Мери Кирхофф - Тяга к странствиям

"Довольно изящный браслет, Флинт.» — заметил полуэльф, — «Но почему такое великолепие выполнено из меди? Эти камни похожи на ценные. Так почему ты установил их на таком относительно недорогом металле?»

Флинт откинулся назад на стуле и загадочно ответил:

«Именно таким она и хотела его видеть.»

«Кто-то заказал его тебе?» — спросил Тас.

Флинт кивнул, явно испытывая неудобство.

«Ты мне не говорил о том, что тебе что-то заказали,» — сказал Танис, — «Это кто-то из местных?»

"Я не говорил тебе,» — признался Флинт, — «Потому что все случилось очень быстро и эта женщина выглядела очень странно и таинственно.»

«Таинственная женщина?» — Тассельхоф выглядел заинтригованным.

Флинт снова подался вперед и перешел на шепот.

«Однажды, на прошлой неделе, пришла эта женщина и сказала, что ей известны мои работы с того времени, когда я и Танис еще жили в Квалиносте.»

"Из этого я сделал вывод, что она эльфийка, но она не была похожа ни на одну эльфийку, которую мне когда-либо приходилось видеть. По крайней мере, ни на одну здоровую эльфийку. Она была самым бледным существом из всех, с которыми мне довелось встречаться — почти прозрачная, как настоящая смерть — и полностью обернутая в шелковые ткани.»

"Возможно она была умертвией или суккубом, который пришел, чтобы обольстить тебя и выпить твою кровь!» — нетерпеливо вскрикнул Тассельхоф.

"Она выглядела слишком возбужденной, чтобы обольстить кого-либо," сказал Флинт.

"Суккуб тоже мог быть возбужден.» — рассудил Тас.

«Тассельхоф, позволь ему договорить.» — попросил Танис, заставив кендера замолчать.

"Так или иначе," — продолжил Флинт, — «Она сказала, что ей нужен такой вот браслет, только он должен был сделать согласно очень строгим инструкциям. Я ответил ей, что могу сделать его любым способом, как она пожелает. Итак она вручила мне пачку бумаг и сказала 'сделай это точно так, как здесь описано'.

"Ну, я уже делал вещи для людей, которые были весьма требовательны к деталям, но это было просто невероятно. Каждый миллиметр этого браслета был схематически изображен на этих бумагах. И как будто этого было недостаточно, она еще вручила мне мешочек, полный медных слитков, драгоценных камней, порошков и пузырьков с жидкостями, которые должны были быть подмешанными в сплав. Она сказала 'в этом мешке ты найдешь все, что понадобится' и попросила, чтобы я не ставил на браслет свое обычное клеймо.»

Флинт откинулся назад.

"Естественно, я был немного обескуражен всем этим и задумался: почему это ей нужен именно Флинт Огненный Горн в качестве кузнеца, но она не желает, чтобы он оставил на изделии свою метку?»

Танис был озадачен.

«Это довольно странно. Я надеюсь она хорошо заплатила тебе за это.»

«В том-то и дело,» — сказал Флинт с недоуменным выражением на лице, — «Всё это было настолько подозрительно, что я назначил ей совершенно безумную цену. Она заплатила, прибавив сверху ещё полцены и при этом даже не вздрогнула. Я не мог отказаться!»

Флинт посмотрел на осадок, оставшийся в кружке и отодвинул ее от себя.

«Я следовал всем ее инструкциям и спалил их, когда закончил. Браслет находился в витрине, потому что женщина сказала, что зайдет за ним во время Весенней Ярмарки. Я жду ее в любой момент.» Наконец гном снова откинулся на стуле, довольный, что ему больше нечего рассказывать.

Тассельхоф пристально посмотрел на браслет, теперь одиноко лежавший на столе.

«Неудивительно теперь, что ты так волнуешься о нем. Как ты думаешь, кто это женщина и зачем ей нужен этот браслет?»

«Я не ясновидящий,» — сказал Флинт, — «В браслете, конечно, много необычного, но я скажу вам вот что: я буду счастлив избавиться от него.»

Танис кивнул.

«Очевидно, браслет очень важен для этой женщины, кем бы она ни была.» Он потянулся и посмотрел на вяло тлеющие огоньки потухающего очага. Общая комната гостиницы почти опустела. Отик с сонными глазами смотрел на них из-за барной стойки. «Кто-нибудь хочет ещё выпить?»

По примеру Таниса Флинт тоже потянулся и устрашающе широко зевнул, едва не вывихнув челюсть.

«Нет, я уже выпил по крайней мере на три кружки больше, чем следовало.» — сказал он, отодвигаясь от стола, — «Давай идти домой, Танис, а не то я засну прямо здесь.»

"А что насчет моих карт?» — спросил Тассельхоф, — «Вы едва взглянули на них.»

Танис нахмурился, но его затуманенный элем мозг был не в состоянии выбрать между дорогой домой к кровати и изучением карт.

К счастью, Тассельхоф сам нашел решение.

«Я остаюсь в гостинице ночевать. Если хочешь, я могу прийти завтра к палатке гнома и вы сможете просмотреть карты там.»

Танис с облегчением увидел, что Флинт уже прошаркал к двери и не слышал этого предложения. Полуэльф торопливо согласился с кендером, попрощался и бегом помчался догонять пьяного гнома, чтобы воспрепятствовать тому упасть с моста.

Оставленный в одиночестве среди дымной тишины общей комнаты, Тас пошел к узкой лестнице, которая вела в спальные помещения. Закончился долгий и утомительный день.

"Я только несколько минут отдохну и встану, еще не успев заснуть.» — пробормотал он, падая на перину в своей маленькой, но чистой комнатке. Хотя глаза кендера были закрыты, он чувствовал, что кровать головокружительно вращалась. Кендер подумал, что ему определенно что-то давит в грудь самым неудобным образом. Он перевернулся на бок и выудил из кармана жилетки медный браслет Флинта.

"Как во имя богов он оказался в моем кармане?» — размышлял кендер, изумленно рассматривая браслет через полузакрытые глаза. — «Я должен не забыть вернуть его.»

Подсознательно засовывая браслет обратно в карман, Тас перевернулся и погрузился в глубокий сон невинного и нетрезвого существа.

ГЛАВА 3

ВНУТРИ И СНАРУЖИ

Зубодробительный храп заставил налитые кровью глаза Флинта открыться в замешательстве. Он лежал на спине, на своей кровати, одетый в грязные бриджи и один-единственный тяжелый ботинок. Вытянув шею, чтобы осмотреться, гном увидел знакомый буфет и стулья, которые находились в его собственном доме, расположенном в полом стволе валлина. Как я попал сюда? — подумал Флинт.

Последнее, что он помнил, это то, что он сидел на одном из удобных стульев Отика в гостинице Последний Приют. Тогда была ночь. Приглушенный занавешенными окнами свет, проникающий в дом, подсказал гному, что уже день. И день уже довольно давно. Нахмурившись, Флинт резко сел и сразу рухнул обратно на кровать. Пульсирующая болью голова подсказала ему, отчего у него случился провал в памяти. Вчера вечером он действительно напился.