Родерик Гордон - Свободное падение

Уилл несколько минут посидел рядом с Кэлом, молча глядя на него. Время от времени в центре Поры со свистом пролетали камни, или неожиданный ливень, взрываясь причудливыми фонтанами, уносился вниз, словно гроздь падающих звезд, и снова воцарялась тишина.

Вдруг Уилл услышал за спиной звук глухого удара. Казалось, весь гриб мощно сотрясся. Сетка под ним задрожала.

— Что это было? Камень, что ли? — встревожился Уилл и огляделся. Он быстро пришел к выводу, что сверху упало что-то тяжелое, а по грибу разошлась волна от удара. Это заставило мальчика вернуться к реальности — оставаться тут было опасно. И Уилл наконец решил, что делать дальше. Крепко ухватившись за сетку, он ногами подтолкнул Кэла к самому краю рамы.

Уилл взглянул в необъятную глубину Поры и вздрогнул, представив, как он сам туда падает. Потом мальчик посмотрел на тело брата.

— Ты ведь всегда боялся высоты… — шепнул он.

Уилл глубоко вдохнул и крикнул:

— Прощай, Кэл! — и он сильно толкнул тело брата обеими ногами, выбрасывая его за раму. Уилл проводил его взглядом. Тело медленно поплыло вниз, плавно вращаясь в невесомости, словно его хоронили в открытом космосе. Ускорилось оно лишь несколькими десятками метров ниже. Уилл смотрел ему вслед, пока тело не превратилось в крохотную точку и не исчезло в мутной темноте.

— Прощай, Кэл! — крикнул Уилл еще раз, и его голос тоже провалился в колоссальную бездну, едва слышным эхом отразившись от противоположной стены Поры. Бартлби печально завыл тонким голосом, как будто понимал, что его хозяин отправился к месту последнего упокоения.

Убитый горем и отчаянием Уилл повернулся и полез по сетке в сторону гриба, волоча за собой рюкзак. Внезапно он замер на месте.

Мальчик закрыл глаза и приложил руку ко лбу, как будто у него заболела голова. Но дело было вовсе не в этом.

— Нет, замолчи, — прошипел Уилл. — Нет!

Какой-то голосок из глубины сознания шептал, что он должен последовать за братом, и побуждал прыгнуть вниз. Сперва Уилл решил, что в нем заговорило чувство вины за гибель Кэла, ведь он не переставал думать о том, как мог бы спасти брата. Затем мальчик предположил, что вдруг начал бояться высоты, как Кэл, однако скоро понял, что ошибается. Это был не просто внутренний голос — это был импульс, настолько мощный, что Уилл едва мог ему сопротивляться.

Он живо представил себе, как делает то, к чему призывает таинственный голос, причем наблюдал за собой как будто со стороны, без эмоций и переживаний, и шаг за край казался единственным разумным выходом. Это решило бы все проблемы, несчастьям и сомнениям пришел бы конец… Вцепившись в сетку, Уилл боролся со странным побуждением, всеми силами пытаясь победить его.

— Прекрати, дурак! — выдавил он, поджав губы. Мальчик не представлял, что с ним происходит. Пока в сознании шла напряженная борьба, все тело у него дрожало. Импульс овладевал его руками и ногами, заставлял их двигаться, и Уилл медленно, но верно возвращался к бездне. Однако окончательный выбор, по-видимому, все же оставался за ним, и мальчик до боли стиснул кулаки, хватаясь за сетку, лишь бы удержаться на месте. В конце концов, он еще мог хоть как-то сопротивляться нахлынувшему безумию.

— Ради бога, хватит! — прикрикнул он на себя, дрожа еще сильнее, чем прежде. И вдруг Уилл подумал о том, что Честер ждет его внизу. То ли мысли о друге придали ему сил, то ли невидимый противник в его сознании наконец потерпел поражение, но Уилл почувствовал, что руки и ноги снова его слушаются. Он разжал кулаки и поспешно перебрался на гриб, опасаясь, что его победа будет недолговечной.

Мальчик преодолел несколько метров ползком, прежде чем решился осторожно подняться. Его колотило от страха. Уилл не мог понять, что с ним произошло. Раньше у него никогда не возникало подобного иррационального побуждения — покончить с собой.

Тем временем в пещере Честер обтирал лицо Эллиот чистой футболкой из своего рюкзака. В тот момент, когда он смочил ей губы водой, девушка что-то пробормотала. Честер едва не выронил флягу. Эллиот приоткрыла глаза и попыталась что-то сказать.

— Эллиот, — произнес мальчик и взял ее за руку.

Девушка шевелила губами, но голос у нее был такой слабый, что Честер ничего не расслышал.

— Не пытайся говорить. Все хорошо, тебе просто надо отдохнуть, — сказал он самым обнадеживающим тоном, на какой был способен, однако Эллиот скривила рот, как будто на что-то сердилась. — Что случилось? — спросил мальчик.

Тут ее глаза закрылись, и она снова потеряла сознание.

Как раз в эту минуту Уилл скользнул через водопад в пещеру.

— Эллиот ненадолго пришла в себя, — сообщил Честер. — Даже что-то сказала.

— Хорошо, — вяло ответил Уилл.

— А потом опять отключилась, — продолжал Честер. Тут он заметил, что с другом что-то не так. — Уилл, ты почему такой бледный? Как оно было… с Кэлом?

Уилл пошатывался, словно валился с ног от усталости.

— Эллиот выкарабкается. Она сильная, Честер, — сказал он, уходя от ответа на вопрос. — И руку мы ей вылечим, — добавил мальчик, запуская руку в рюкзак Кэла. Уилл бросил Честеру кожаную флягу, а за ней пакетик с орешками. — Положи к нашим запасам.

С этими словами Уилл добрел до стены и осел на пол.

Бартлби прошел через водопад и поглядел на ребят печальными глазами, как будто проверяя, нет ли среди них Кэла. Потом кот отряхнулся и направился к Уиллу. Бартлби свернулся рядом с ним и положил огромную голову на колени мальчику. Уилл рассеянно погладил его по широкому лбу. Честер впервые видел, чтобы его друг приласкал Бартлби.

— Ты мне не ответил, — напомнил Честер. — Насчет Кэла.

— Я о нем позаботился, — металлическим тоном произнес его друг, глубоко вздохнул и закрыл глаза, проваливаясь в сон.

Глава 3

Дрейк завернул за угол и замер, увидев в пещере солдата.

— Черт! — выругался он шепотом и тихо попятился назад в туннель.

По серо-зеленой форме ренегат понял, что это боец стигийской Дивизии. Обычно их не отправляли в Глубокие Пещеры: основной задачей дивизии было патрулировать границы Колонии и Вечный город. Но в последний месяц, сказал себе Дрейк, все не как обычно. На Вагонетную станцию один за другим прибывают поезда, полные ужасных Граничников, а теперь еще им в помощь выделили несколько подразделений Дивизии. Никогда еще Глубокие Пещеры не удостаивались такого внимания стигийцев.

Улегшись на живот, Дрейк выглянул из-за угла и рассмотрел солдата. Он стоял спиной к ренегату, уперев приклад винтовки в землю. Хотя боец не проявлял бдительности, нападать на него все равно было слишком рискованно. Дрейк сердито поморщился и прикинул, что если ему придется искать другой путь к Великой Равнине, то он потеряет как минимум еще час.