Ольга Кузнецова - Девочка на холме

И единственный, кого, казалось, произошедшее и вовсе не касалось — это низкорослый мужчина в твидовом пиджаке, сидящий за одним из столиков.

К тому времени подоспели местные пожарные, одетые в тяжелые сплошные комбинезоны, и с деловым выражением лица они целой толпой направились в сторону кухни — предполагаемого источника возгорания.

Но меня интересовало не это. Прижимая к груди фотоаппарат, как будто он мог мне чем-то помочь, я, недолго думая, направилась к тому столику, за которым сидел незнакомец. Тот, в свою очередь, поставил чашку на поднос и сделал вид, что уже собрался уходить.

Я сказала "сделал вид", потому что он действительно видел, как я направляюсь в его сторону.

— Вы знали? — напрямую спросила я, облокотившись руками об столешницу.

Я смотрела на мужчину сверху вниз: он был значительно ниже меня. Но при этом он выглядел настолько гордым и надменным, что сразу становилось понятно, что для него рост не имел никакого значения.

— Простите? — прохрипел он, статно выпрямившись и застегивая последнюю пуговицу на пиджаке.

— Вы знали? — повторила я с нажимом. — Про пожар. Вы ведь знали, что он случится, верно?

На мгновение мне показалось, что в глазах мужчины промелькнуло удивление, но либо мне действительно показалось, либо он настолько быстро скрыл свои эмоции, что от них тут же не осталось и следа.

— Понятия не имею, о чем вы, милочка, — достаточно грубым тоном ответил он и важной гусиной походкой направился в сторону выхода.

Я не пыталась его остановить. Я лишь наблюдала за тем, как он скрылся за дверью, тут же звякнувшей в знак того, что ушел посетитель, а затем сделал несколько шагов по мощеной улочке и…

…и исчез.

Я готова была поклясться, что он просто-напросто исчез. Испарился!

В этот момент моего плеча коснулась чья-то рука. Я обернулась и увидела перед собой обеспокоенное лицо одного из членов пожарной команды.

— Сейчас здесь будет полиция, девочка, так что тебе лучше уйти, а то тебя еще начнут допрашивать — потеряешь кучу времени.

Я благодарно кивнула и уже собралась было уходить, как, вспомнив кое-что, снова повернулась к пожарному.

— Сэр, вы не видели случайно здесь мужчину? Во-от за этим столиком? Он только что ушел.

Но пожарный лишь недоуменно пожал плечами и направился обратно на кухню — в самый эпицентр несостоявшихся событий — показывая мне тем самым, что разговор уже окончен. Я бросила беглый взгляд на столик, за которым и сидел незнакомец, но ни чашки с недопитым кофе, ни пятна от пролитого молока я там не обнаружила — на пустом подносе лежала одинокая десятидолларовая бумажка.

Я вспомнила, что за свой латте я тоже так и не заплатила и, последовав примеру странного рыжебородого мужчины, оставила свои два восемьдесят мелочью, а затем, немного подумав, прибавила еще пятьдесят центов на чаевые.

Когда я вышла на улицу, перед кофейней творился самый что ни на есть настоящий хаос. Толпа зевак уже прижимала свои носы к стеклу, чтобы разглядеть хоть что-нибудь интересное. Конечно, вряд ли они там что-нибудь действительно увидят, но мне не хотелось разочаровывать их раньше времени. В конце концов, раньше гонцам за плохую весть отрубали голову.

С трудом пробившись сквозь скопище людей, я быстрым шагом покинула улицу Магнолий и позволила себе отдышаться только тогда, когда оживленная улица сменилась тихим знакомым пейзажем с редкими фермами.

Из головы все никак не выходил этот странный мужичок с рыжей покладистой бородой.

Да, способность наживать себе приключения для меня когда-нибудь закончится весьма плачевно. Или я просто оказалась в Стране Чудес? Как глупо — меня ведь зовут даже не Алиса. Наверное, кто-то наверху просто перепутал.

Дорога до фермы дяди Рея оказалась на удивление долгой. Я то и дело кидала взгляды в сторону того места, где рано утром увидела холм (он ведь всегда там был прежде, черт возьми, так куда он делся?!), но снова и снова — ничего.

"Отлично, Джинни, уже веришь в фантазии собственного воображения. Просто чудесно", — подумала я про себя с сарказмом.

Мое настроение было опущено ниже плинтуса: что-то терзало, не давая покоя, скользкой змеей закравшись в самое сердце. Я думала то об одном, то о другом. Картинки в голове менялись со скоростью света, но конюшня, холм и сцена в кафе появлялись чаще всего, и я никак не могла определиться, какая тайна для меня важнее. Лошадь? Слишком обыденно. Мужчина из кафетерия? Мало ли что это был за мужчина, просто очень низкий. Но холм, холм — это было действительно странно. Не могло же мне просто привидеться? Или все-таки могло?

Задумавшись, я чуть было ни прошла мимо стоящего у оградки дяди Рея. Видимо, ему все-таки удалось найти зажигалку, потому что теперь он прерывисто курил.

— Джинджер, как на Магнолий? — отрешенно спросил он, пытаясь сделать вид, что задает свой вопрос хоть с каким-то интересом.

— Нормально. — Я пожала плечами, тактично не упоминая о несостоявшемся пожаре. Дядя бы просто ужаснулся: попасть во вторую переделку за день, едва появившись на новом месте!

Поднявшийся ветер всколыхнул только начавшую опадать листву, и, пользуясь тем, что дядя больше не смотрит в мою сторону, я направилась в сторону дома. Неужели, эта история со Шварцом так обеспокоила дядю Рея? Но со мной же все в порядке, да и на дядю подобное поведение вообще не похоже.

На холодильнике по-прежнему висела моя записка о том, что я направляюсь на улицу Магнолий, и я одним рывком содрала ее, тут же разорвав на мелкие кусочки. Это была какая-то необоснованная, внезапная злость. Злость на все и на всех. Мысленно я дала под зад даже бедняжке Стеф, у которой, наверное, уже все тело болело от моих мысленных приемов по карате. Но не помогало. Я по-прежнему чувствовала себя обозленной на весь мир и как следует сыпанула в турку кофе, будто это именно турка и кофе были виноваты во всех моих проблемах.

Врачи бы сказали: запоздалый шок. А я знаю, что сказали бы врачи, потому что у меня всегда было "превосходно" за естественные дисциплины. Так что если бы ни моя страсть к фотографиям, то я бы определенно мечтала стать врачом, но пока я могу ставить диагнозы только сама себе.

Так происходит всегда: выплеск адреналина, уже не думаешь, страшно тебе или нет — просто действуешь и все. И только потом начинаешь осознавать, что на самом деле произошло. Я. Осталась. В здании. В котором. Вот-вот. Могли. Вспыхнуть. Газовые баллоны.