Анатолий Нейтак - Камень и Ветра 5. Путь наверх

- Я… я не могу.

Устэру показалось, что он ослышался. Его жена – и чего-то не может?

- Эйрас?!

Нащупав её плечо, он обнаружил, что супругу бьёт мелкая неостановимая дрожь.

- Портал… этот плач… боги! Я не могу! Просто не могу!!

- Остаться мы тоже не можем, – мягко, но непреклонно сказал Устэр. – Мы уже почти две минуты дышим сущей дрянью. Моё заклятье не может определить, из чего состоит одна пятая объёмной доли местного "воздуха". Одна пятая! Неизвестно, что сейчас просачивается через лёгкие в нашу кровь, но, судя по позывам к тошноте, вряд ли это что-то полезное.

Рассудительная речь немного успокоила Эйрас. Правда, до нормального состояния оставалось ещё ох как далеко, что лишний раз доказал её вопрос:

- А воздушный фильтр?

- Нельзя отфильтровать то, природы чего не знаешь, – мягкое напоминание прописной истины. – Я создал в границах защиты область с повышенной концентрацией кислорода, но быстро сделать что-то ещё не в моих силах. Так что…

Дуновение неведомой угрозы резко усилилось. Странный стрекочущий свист ввинтился в уши. В созданный совместно щит вгрызлось что-то невидимое, невероятно быстрое и весьма мощное. Грязь за пределами щита буквально вскипела, сам щит заколыхался… но устоял. Пока.

Невидимый град быстро усиливался.

- Валим! Вставай!

- Нет!!!

Яростно зашипев, Устэр подхватил жену на руки и побежал обратно к створу Портала. Эйрас не настолько потеряла самообладание, чтобы сопротивляться с применением нечестных приёмов, но и ждать от неё помощи явно не имело смысла. Держит свои сегменты щита, даже трясясь каждой жилкой, цепляется за одежду мужа, не вырываясь в панике – и ладно, и достаточно.

"Только бы успеть!"

…не успели.

Мир вспыхнул, отпечатываясь на сетчатке слепящим маревом. В спину словно дубина гиганта врезалась. Мощнейший магический щит смягчил и сияние, и удар, но не выдержал – рассыпался на тающие бессвязные фрагменты. Остаточной энергией взрыва бегущего вместе с его ношей приподняло и швырнуло далеко вперёд.

Прямо в жгучие объятия Портала, навстречу призрачному плачу.

…снова запах дыма. Только уже не такой, как в предыдущей точке, а почти родной. Нормальный такой, смолистый аромат. Костёр? Очаг? В остальном воздух и вовсе словно бальзам.

Пахнет лесом. Густо. Вкусно.

Деревья в этом лесу явно не те, что в знакомых лесах, но…

- Тырс! Лаш шабыш! Шабыш!

- Знаешь, Эйрас, я ослеп… кажется.

Окрик и негромкое замечание Устэра прозвучали одновременно. Я растерялась, не зная, на что реагировать раньше. К счастью, у меня хватило ума перед вторым нырком в Портал предельно свернуть чувствительность, поэтому жуткий плач не выбил меня из колеи. Не до потери самоконтроля и нового приступа постыдной истерики. Я могла реагировать разумно.

И с реакцией явно не следовало медлить.

Открыв глаза, я приподнялась на локте, одновременно слезая с груди лежащего подо мной Устэра. Обвела окружающее взглядом.

Трава. Кусты. Деревья. Зеленоватое, но вполне приятное небо. Магический фон ровный, светлый, насыщенный. Электрические укусы Портала слабы, словно… ага. В этом мире створ Портала совсем мал и очерчен очень чётко. Мы из него выпали не в переносном, а в буквальном смысле. Сверзились с высоты не менее пяти локтей. Хорошо, что тут такой мягкий дёрн. Чтобы снова войти в створ, придётся строить лестницу или левитировать…

- Шабыш!

- Кто это там надрывается?

- Забавное создание, – сообщила я, повернувшись. – Похож на средней лохматости собаку в смеси с человеком. Рост – три локтя, мех жёлто-бурый. На лбу белое пятно, на чреслах нечто вроде юбки, в левой руке – копьё с каменным наконечником. Опасности не представляет.

- Потому что сам боится нас до колик, – закончил Устэр. – М-да. А я этого людопса не вижу. И вообще не вижу. Ослеп всё-таки… надеюсь, временно.

- Исцеляйся.

- Уже. Видимо, урон слишком велик для быстрого исцеления. Помнишь ту вспышку под занавес? Ты и сквозь веки должна была увидеть. Это из-за неё. Но вообще-то нам повезло.

- Да. Если бы не ты, тот взрыв размазал бы нас обоих в кровавую слизь.

"И если я после этого имела бы шансы на возрождение, то он…"

- Не грызись, – посоветовал Устэр, медленно ворочаясь и прислушиваясь к сигналам избитого тела. – Я же сказал, что мы легко отделались. Могу повторять, пока ты в это не поверишь.

- Не надо.

Меж тем вопли белолобого людопса не остались без последствий. Среди деревьев замелькали фигурки такой же жёлто-бурой расцветки в сопровождении мощных стелющихся силуэтов, похожих на помесь медведя и кошки. Медвежьими были головы с круглыми ушами и размеры этих созданий, а кошачьей – хищная пружинистая грация.

Людопсы нисколько не боялись медвекошек. Прирученные звери? Похоже на то…

- Отхел, шабыш! Тим дычун! Окуламхо!

- Нас приглашают подойти.

- Ты знаешь их язык? Или сумела понять мысли?

- Не мысли. Жесты.

- А-а-а… тогда пойдём?

- Конечно. Снова прыгать в Портал, пока ты не прозрел – не самое разумное решение.

Мы встали и медленно, чтобы лишний раз не пугать людопсов, двинулись к кромке леса.

Впоследствии о времени, проведённом среди лабышту, Устэр вспоминал с тихой улыбкой. Лесовики оказались незлобивы, гостеприимны, щедры и при этом деликатны (качество, которое дэргинец никогда прежде не стал бы предполагать в примитивном, в сущности, народце). А их открытость, граничащая с наивностью, после общения с людьми казалась неизъяснимо приятной; она расслабляла и настраивала на мирный лад. Один, но показательный факт: когда лабышту поняли, что Огромный Синеглазый ничего не видит, двое из них моментально сократили дистанцию, начав отводить с его пути ветки и мягко подталкивать в нужном направлении. А по прибытии в охотничий лагерь сразу повели к согбенному старцу-шаману, по совместительству лекарю.

Помочь в возвращении зрения шаман не смог, даже браться не стал (весьма разумно с его стороны: Устэр, например, не взялся бы лечить пострадавшего лабышту, случись с ним что-нибудь посложнее резаной раны или перелома). Зато старец сумел поговорить с пришельцами на языке мысленных образов. Память и воображение у шамана были отличные, да и ментальные способности оказались на высоте. По крайней мере, понять мысленные сообщения Эйрас и Устэра ему удавалось в восьми случаях из десяти, а после уточнений – вдвое чаще.

Звали шамана Большой Мудрец.

- Мы, лабышту, – говорил он, сопровождая слова плавно перетекающими друг в друга образами, – тоже заметили странное в том Опасном Месте, откуда появились вы двое. Это Опасное Место в последнее время изменилось не в лучшую сторону. Лабышту тревожно из-за этого. Отряд, который вас встретил, теперь стоит дозором возле него все дни и все ночи.