Демьян Бедный - Стихотворения, эпиграммы, басни, сказки, повести (1908 — октябрь 1917)

* Не стало пламенных бойцов; над их гробами *

Не стало пламенных бойцов; над их гробамиНе скоро прошумит призывный клич борьбы.Постыдно-жалкими, трусливыми рабамиОстались прежние рабы.Нет, не для них прошла волна борьбы великой;Горели не для них священные огни!Толпой испуганной, бессмысленной, безликойВ ярмо привычное, покорны воле дикой,Послушные кнуту, впряглися вновь они.

Но, мнится, где-то есть высокие стремленья.Не все отравлено позором униженья!Ростки могучие здоровое зерноГотово дать и ждет — лишь только ждет — мгновенья.Былого с будущим скрепляя прочно звенья,Куется новое звено.

КОГДА НАСТУПИТ СРОК…

Однажды в лавке антиквараСредь прочего товараЗаброшенный, забытый инвалид —Шпажонка ржавая, убогая на вид,Хвалилась пред другою шпагойСвоею честью и отвагой:"В алмазах, в золоте, в чеканном серебре,В ножнах из вылощенной кожиВисела гордо я на вышитом бедреНе одного вельможи.За чью я не боролась честь?Каких не добивалась целей?И не припомнить и не счестьМоих триумфов и дуэлей.Случалось, справиться с врагом я не моглаПутем прямым… Ну что ж? Не скрою:Борьбу решал пороюУдар из-за угла.Изведав крови благородной,Нашла я после вкус в крови простонародной.Вот, подлинно, где был кровавый пир.Как не сказать судьбе спасибо?В те времена едва где-либоПоднимет ропот сельский мир,Готов был скорый суд для обнаглевшей черни.Без лишних слов и без прикрас:Справляла я тогда не разКровавые обедни и вечерни.— Вой, подлый род, стенай, реви!Не шутки шутим мы и не играем в прятки! —Купалась я тогда в кровиОт острия до рукоятки!Нам сердце закаляет гнев:Остервенев,Без всякой жалости я буйный сброд колола,Колола…""Эк, замолола!Опомнись, матушка. Ей-ей, ты мелешь вздор! —Ввязался тут со шпагой в спорТопор. —Нашла хвалиться чем старуха:Рядилась в золото, в шелка,Походом шла на мужика…Ох, баба, баба-говоруха!В одной тебе еще беда б невелика,Да шла-то ведь в поход ты, чай, не без полка.Вовек мужицкого тебе б не видеть брюха,Когда б не эта рюха,Слуга твой верный — штык, сосед твой по стене.Вот с кем потолковать хотелося бы мне.Все — непутевый — он деревню, так бездолит:Ему — кто подвернись, хотя бы мать, отец,Приказано — конец:Знай, колет!А только, милая, все это до поры.Дождемся мы венечной свалки.Куются где-то топорыИной закалки.Слышь? Топоры, не палки.Эх, в тапоры я саж, чай, здесь не улежу!Смекай-ка, что я доложу, —Тебе, дворянке, не в угоду:Не только топора, что на колоду!Ему крестьянский люд обязан всем добром,И — коль на то пошло, — скажу: лишь топоромСебе добудет он и счастье и свободу!"

1911 г.

*Писал я басню не вчера*

Писал я басню не вчера:Лет пять назад, коли не боле,Про "верный штык" теперь уж песенка стара.Штык шпаге изменил — и весь народ на воле.— Штык! Обошлось без топора.Ура! —И кто-то, радуясь такому обороту,Спешит собрать за ротой ротуИ, из полка шныряя в полк,Улестливо шипит: "Возьмите, братцы, в толк:Ну можно ль темному народуДать сразу полную свободу?Нет, надо нам идти испытанным путем,Взяв буржуазные за образец порядки.Уж поддержите нас, ребятки,А мы порядок наведем!"И пробуют навесть — не надо быть прилежней.Авось-де у штыков смекалка так мала,Что им и невдомек, что ждет их кабалаКуда почище прежней!Штыки не гонят прочь улестливых господ.И тех, кто подлинно болеет за народ,Нет-нет, да и возьмет раздумье и опаска,Что радостная быль пройдет, как сон, как сказка:Вздохнули малость — и капут, —Не отбояриться никак от новых пут.Пойдет все, дескать, прахом.Товарищи, скажу, что я подобным страхомНе заражен.Я знаю, "господа" прут сдуру на рожон.Скажу открыто:Ведь топоры-то,Они там где-то ждут, они там где-то ждут:Сполна ль все мужикам дадут? Аль не дадут?Забыто, дескать, их житье аль не забыто?Всей музыки конец получится каков?И если "господа", к примеру, мужиковЗемлей и волею лишь по губам помажут,Так топоры себя покажут!Вот что пророчу я, хоть я и не пророк.Пусть смысл пророчества до острой боли жуток,Но — время не прошло.Когда ж наступит срок,Тогда уж будет не до шуток!

Друзья, чтоб не было неясных многоточий,Прибавлю, что, ведя всю речь про топоры,Я с умыслом молчал про молоток рабочий.Кто ж козыряет… до игры?

1917 г. Март

И чертыхалися враги и лбы крестили,Но им ни черт, ни бог не мог помочь в игре,Когда на них, гремя, наш молот опустилиМы в "большевистском Октябре"!

1912

КУКУШКА

Кукушка,Хвастливая болтушка,Однажды, сидя на суку,Перед собранием кукушечьим болталаО чем попало,Что ни взбрело в башку.Сначала то да се, по общему примеру:Врала да знала меру.Но под конец — поди ж ты! — соврала,Что видела орла."Орла! Ведь выпадет же случай! —Кукушки все тут в крик наперебой. —Скажи ж скорей, каков орел собой?Чать, туча тучей?!""Ну, это — как кому, — хвастуньи был ответ, —Особого в орле, пожалуй, мало.По мне, так ничего в нем нет,Чего бы нам недоставало:Те ж когти, клюв и хвост,Почти такой же рост,Подобно нам, весь сер — и крылья и макушка…Короче говоря,Чтоб слов не тратить зря:Орел — не более, как крупная кукушка!"

Так, оскорбляя прах бойца и гражданина,Лгун некий пробовал на днях морочить свет,Что, дескать, обсудить — так выйдет все едино,И разницы, мол, нет:Что Герцен — что кадет.

19 ФЕВРАЛЯ