Линн Флевеллинг - Тайный воин

Сефус и Кадмен встретили его у внешних ворот.

Ки повернулся и уставился на друга.

— Еще одно? А о чем говорилось в предыдущем? Тобин!

Тобин отковырнул кусочек лишайника с каменного подоконника.

— Он требовал, чтобы я вернулся в Эро, но Фарин написал, что я еще слишком слаб для дальней дороги.

— И все?

— Нет, — признался Тобин. — Орун еще сообщил, что снова написал королю.

— Насчет меня.

Тобин мрачно кивнул.

Ки промолчал, пристально глядя в окно, но Тобин заметил вспыхнувшую в его глазах тревогу.

Новости им принес Фарин.

— То же, что в прошлый раз. Твой опекун нетерпелив, он требует твоего возвращения.

— И хочет избавиться от меня, — добавил Ки.

— Боюсь, это так.

Ки опустил голову.

— Я ведь сам виноват, правда, Фарин? Дал ему повод. Мне следовало прибежать к тебе, как только я узнал, что Тобина нет во дворце. Не знаю, почему я послушался… — Он рассеянно потер бледную шишку на лбу и поймал грустный взгляд Тобина. — Просто я мог думать только об одном: как бы поскорее догнать тебя. И вот что вышло.

— Я не позволю ему отослать тебя. Что написано в письме?

Фарин протянул Тобину развернутый лист пергамента, и Тобин быстро пробежал глазами строчки.

— Он хочет, чтобы я отправился в путь сегодня! Но Ки еще не может скакать верхом.

Фарин невесело улыбнулся.

— Сомневаюсь, чтобы это очень заботило лорда Оруна. Но ты не беспокойся. Нари сейчас внизу объясняет посыльному, какая у тебя тяжелая лихорадка и ты пока не можешь выехать. Лучше тебе не высовываться из своей комнаты, пока он не уедет. Не удивлюсь, если Орун заодно прислал шпиона.

— И я не удивлюсь, — сказала появившаяся в дверях Айя. — Но прежде чем ты спрячешься, будь добр подняться наверх. Хочу кое-что тебе показать. Только тебе, — добавила она, поскольку Ки собрался отправиться вслед за ними.

Тобин бросил на друга виноватый взгляд и пошел за старой волшебницей.

— Ну и что это? — спросил он, как только они вышли в коридор.

— Это то, о чем мы должны поговорить, потому что настало время. — Айя немного помолчала. — Принеси куклу, пожалуйста.

Тобин выполнил ее просьбу, и они пошли наверх. Аркониэль ждал их в своем кабинете, и, к удивлению Тобина, не один. Рядом с ним у длинного стола сидела Лхел. Оба выглядели очень серьезными, но все равно Тобин был рад видеть лесную ведьму.

— Ты вызывал Брата в последнее время? — спросила Лхел, и Тобин догадался, что ответ ей уже известен.

— Нет, — признался он.

— Вызови сейчас.

Тобин сначала заколебался, но потом торопливо произнес нужные слова.

Брат появился в дальнем от двери углу. Он был худым и измученным, и Тобин даже через всю комнату сразу ощутил исходивший от него холод.

— Ну и что ты думаешь? — спросила Айя.

Лхел пристально всмотрелась в Брата, потом пожала плечами:

— Я говорить тебе, узы теперь сильнее. Потому и он стать сильнее.

— Хотел бы я знать, как это Ки сумел его увидеть? — пробормотал Аркониэль.

— Я не хочу, чтобы он крутился рядом с Ки! — Тобин сердито повернулся к призраку. — Я тебя вообще никогда не позову, если ты не пообещаешь больше не причинять ему вреда! Мне наплевать, что скажет Лхел! — Он потряс куклу перед Братом. — Обещай, или навсегда останешься в своем мире и умрешь с голоду.

Тобин заметил, как в черных глазах призрака полыхнула ненависть, но при этом смотрел Брат не на него, а на волшебника.

— Никто не видел его в комнате больного, — заговорила Айя, словно не заметив вспышки Тобина.

— У кого глаза есть, теперь его видеть, — сказала Лхел. — И он может заставить других видеть себя, когда хотеть так.

Тобин снова посмотрел на Брата и заметил, что свет лампы падает на него так же, как на всех остальных. Ничего подобного раньше не бывало.

— Он выглядит как… как живой.

— Будет труднее разделить вас, когда прийти время, но должно быть так.

На мгновение любопытство в Тобине заслонило собой гнев.

— Иди сюда, — сказал он призраку.

Тобин протянул руку, чтобы коснуться Брата; но, как обычно, его рука ощутила лишь холодный воздух. Брат ухмыльнулся, глядя на него. Он был похож на зверя, оскалившего зубы.

— Уходи! — приказал Тобин и испытал искреннее облегчение, когда призрак повиновался. — Я могу теперь пойти к себе?

— Задержись еще, пожалуйста, — попросил Аркониэль. — Помнишь, я обещал научить тебя защищать свои мысли? Сейчас самое время для такого урока.

— Но только не магия. Ты ведь обещал?

— Почему ты так боишься магии, Тобин? — спросила Айя. — Она защищала тебя все эти годы. И с ее помощью можно создавать прекрасные вещи! Ты ведь и сам это видел. Одним взмахом руки я могу зажечь огонь без дерева, создать пищу в пустыне. Почему ты боишься волшебства?

Да потому что магия означает неожиданности и страх, печаль и опасность, подумал Тобин. Но сказать этого вслух он не мог — нельзя, чтобы они поняли, какую власть имеют над ним. Вместо ответа он лишь пожал плечами.

— Много волшебства, кееса, — мягко сказала Лхел, и Тобин увидел, как на ее щеках мелькнули таинственные символы. — Ты мудр, чтобы уважать. Одна магия хороший, другая злой. Но мы не делать с тобой зла, кееса. Делать тебе защита.

— И это не настоящая магия — просто защита, — заверил его Аркониэль. — Тебе нужно лишь отчетливо представить себе что-нибудь, нарисовать в уме картину. Можешь сейчас представить море?

Тобин представил залив возле Эро, на рассвете, когда большие торговые корабли стоят на якорях, а маленькие рыбачьи лодки суетятся вокруг них, словно потревоженные тараканы.

Он ощутил легчайшее прохладное прикосновение к своему лбу, но никто при этом не шевельнулся.

Айя хихикнула:

— Это было отлично.

— Я тебе говорить, — сказала Лхел.

Тобин открыл глаза.

— И все?

— Это только начало, и очень хорошее, — сказал Аркониэль. — Но ты должен упражняться как можно чаще и делать это каждый раз, когда тебя замечают Нирин или кто-то из его Гончих. Главное — не подавать виду, что твои мысли далеко. В этом весь фокус.

— Аркониэль обычно сразу начинает кривиться, как будто у него судороги начались, — сказала Айя, ласково глядя на волшебника; так же Нари иногда смотрела на Тобина. — Но ты не можешь всегда думать об одном и том же. Гораздо безопаснее будет, если ты сосредоточишься на своем занятии в тот момент. Например, если ты охотишься с соколом, подумай о путах на его лапах, или о метках на крыльях, или о звуке колокольчиков.

Тобин повторил попытку, думая на этот раз об игре, в которую играли они с Ки.