Лана Тихомирова - Особый соус для героя

Глава 7.

Доктор гибко встал и пружинисто отошел к окну. Он легко отодвинул занавесочку, словно не желал, чтобы кто-то снизу его увидел. Он резко задернул занавесочку и резко сел в кресло. Лицо его было хмурым и задумчивым.

Я на цыпочках пробралась к окну и посмотрела сквозь полупрозрачную белую занавеску. На скамейке напротив окна кто-то сидел. Я не могла рассмотреть в подробностях кто это. Меня отвлек дробный стук ручки по столу. Доктор нервничал, стучал ручкой по столу. Его левая рука подрагивала.

- Кто это там сидит?

- Я не знаю, - буркнул доктор.

- Знаете, только сказать не хотите. А лучше бы сказать, чтобы я знала из какой очередной переделки вас вытаскивать.

Доктор молчал, как партизан.

- Ваши проблемы, - пожала я плечами, снова садясь возле чайника на свой стул, - будете лежать где-нибудь с пробитой головой, а Брижит не придет на помощь.

Доктор делал вид, что меня не слышит, он прочистил горло и молчал, глядя в стол.

- Может быть, сходим к Давиду? Надо посмотреть, что с ним, - наконец сказал он.

- С удовольствием, - я встала.

В ординаторскую вошла с заговорщическим видом медсестра. Доктор в заговоре вряд ли участвовал, потому что побледнел и даже отпрянул от сестры.

- Вам записочка, - хихикнув, сказала молоденькая сестричка из отделения венерологии.

- Я же просил ничего мне не передавать! - сдержано процедил сквозь зубы доктор.

Сестричка положила записочку на стол и, хихикнув, вышла.

- Дура, - обиделся доктор. Он протянул руку к записочке, но я оказалась проворнее.

- Брижит! - удивленно окликнул меня доктор.

- Вы же не дадите потом прочитать. И объяснять не станете, а я за вас беспокоюсь.

- Брижит, отдай! - доктор встал и насупился, став, очень похож на куницу.

- Нет, пока вы не объясните.

- Можно, я тебя просто убью? - фыркнул доктор и сделал шаг ко мне.

- Нельзя, - я отскочила в сторону.

- Я не буду бегать за тобой по больнице. Отдай, пожалуйста!

- Объясните мне, что происходит?

- Нет, не объясню, ты мне тут не помощник! - доктор хлопнул ладонью по столу, - Перестань, наконец, вести себя, как ребенок! - басовито прикрикнул он.

Глаза его сверкнули голубым пламенем. Записка вылетела из моей руки на пол и раскрылась. Я посмотрела вниз и автоматически прочла: "Завтра, наступит завтра. Вы помните? Я приду…"

- Что за…? - успела спросить я. Доктор поднял записку, не читая разорвал и резким движением выбросил в корзину.

- Брижит Краус дер Сольц! Это было в первый и последний раз! Или не достаточно четко дал тебе понять, что не нуждаюсь в твоей помощи? - жесткой скороговоркой проговорил доктор.

- Простите.

- Что уж там?! - махнул рукой ван Чех, - Мне уже месяц приходят записки с вот таким отсчетом. Завтра Оно придет, что оно, кто оно… Не знаю. Мне от этого круто не по себе, потому что при моей профессии… при нашей с тобой профессии возможно абсолютно все.

- Бывший пациент? - предположила я.

- Боюсь будущий, - буркнул доктор и недобро улыбнулся.

- Неделю назад я начал замечать что за мной следят, то ли неумело, то ли стараются, что бы я заметил. Всегда одна и та же девушка. Она и пишет записки.

- Почему просто не подойти к ней? - спросила я.

- Вот, веришь - пытался! Она исчезает. Мгновенно растворяется в толпе, как только я ее замечаю. Потом снова возникает. Вот там ее уже нет на скамейке. Я начал чувствовать когда она рядом, а когда нет. Спиной чую. Нервничаю ужасно.

- Сегодня это особенно заметно, - кивнула я.

- Британия еще со своим коньяком… Теперь сплошные нервы и никакого снятия стресса, - ворчал доктор и расхаживал по ординаторской.

- Займитесь йогой, - хихикнула я.

Доктор резко остановился, обратил на меня печальный взор.

- Чтобы ты знала, там, дома, у меня два таких прекрасных инструктора по йоге. Они меня ежевечерне в бараний рог крутят. Нет, спасибо, - плюнул он.

Доктор еще немного побегал по кабинету. У меня зазвонил телефон. Смс от Виктора: "Встретить не смогу, сильно занят. Буду поздно вечером". Я насторожилась. Виктор писал так только во времена обострений, кратко, чтобы я не дай Бог не побеспокоилась и не заподозрила неладное.

- Доктор. Совет ваш мне нужен, - задумчиво сказала я, набирая ответ.

Ван Чех выразительно промычал.

- Встреча со старухой могла спровоцировать у Виктора новый психоз или нет?

Доктор погладил бородку и задумался.

- Виктор лабилен. Посуди сама, ты знаешь его не только, как пациента, но и как человека. Он глубоко принял эти переживания. Она вскрыла в нем страх смерти, который в любом мужчине сидит сильнее, чем в женщине. Он переживает это естественно. Психоз? Если подозреваешь, что это психоз, то принимай меры. В любом случае, с тобой ему будет лучше, чем в больнице.

Я задумалась.

- Так мы к Давиду идем или нет, звезда психиатрии? - воскликнул доктор после продолжительного общего молчания.

- Это вы к себе обращаетесь? - спокойно парировала я, - Я-то давно уже готова.

Доктор несся по коридору, как скорый поезд, даже шапочку пришлось придерживать на голове.

Давид сидел в палате безразличный ко всему сущему, в позе лотос. Кажется, медитировал.

- Любезный, вы не уделите нам чуточку своего времени, - ласково поприветствовал его доктор.

Давид какое-то врем пытался сосредоточиться, но приход доктора всегда вносил в атмосферу легкий сумбур, при котором сосредотачиваться было крайне сложно.

- Что вам нужно? - недовольно поднялся Давид.

- Я просто пришел засвидетельствовать вам свое почтение и кое-что узнать.

- Что именно?

- Меня интересует клуб.

- Какой клуб? - Давид изумленно поднял брови, словно слышал в первый раз.

- Клуб обманутых мужей, я хочу вступить.

Больной сделал презрительное лицо и отвернулся.

- Хорошо, - хлопнул во ладоши доктор.

- Сядьте, Давид.

Больной послушно сел.

- Расслабьтесь, у вас должно это хорошо получиться, - голос доктора стал грудным, расслабляющим.

Ван Чех попробовал руки Давида и остался доволен.

- Закройте глаза, не обращайте внимания ни на что. Представьте, что мой голос пламя свечи. Вы слышите его, вы ощущаете его тепло. Нет больше ничего, только пламя свечи, - доктор говорил медленно вкрадчиво, вводил больного в гипноз, используя основы медитации.

- В вашем разуме нет мыслей, ваше сознание очищается пламенем, сливается с пламенем, становится пламенем. Вы ни думаете ни о чем, - доктор пощелкал пальцами у ушей больного, тот спокойно ровно спал и не реагировал.

Доктор выпрямился во весь свой рост и повелительно сказал:

- Ты находишься в клубе, опиши его!

По лицу Давида пробежала легкая судорога.

- Спортивный зал. В подвале. Под основным залом. Серые стены. Света нет. Окно в потолке. Везде свечи. Стол в центре, - мямлил Давид, через силу. Ему больших трудов стоило подчиняться приказам доктора.