Евгения Гордеева - Закон притяжения

Ознакомительный фрагмент

— Тебе бы всё радости, — буркнул Вольф, продолжая изучать фолиант. — Скорбными трудами выстлан путь человека к счастью…

— Он ещё меня учит! — всплеснул руками Гораций. — Сам, значит, девушку любимую ни на шаг от себя не отпускает, а мне про скорбный путь рассказывает!

— Лучше её подстраховать, чем потом разбираться с проблемами, организованными этой неугомонной особой, — Вольф продолжал разговаривать, не отрываясь от книги.

А мне стало любопытно, какие проблемы он имел в виду? Мою заморозку? Полное лишение сил, временное, слава богам? Гуляние по волнам? Всё вместе, скорее всего. Плюс, мелкие неприятности в виде дрессированных омаров…

— Так найди другую, — посоветовал добрый призрак, а я пожалела, что не могу угостить его фенолфталеином. Но подогреть-то я его могу, ледышку фантомную! Чиркнула по Горацию молниями из глаз. — А-а-а! Разбойница! — отскочил от меня подальше призрак. — Точно говорю, найди другую девушку! Эта какая-то агрессивная!

— Она разная, — поделился сведениями обо мне Вольф, перелистывая страницы. — Она может быть любознательной студенткой… или преданной науке алхимичкой. А ещё королевой… но с этой дамой я пока мало знаком… А ещё она может быть нежной… ласковой… тёплой…

Кхм-кхм, — напомнила я о своём существовании. — Я вам не мешаю, господа?

— Мешаешь! — огрызнулся Гораций, впрочем, добродушно. — Не перебивай! Пусть рассказывает! Если тебе не интересно, иди, погуляй!

Ага! Щаз-з-з, как говаривал мой сводный братец. Только пятки салом смажу…

— Как это, не интересно?! — сделала суровое лицо. Тут мой муж тайны интимные выдаёт первому попавшемуся призраку… Мне тоже о-о-очень любопытно, что Вольф ещё скажет. — Ещё как интересно! Разоткровенничался, понимаешь… Я ведь не рассказываю направо и налево, какой он — профессор Сарториус… король Канис… муж, между прочим…

— Потом расскажешь! — отмахнулся от меня Гораций. — Вольф, ты продолжай… Вольф!

— Что? — поднял на него непонимающие глаза господин профессор.

Я расхохоталась. Это надо же! Оказывается его можно вот таким способом разговорить, подсунув какую-нибудь занимательную книгу, одновременно задавая нужные вопросы… И расколется Вольфганг Сарториус, даже не подозревая, что тайны выдаёт.

— Ты рассказывал, какая я ласковая и тёплая, — напомнила я мужу тему его исповеди с самым серьёзным лицом, на какое была способна в этот момент. Гораций с такой же физиономией подтвердил мои слова, ритмично кивая. — Мы ждём продолжения, — я обменялась взглядами с фантомом, и мы дружно воззрились на Вольфа.

— Ф-ф-ф, — Сарториус потёр руками лицо и улыбнулся, но мина у него была извиняющаяся. — А всё… — развёл он руками.

— Как это, всё? — вопросили мы хором.

— Всё… Тёплая… А что вы решили про общество?

— Он что, — повернулся ко мне Гораций, — ничего не помнит?

— Почему это? — возмутился Вольф, закрывая книгу. — Я всё прекрасно помню! Мы обсуждали создание тайного общества… Кажется, ректор был против… А, где он?

— Здравствуйте… господин профессор, — подсела к нему на ящик, прижалась к плечу. — Ты выболтал практически все наши семейные тайны…

— Фенолфталеином накормишь? — поморщился смущённый муж.

— Нет, — хмыкнула, — но долг на твоё имя запишу.

— Пиши… чего уж там, — обнял меня за плечи, прижался губами к виску.

— Как жаль, что я не могу покидать здания университета! — сердито пробормотал Гораций, глядя на нас. У-у-у. Догадливый… — Всё самое интересное происходит не здесь!

— Ты теперь дух-хранитель. Уникальная сущность, — попыталась успокоить фантома. — Я найду мистически настроенных девушек-студенток. Они организуют общество. Ритуал посвящения сами придумаете. Только это… без фанатизма, Гораций.

— А Вальдек? — недоверчиво осведомился парень.

— Дядюшку Генриха беру на себя. Согласится, никуда не денется.

— Дядюшка? — удивлённо вскинул брови Вольф.

— Он был другом моего отца… И, даже, заменил его в некотором смысле. А за этот том он на многое согласится.

— Ему книгу не отдам, — резко бросил Гораций. — Вам — пожалуйста, с превеликим удовольствием! А ему — нет!

— Спасибо! — Вольф прижал фолиант к груди.

— Значит, будем искать другие пути решения вопроса… Боюсь, только что бы он не потребовал портрет этот гафниевый опять в холле повесить…

— О портрете не беспокойся, — ехидно усмехнулся Гораций, — эту маленькую услугу я окажу тебе с огромной радостью! Скажи только, что с ним сделать? Сжечь? Изрезать?

— Закрасить… Цветочки нарисовать, васильки — лютики.

— Будет исполнено, леди Алфея, — фантом склонился в поклоне.

— Но как?… — я точно помнила, что представилась Петрой. И никто меня Алфеей при нём не называл.

— Ну-у-у… — Гораций сверкнул весёлыми глазами. — Меня не так-то уж легко запереть, что бы по этому поводу не думали здешние профессора. Я всё-таки магическую силу имел, и она осталась со мной. Так что я видел и твой портрет в холле, и табличку… — Мы с Вольфом переглянулись. — Петя и Воля… Вы мне нравитесь, ребята! Но, девушки за вами! — подмигнул нам и растворился в воздухе.

— Вот тебе и хранитель… — пробормотала я недоумённо. — Дух с магическими способностями?! Вольф, разве такое возможно?

— Ты всё видела своими глазами, — задумчиво ответил муж. — А книжечка-то нам досталась удивительная. Надо её прочитать очень внимательно. Эх, знать бы, где первый том находится…

Уговорить ректора на создание тайного девичьего общества для Горация стоило мне немало нервов. Хотя, у меня сложилось такое впечатление, что господин Вальдек изволил ломать комедию. Он прекрасно всё понимал и уж наверняка посоветовался с Хронусом о том, как правильно общаться с хранителями. Дружба и взаимопонимание с этими сущностями были гораздо выгоднее, чем вражда. Да и как можно воевать с собственным хранителем? Это же абсурд! Так что 'непримиримая' позиция Вальдека по отношению к 'Ложе Горация' дала трещину после часовых усилий с моей стороны. Говорила я убедительно, только доводы мои разбивались о рифы контраргументов ректора: недопустимо… неприемлемо… нонсенс! Тогда я ему пообещала создать общество, но уже без его участия. Не хочет держать руку на пульсе, пусть догадывается по внешним признакам о состоянии больного. И какие девушки попадут в это общество, он тоже контролировать не будет!

Ректор сдался и пообещал переговорить с Горацием на днях. Разумеется, ушлый фантом ждать обещанного не стал, и тут же материализовался в кабинете, радостно потирая руки. Я-то не удивилась его появлению. Что-то такое я подозревала. А вот господин Вальдек был, мягко говоря, ошарашен. Он ведь был уверен, что призрак надёжно заперт в башне.