Николай Якубенко - Время перемен

— Это резак. Мы его с Максом придумали.

— О! Значит, это вы с маной работаете. Очень хорошо! — Уррис просиял лицом, явно обрадовался, но сразу взял себя в руки.

Ветал не знал, что ему говорить и как себя вести. Чего от него хотят? Вроде культурно обращаются — может даже по-хорошему договориться получится. Или не получится?

— Виталик, для Железного ордена наступают очень тяжелые времена. Очень! Как в свое время у Закатного ордена и у многих других орденов-преступников до него. Железный орден посмел обмануть Совет Магов!

Магистр Железного ордена утверждал, что все иномиряне убиты — оказалось, нет. Более того, Железный орден спрятал их у себя и проводил комплекс исследований пришельцев, их возможностей. Подобное сложно долго держать в тайне, и неизбежное произошло — все узнали про иномирян. Тогда Магистр заявил, что пришельцы не знают ни о какой магии и вообще бесполезны. Даже привел кое-какие доказательства. Совет Магов этому поверил и успокоился.

Мы — нет! Железному ордену нельзя доверять, вся их история говорит об этом! Кто придумал арбалет, оружие недостойное, низкое? Кто впервые стал обучать простолюдинов работе с благородным оружием? Железный орден. Один только Истинный орден всегда был и остается обителью, где сохраняются древние традиции. Нам даже в голову не могло идти на поводу у каких-то пришельцев из другого мира. Это немыслимо!

Сейчас Железному ордену уже не отвертеться — доказательства налицо. Этот замечательный резак любой маг-исследователь мира Иглы назовет абсолютно новым заклинанием. Заклинанием иномирян! Совету Магов станет ясно, что Железный орден все это время обманывал их, втайне от всех набирая силы с помощью магии Земли. Как думаешь, что за этим последует?

— Откуда я знаю?

— Я тебе расскажу. Совет поставит задачу ликвидировать новую угрозу в зародыше, и Железный орден повторит судьбу Закатного ордена. Понимаешь?

— Не будет Железного ордена, так?

— Правильно. И, на этот раз, всех землян надежно убьют.

В голове Виталика будто взорвалась бомба. Все было хорошо, сытно, даже планы на будущее строил, как вдруг все разрушилось в один миг… Что делать? Неужели конец? Тем временем, Уррис продолжил.

— Виталик, ты иномирянин. Никому не принадлежащий чужак, потерявший родину и весь свой мир, ты можешь остаться в живых.

Видишь ли, Совету Магов достаточно будет предъявить только резаки: твой, Макса и Агриса. После этого, судьба Железного ордена будет решена. А вот твоя судьба, Виталик, пока еще не известна. Тебя могут «уничтожить» во время штурма обители Железного ордена, а артефакты мы «как бы» подобрали на месте боя. Мы тайно вывезем тебя в Цитадель Истинного ордена, и ты будешь спокойно трудиться в ней. В комфорте, с вкусной едой и сладким вином. И приглашенными распутными девицами. Поверь, многие жители мира Игла были бы счастливы такой судьбе! Конечно, мы не будем повторять ошибок Железного ордена — об экскурсиях за пределы Цитадели можешь забыть раз и навсегда. Но ведь это лучше, чем по приговору Совета быть сожженным заживо? Верно?

— Уррис, лучше бы я никогда не встречал тебя на своем пути. Что с Максом и Агрисом?

— Макс еще не очухался, буду допрашивать его позже. Мое предложение будет распространяться и на него — вдвоем вам веселее будет. И пользы вы принесете гораздо больше. Что до Агриса, то он спит с того момента, как мы его «спеленали». Он сильный маг, пока не приедет подкрепление из Цитадели — будет спать. Лишние проблемы нам ни к чему.

— А я с Максом? Мы с ним, вроде как, тоже маги.

В ответ Уррис изобразил что-то наподобие снисходительной улыбки.

— Ветал, ты глубоко ошибаешься. Какой из тебя маг? Высокое искусство магии вы посмели поставить вровень с мастерством ремесленника. Мы проследили ваш путь от самого села «Лесное» до Академии и пришли к выводу: магия земли примитивна и никогда не приобретет все грани настоящего Искусства. Изготовление железных артефактов — вот ваш удел, этим вы и будете заниматься в нашей Цитадели. Есть возражения?

— Возражений нет.

— Другого ответа я не ожидал. Все, аудиенция закончена — несите его в подвал! — Скомандовал Уррис.

Крепкие руки подхватили кресло вместе с Виталиком и вынесли его из комнаты. Потом завернули за угол, еще один угол, лестница вниз, еще переход, тяжелая дверь камеры и еще один удар по голове. То, как его освободили от кандалов и бросили на каменный пол, Виталик не помнил.

— Макс, как думаешь — они по-русски понимают?

— Сомневаюсь. Быстро язык не выучить, к тому же маг для вскрытия нашей с тобой ментальной защиты должен быть очень сильным! Не зря Агрис колдовал. Чуть волосы мне не спалил во время обряда! Кстати, как он?

— Дрыхнет, как младенец. Хотя, младенцы писают и какают, а Агрис словно в мумию превратился. А мумии, как утверждает наука, не писаются и не какаются, что очень хорошо в наших условиях.

Это было правдой. Трое заключенных лежали на грязной, слежавшейся соломе, которая тонким слоем покрывала пол их темницы. Сама темница была погружена в почти полную темноту — крохотное отверстие у самого потолка приносило лишь тонкий, почти не различимый лучик лунного света. Помещение камеры было не больше кухни в обычном панельном доме. Современных средств гигиены здесь не было, для оправления естественных нужд нужно было использовать дырку в углу. Уже сильно загаженную.

Зато в магическом зрении их тюремная камера была куда более интересна! Все ее стены, пол и потолок были плотно покрыты трехмерной сетью, настолько густой и сложной, что разобраться во всем этом не было никакой возможности. Создавалось впечатление, что камера создавалась специально для содержания в ней магов. Сильных магов.

После беседы Виталика с Уррисом прошло всего пара часов, Макс оклемался совсем недавно, и поводов поговорить у землян было выше крыши.

— Не понимают они по-нашему нифига. Кстати, идея добежать до Академии удалась. Даже попутку поймали по дороге!

— Макс, не начинай опять эту песню. Кто знал, что орденцы нас все время «вели»?! Остановили бы экипаж — может, и сидели бы сейчас в общаге. Архана за вином посылали и напряжение снимали.

— Алкоголь в Академии для студентов запрещен, его даже нельзя пронести за ограду — стоит магическая блокада.

— Ой, только не рассказывай мне сказки. Нашли бы способ. В крайнем случае — коменданта бы подкупили, за золотые фарлонги он бы нам целую бочку крепкого вина принес. Все эти коменданты и прочие завхозы одинаковы — что на Земле, что здесь.

В темноте камеры повисло задумчивое молчание. Лишь изредка неизвестное насекомое начинало жужжать, создавая хоть какое-то разнообразие звуков.