Анатолий Махавкин - Леди Зима (СИ)

Джонрако хмыкнул раз, другой и отправился на свой табурет, причём теперь его шаг был намного тяжелее, чем прежде. Да, награда была велика: помянув пятьсот фунтов золота, старейшина мореходов и не предполагал, что они могут кому-то достаться, а Джонрако, вполуха слушающему беседу и в голову не могло прийти, что именно он станет обладателем означенной суммы, да ещё и в таком эквиваленте, который дороже золота.

Но, остров Калларис!

Капитан попытался припомнить всё, известное ему об этой земле и покачал головой. И то: не слишком обширная информация! Три упоминания в древних книгах и лишь в одной из них путанное описание богом забытого островка, почему-то названного Землёй Спящей тени. В других он тоже имел второе название, но иное: Остров Сна и Источник Мрака. Впрочем, у всех этих наименований было одно общее: оптимизма они не внушали, наводя лишь на неприятные мысли.

Мало того! Если в книгах остров именовался названиями, таящими смутную угрозу, то болтливые капитаны, из тех, кто постарше, обзывали загадочную землю Западнёй Дьявола и советовали держаться от него подальше. Впрочем, причин никто не мог объяснить.

А первый раз молодой, тогда, капитан услыхал о Калларисе во время второй картографической экспедиции. Причём, произошло это при весьма необычных обстоятельствах и Джонрако не было необходимости напрягать память, вспоминания о них: воспоминания словно сами ждали приглашения и ринулись в его голову, отпихивая друг друга, точно матросы у бочки рома. Капитан прижал ладонь к пылающему лбу, пытаясь удержать мысли под контролем и не дать им разорвать череп на мелкие части.

Остров Калларис! Почему именно туда?

Хастол внимательно смотрел на задумавшегося капитана и его тёмные глаза словно пронзали Джонрако насквозь, точно пытались проникнуть в мысли моряка. Джонрако поднял голову и столкнувшись с пристальным взором, понял: его гость действительно способен на подобное. Впрочем, спустя секунду он уже не был так в этом уверен, а ещё одно миновавшее мгновение вынудило его и вовсе позабыть о странной мысли, погрузив в водоворот минувших событий.

А было это более десяти лет назад. Тогда Собболи, вышедшему во второе плавание по Югу, исполнилось тридцать два года, однако, невзирая на внушительный опыт его по-прежнему считали слишком молодым, как для капитана. Поэтому главный картограф постоянно следил за всеми действиями морехода, и того это жутко раздражало. По отдельным репликам Джонрако сумел определить, что его соглядатай, скорее всего, некогда был капитаном военного корабля. Видимо возраст и ранение, вынуждавшее подволакивать правую ногу заставили учёного сменить сферу деятельности.

Так или иначе, но картограф, которого звали Сиред Зарелли, покидал мостик лишь после того, как Джонрако сменял помощник — абсолютно лысый ветеран морских просторов, чей возраст давно перевалил за пятьдесят лет и стремительно приближался к рубежу, за которым следовало списание на берег.

Формальности были выполнены и кратко (как обычно) попрощавшись, капитан и учёный разошлись по своим каютам. Однако Собболи слегка задержался, намереваясь наблюдать за необычным, для его глаз, положением созвездий. Впрочем, наблюдение сорвалось: непривычно густой туман быстро затянул небеса, белой пеленой упав на поверхность океана.

Чертыхаясь, Джонрако опустил взгляд и вдруг заметил тёмную массу, с трудом различимую среди плывущих косм серой мглы. Достав зрительную трубку капитан попытался рассмотреть загадочный предмет, однако и тут его ожидала неудача: то ли туман оказался слишком плотен, то ли тёмная масса находилась слишком далеко, но глаза моряка так и не сумел различить ни единой подробности. Единственным достоверным фактом были размеры объекта; исходя из скорости движения судна и изменению положения предмета это определённо был остров немаленьких размеров.

Напрягая память Джонрако постарался вспомнить карту, которую Зарелли хранил в своей каюте. Но нет, в этом месте Турдиса не наблюдалось ничего, крупнее подводной скалы. А учитывая глубины океана вероятность появления последней приближалась к нулю. Значит «Морской Чёрт» проходил мимо затянутой в туман неоткрытой земли. Хм, человеку первому открывшему новый остров полагалась крупная денежная премия и капитану, в чьих карманах совсем недавно посвистывал ветер солидная денежная прибавка была бы совсем не лишней.

Подавив первоначальное желание заорать во всё горло: «Земля!», что не подобало капитану и владельцу, Джонрако направился в каюту картографа. По пути ему пришлось переступать через тела спящих гвардейцев, заступивших в ночной дозор. Обычно они тщательно охраняли каюту учёного, и какая причина вынудила их уснуть на палубе — капитан лишь терялся в догадках. Ещё больше он удивился, когда увидел пустой коридор у обиталища Зарелли.

Подивившись происходящему, капитан поднял сжатый кулак, намереваясь стуком возвестить о своём прибытии, но качнувшееся судно вынудило его опереться ладонью о коричневые доски. Петли дверей на корабле Собболи всегда смазывались тщательно, как, впрочем, выполнялись и все остальные работы. Поэтому дверь, оказавшаяся незапертой, тотчас приоткрылась, выпустив наружу необычный зеленоватый свет. Недоумевая, капитан осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

Ещё не успела лохматая голова Джонрако протиснуться в щель, как он различил чьи-то голоса. И если первый он узнал сразу, то второй поставил его в тупик: капитан не мог вспомнить никого, из присутствующих на «Чёрте», кто мог бы так говорить.

Между тем любопытствующий капитан всё дальше засовывал голову, пока не увидел предмет — источник странного зелёного света. Это был огромный шар, наполненный изумрудным пламенем, стоящий посреди низкого квадратного столика. Перед столом сидел на коленях Сиред Зарелли и склонив голову очень тихо разговаривал с невидимым собеседником.

Джонрако напряг зрение, всматриваясь в бурлящее пламя и сумел разглядеть того, чей голос оказался загадкой для капитана. Внутри удивительной сферы проявлялась мужская голова, враставшая шее в клубящееся сияние. Невзирая на то, что лицо неизвестного оказалось скрыто, Собболи всё же сообразил, кому оно принадлежит. Этот продолговатый лысый череп, увенчанный серебристой диадемой, эти длинные заострённые уши и впалые щёки. Воображение послушно дорисовало скрытое: клювообразный нос, нависающий над тонкими бледными губами, выдающийся вперёд костистый подбородок и два полуприкрытых глаза. Брови у человека (если его можно было так называть) отсутствовали, как, впрочем, и любая другая растительность.