме как с поникшим видом лечь в кровать.

Часть 4