Кристофер Раули - Дракон на краю света

Базил медленно ходил по берегу футах в двухстах от Релкина. Когда каноэ приподнялось на волне, дракон зашагал шире, торопясь поймать его.

Релкин с натугой греб то с одной, то с другой стороны. Воды реки поднимались с очередным приливом, который усиливался, и это обстоятельство помогло юноше приблизиться к берегу.

Наконец каноэ ткнулось в песок. Дракон вошел в воду, чтобы помочь вытянуть лодку на сушу. Заглянув внутрь, он вытаращил глаза.

– Откуда тут взялась девушка? – вопросил он.

– Не знаю. Я никогда подобных не видел.

– Понимаю, этого следовало ожидать. Если кто-нибудь и может обнаружить женщину в непроходимых джунглях, так только ты?

Дракон некоторое время вздыхал и ахал. Тут он заметил невероятную анатомическую подробность.

– У нее хвост! – Огромные глаза округлились. Он щелкнул челюстью. – Очень разумно. Драконы все время удивляются, как это люди живут без хвостов.

– Она тяжело ранена, Баз.

Базил уже и сам увидел рану.

– У дракона есть глаза, глупый мальчишка.

– Тогда помоги мне перенести ее.

– Куда? Куда ты собираешься ее нести?

Базил определенно считал, что вряд ли где-нибудь найдется место получше.

Релкин огляделся и признал правоту дракона. Они были слишком далеко от любого подходящего убежища или укрепления. Лодка, пожалуй, была сейчас самым безопасным местом.

– Я собираюсь срезать омертвевшую кожу и прочистить рану, а потом ее зашить. У нас есть немного Старого Сугустуса, думаю, мы сумеем спасти ее. И еще хотелось бы построить какое-нибудь ограждение.

– Ей нужна еда.

– Она, полагаю, будет голодна, когда очнется.

– С чего начать?

– С костра. Нужно прокалить нож, чтобы прижечь рану, и еще – согреть воды, как можно горячее.

– Здесь полно плавника.

И правда, им потребовалось совсем немного времени, чтобы набрать достаточно сухих дров для костра. Релкин приволок еще несколько крупных ветвей, которые заприметил чуть выше по течению, и огонь ярко разгорелся. Мальчик разрезал платье из шкур, обнажив стройное сильное тело с крепкой круглой грудью. Тяжело дыша, он прочистил рану и тщательно исследовал ее. К счастью, хоть кровоподтек и был обширным, рана оказалась не слишком глубокой. Цельнокроеное платье девушки приняло на себя основной удар. И все же рана определенно загноилась, и ее следовало прижечь. Релкин наточил как можно острее свой кинжал и разогрел на горячих углях, после чего быстро прижег рану, не обращая внимания на запах горелой плоти.

Девушка застонала и задергала руками, так что ему пришлось сжать ее покрепче, чтобы удержать на месте, но постепенно конвульсии стали ослабевать, и она снова вытянулась неподвижно.

Теперь он мог заняться горячей водой. Для начала они с Базилом прочесали берег в поисках камней. Им попался осыпавшийся скальный выступ чуть ниже по течению. Среди обломков удалось набрать груду камней подходящего размера, которые друзья перенесли к костру и высыпали в огонь. Потом Релкин с Базилом разыскали полое бревно. В поисках подходящего им пришлось вернуться до самой опушки леса, зато им повезло – они нашли именно то, что нужно, – частично прогнивший и искрошившийся, но не до самого основания, ствол, пустой почти по всему объему. Базил срубил нижнюю часть пня и отнес к воде, там Релкин вымыл его как можно лучше и выскреб заостренной плоской деревяшкой, чтобы убрать все щепки и крошки.

Затем он велел Базилу наполнить получившийся чан водой и отнести к костру. Мальчик уже заранее приготовил несколько крепких веток, и теперь с их помощью стал вынимать из огня раскаленные докрасна камни и швырять их в наполненную водой колоду. Когда вода начала закипать, он оторвал несколько полосок ткани от своей истрепанной рубашки, намочил в воде и обмотал ими лезвие кинжала. Затем тщательно протер этим тампоном область раны. После чего пропитал конец тряпочки Старым Сугустусом и снова протер рану. И наконец, наделав полос из той же рубашки, перевязал рану, пропустив бинт под мышкой, через плечо и грудь с темными сосками. Расправив бинты, он убедился, что повязка держится крепко.

Релкин знал несколько заживляющих трав, но не был уверен, что сумеет отыскать их в этом первобытном лесу. Здешний лес был довольно странным местом. В нем почти не встречались цветочные поляны; деревья были в основном хвойных пород, да к тому же еще и неизвестных. Впрочем, некоторые из знакомых трав все же изредка попадались.

Тем не менее Старый Сугустус и горячая вода способны творить чудеса, а нагноившиеся ткани мальчик прижег каленым железом. Если им удастся хоть немного напоить девушку горячей водой и обеспечить ей покой, возможно, она и придет в себя. Может, она даже сумеет выжить. По мнению Релкина, шансы у жизни и смерти были равны. Ему больше, чем кому-либо, приходилось видеть разнообразнейшие раны – резаные, колотые, от меча, от стрелы и вообще какие только можно себе представить, и прогноз юноши был мнением эксперта. Череп не поврежден, в ушах и носу крови нет. Это было хорошим признаком. Конечности дергались во время прижигания раны, а значит, не были парализованы. Самый сильный удар пришелся по плечу за ключицей, а та не была сломана. Релкин не сомневался, что все кости целы. Возможно, плечо вывихнуто, впрочем, его можно будет вправить позже. Пока же девушке нужно было обеспечить покой, тепло, чистоту и горячую воду.

Релкин принес ей воду в сосуде, который вырезал из плода лесной лианы, вычистив его внутренность и высушив над огнем, чтобы тот стал твердым, как горшок из обожженной глины.

Мальчик сумел заставить свою подопечную проглотить глоток воды, но потом она стала захлебываться, и он отступил. Так ему удавалось поить ее приблизительно каждый час.

Тем временем Базил набрал еще дров. Некоторые пошли на топливо. Остальные же – на плетень вокруг стоянки. Прилив остановился, не пройдя и полпути до высшей отметки, которой явно достигал не чаще двух-трех раз в год. Друзья вытащили лодку на сушу до уровня большого дерева, зарывшегося в песок, и принялись за постройку укрепления вокруг лагеря: нарубили кусты и ветки, навалили на эту кучу перевитые лианы – у некоторых имелись острые шипы. Остановились строители только тогда, когда барьер вырос до восьми футов в высоту и Релкин уверился, что его хватит, чтобы оградить их от всех хищников, за исключением самых больших. Да и тем колючий барьер изрядно помешал бы.

Теперь оставалось дожидаться: станет девушке лучше или она умрет.

Еще до заката человек и дракон построили свою печь из камней и положили в нее куски окорока, который тащили с собой от самых холмов. Пока мясо готовилось, небо потемнело, и взошла луна. Релкин думал об Эйлсе, стараясь не слишком отвлекаться мыслями о перевязанной бинтами хвостатой девушке, лежавшей на постели из пальмовых листьев и боровшейся сейчас за жизнь.