Константин Жемер - Тибетский лабиринт (новая версия)

– Так вот, профессор, вами заинтересовался лично Генрих Гиммлер, – Берия остановился, поглядел на Германа и, видя, что тот совершенно не сведущ в немецких делах, поспешно пояснил, – это мой германский коллега, он занимает примерно такой же пост, как я. Кроме того, товарищ Гиммлер является президентом закрытой научной организации под названием Аненербе. Вижу, и это слово вам ни о чём не говорит, хоть вы и знаете немецкий[21].

Нарком возобновил свой путь по помещению и принялся объяснять дальше:

– Представьте себе, что ваш дядя не приговорён к…э… «первой категории»[22], а остался жив и продолжил те исследования, которыми он занимался – я имею ввиду поиск исчезнувших цивилизаций. И что в помощь ему государство выделило крупный институт с сотнями сотрудников. В этом случае получился бы аналог немецкого Аненербе. Что характерно, означенная организация выросла из маленького оккультного Общества Туле[23] – зеркальной копии Братства Башни вашего дяди. Нам удалось выяснить основную цель Аненербе, которая заключается в поиске следов и научных знаний всё тех же, не раз упомянутых сегодня, древних цивилизаций.

При этих словах Герман заёрзал на табурете, что не укрылось от внимания наркома.

– Понимаю и разделяю вашу заинтересованность, – сказал он ласково, – тем более, что, по нашим данным, поиски немцев имеют то же самое направление, что устремления вашего дяди, а также ваши собственные устремления. В первую очередь, это Тибет, где побывали уже две германские экспедиции…

– Да, товарищ Берия, я слышал об этих экспедициях! – в возбуждении перебил наркома Крыжановский. – О них сообщалось в прессе, правда, очень скупо – вроде бы, там и американцы участвовали…

Столь возмутительная невежливость, казалось, совершенно не уязвила самолюбие главы всесильного ведомства: напротив, Берия явно и недвусмысленно обрадовался тому ажиотажу, который овладел собеседником. Он остановился и, прежде чем продолжить хождение по комнате, важно кивнул Герману.

– Кроме Тибета, есть и другие места, куда обращены взоры немцев. Думаю, названия Кольский полуостров и Сейдозеро для вас имеют не меньшее значение, нежели горячо любимый Тибет, не так ли, профессор? Так вот, месяц назад из Мурманска поступил доклад о нарушении группой неизвестных лиц советско-финской границы. Оперативные меры, принятые по задержанию нарушителей, результата не принесли. Мы полагали, что целью врага является совершение диверсий на объектах Северного флота и организовали поиски в этом направлении. К сожалению, мы ошиблись, потому что через неделю местные охотники сообщили, что видели чужаков совсем в другом месте.

– На Сейдозере?! – догадался Крыжановский.

– Совершенно верно, – подтвердил нарком. – Мы немедленно провели войсковую операцию, прочесали весь район, но никого не обнаружили. Нашли только несколько пустых банок из-под германских консервов, сломанную кирку с клеймом заводов Круппа и многочисленные следы горных ботинок. Сами же нарушители как сквозь землю провалились…

– Вполне может быть, что вы недалеки от истины, – мрачно заметил Герман,- и те люди, кем бы они ни были, действительно провалились под землю.

– Если вы о полости, которая фигурирует в отчётах о вашей экспедиции двадцать второго года, то мы её не нашли, а искали, уж поверьте на слово, очень тщательно.

– Вы не понимаете, – покачал головой Герман и рассказал о своих домыслах касательно загадочно-мистической связи между спуском в лапландскую дыру и последующей судьбой участников экспедиции.

– Ну, какая же тут мистика? – засмеялся Берия. – Эх, профессор, если бы все, связанные с означенным делом, загадки разъяснялись так же просто, то мы с товарищем Кобуловым могли бы позволить себе, наконец, выспаться. Вся мистическая гипотеза разбивается о простой, но непреложный факт: дело в том, что кое-кто из ваших хороших знакомых, скорее всего, жив. Я говорю о Лилии Сокальской.

– Лиля?! – прохрипел Крыжановский. – Где она, в каком лагере?!

– С чего бы ей оказаться в лагере, если её даже не арестовывали? Сокальская долгие годы состояла сексотом[24], специально приставленным нашим ведомством к Глебу Бокию и его знакомым. Предоставленная ею информация послужила основанием для арестов членов Братства Башни.

– Не может быть, чтобы Лиля!!!...

– Нам известно о тех отношениях, которые связывали вас с гражданской Сокальской. От неё, кстати, известно. Так что ваши чувства вполне понятны, но уверяю – Лилия Сокальская дала наводку не только на собственного мужа: не кто иной, как она сама, задолго до того разоблачила тайного троцкиста Блюмкина, с которым состояла в любовной связи.

– Не может быть!!! – как заклинание повторил Герман.

– Очень даже может, – по-своему истолковал возглас профессора нарком и непроизвольным движением поправил узел галстука. – Вы не одиноки в своём заблуждении – многие мужчины убеждены, будто обладают такой неодолимой мужской силой, что способны навеки привязать к себе женщину.

– Где она? – прошептал Герман.

– Этого мы не знаем, – развёл руками Берия. – Неожиданно прошла информация, что Сокальская – двойной агент и, кроме нас, работает на иностранную разведку, скорее всего – английскую. Мы установили слежку, но Сокальская её почувствовала, сумела ускользнуть от наших растяп и – исчезла. Кстати, вас не арестовали вместе с остальными именно из расчёта на то, что Сокальская может пойти на контакт – ведь больше никого из её знакомых не осталось. Всё это время за вами велось наружное наблюдение. Таким образом, своим побегом любовница невольно спасла вам жизнь. Так что, если посчастливится встретиться с Лилией Сокальской, непременно поблагодарите ее и передайте от нас привет. Вот и вся мистика, уважаемый Герман Иванович, вот и вся загадка… Кстати, о загадках: скажите, по какой причине тогда, в двадцать втором, Харченко и остальные не стали обследовать подземную полость до конца, а поспешили подняться на поверхность?

– Виной всему – непреодолимый ужас, который усиливался по мере спуска под землю, – объяснил Герман. – Они ведь не просто «поспешили подняться», а бежали в панике. Видели бы вы их лица! Позже у Кондилайнена проявились симптомы истерии, напоминавшие те, что зачастую наблюдаются у местных жителей…

– Вот так исследователи! – хохотнул Кобулов. – Нечего сказать – хороши!

– Да уж, действительно, – согласился Берия, – немцы в этом плане демонстрируют куда большие дальновидность и решимость, наверное, оттого их усилия не столь бесплодны. По имеющимся данным, сейчас Аненербе в строжайшей тайне готовит очередную экспедицию в Тибет, а в недрах самой организации творится форменная чертовщина и мистика. На этот раз речь идёт о настоящей мистике, профессор. Помнится, вы утверждали, что доисторические цивилизации обладали летательными аппаратами?