Юлия Трунина - Нимфа в камуфляже

— Не трогай мою маму! — вскинулась Лелена. — В отличие от некоторых, она — истинная аристократка!

— Истинная гадина! — исправила я ее и, отлепившись от прадедушкиного изваяния, решила продолжить путь. — Передай ей, если она еще раз про бабулю какую-либо гадость пустит — будет снова в пруду квакать.

— Это просто неслыханно! — взвизгнула кузина. — Ты!.. Ты!!!..

— Лелька, сгинь!.. Не зли меня, а то колдану сгоряча, будешь потом всю жизнь лгать поклонникам, что ты в карнавальной маске!

— А она и это может? — услышала я за спиной испуганный шепот Катрины.

— Ведьма! — со злостью выдохнула моя сестрица.

— И горжусь этим! — не оборачиваясь, крикнула я.

Я и правда гордилась своими талантами и стремлением стать первой женщиной — боевым магом. Меня уже не смущали ни пересуды, ни косые взгляды, я твердо знала чего хочу и шла к своей цели. Училась, практиковалась, сидела в библиотеке, ездила к бабушке на каникулы (иногда, когда не лишали их), гуляла с друзьями, отбывала наказание и снова училась. Все было четко и последовательно, как в устройстве мироздания, и меня это устраивало. Хорошо, если ты уверена в завтрашнем дне. И в ту ночь мне и голову не пришло, что до конца моей уверенности осталась всего пара недель, начиная с того утра, когда нас к себе вызвал директор Оллис.

Гонец передал мне приказ явиться в Академию у дверей кабинета магистра Юниана. Перед этим парнишка с минуту, наверное, таращился на меня, пытаясь узнать адресата. Ну да, макияж и одежда творят чудеса перевоплощения!.. Но не настолько же, чтобы забыть, что перед тобой боевой маг, и откровенно пялиться в декольте!

— Наклониться? А то тебе не все видно, — сухо сказала я, ненадолго оторвавшись от прочтения.

Гонец покраснел и, сумбурно извинившись, исчез в ветвистых коридорах тетушкиного дворца. Я же отправилась к руководителю стажировки, сказать, что утром на рабочем месте буду отсутствовать.

Однако, похоже, для наставника Юниана это новостью не стало, он рассеянно кивнул мне и, не отрываясь от старинного фолианта, сказал:

— Зайди перед уходом к бабушке, она тебя искала.

О, нет, только не это!!! Лелена наверняка ей рассказала, что вечером я была в подпитии. Грядет очередная лекция на тему: «Ты моей смерти хочешь?!»

— Спасибо, Великий, я зайду к ней после Академии.

— Сейчас, Иллия, сейчас…

Мракобес и Бездна! Не получилось!

Бабуля ожидала меня в одной из личных комнат своей сестры, королевы Вифинии.

Приехав в столицу ко дню Весеннего Равноденствия, бабушка решила задержаться до Купавницы, чем дала дворцовым сплетникам работу: в кратчайшие сроки ей были рассказаны сто и одна история о моем вопиющем поведении. Хотя половина этих историй была неправдой, а вторая половина сильно преувеличена, она все равно (очевидно, для профилактики) три с половиной часа делала мне внушения об аристократическом воспитании.

У комнаты, где меня ожидали, стояли охранники королевы, а у невысокого столика на кушетке сидела ее секретарь.

— Ваша Светлость, доброе утро, — женщина поднялась при моем приближении. — Ее Величество приказала сразу же вас проводить в королевскую гостиную.

— Доброе утро, баронесса. Моя бабушка вместе с королевой?

— Совершенно верно, — она слегка кивнула одному из стражей, и тот постучал в створку двери.

— Войдите, — донесся из комнаты голос моей тети.

Все тот же стражник распахнул передо мной дверь, я вошла, и створки за спиной моментально захлопнулись.

— Доброе утро, Ваше Величество, — я присела в реверансе. — Доброе утро, бабушка.

— И вот так всегда, — с преувеличенной печалью вздохнула тетя, — тебя она зовет бабушка, а меня — Ваше Величество.

— Но я действительно ее бабушка, а ты — ее королева, — педантично поправила бабуля свою сестру.

— Но я еще и ее тетя, поэтому в личной беседе настаиваю именно на таком обращении. Присаживайся, племянница, хочешь горячего шоколада?

Я не любила эту эмирскую бурду, по мне, наш обыкновенный сбитень гораздо вкуснее, но решила не отказываться.

— Да, благодарю.

— Только, будь любезна, налей сама. Мы выставили всю прислугу, чтобы посекретничать.

— Конечно, тетя, это — не проблема. — Поднос, стоявший на столике, поднялся вверх и плавно поплыл в моем направлении, остановившись около кресла, где я сидела. Салфетка подобно белой птичке взмыла над серебряным сервизом и, спикировав вниз, расстелилась у меня на коленях. Чайник приподнялся, наливая густой напиток в чашку. — Никто больше не желает шоколада? — с невинной улыбкой спросила я, оглядывая заинтересованную тетю и нахмурившуюся бабушку.

— Я, пожалуй, выпью еще, — сказала королева, протягивая свою чашку к подносу. Тот подплыл к ней, и чайник повторил всю процедуру, а ложечка нырнула в чашку и принялась размешивать содержимое. — Какая прелесть! — улыбнулась тетя, с умилением глядя на чашку.

— Виф, ты всегда чересчур поощряла ее магическое баловство, — покачала головой бабуля.

— Что ты, Нени, это разве баловство? Это искусство! — мягко улыбнулась ей в ответ сестра, пытаясь дотронуться до черенка крутящейся ложки, та сразу замерла. — Нам бы его в детстве, когда воспитатели лишали сладостей за шалости. Не пришлось бы тогда таскать пирожные с кухни через тайный ход.

— А вас в детстве наказывали? — удивилась я.

— А ты думаешь, что твои тетя и бабушка всегда были такими мудрыми и серьезными?

— Наверное, нет, но мне трудно представить вас детьми. Конечно, я видела ваши детские портреты, но представить вас маленькими девочками, тайком пробирающимися за сладостями… Не могу.

— Что ж так?.. Фантазия истощилась? Вчера, когда ты Лелене угрожала, она у тебя процветала, — сказала бабуля, подходя к основной теме разговора.

— Бабушка, ты же знаешь, я никогда не угрожаю… Я предупреждаю.

— Значит, ты честно предупредила ее, что превратишь их с матерью в ядовитых жаб?

— А смысл? — пожала я плечами, пробуя напиток. — Разницы все равно никто не увидит.

— Иллия!

— Бабушка, ты же все сама понимаешь, с такими, как они, иначе нельзя. Или ты думаешь, что слухи о твоих любовниках и внебрачных детях кто-то другой создал?

— Не стоит повторять дворцовые сплетни.

— Бабуль, не смеши… мой корсет, итак не одежда, а сплошное посмешище!

— Ну, хорошо, — примирительно вздохнула она, устав закрывать глаза на истину. — Но что ты скажешь о своем вчерашнем состоянии?

— А что с ним было не так?

— Ты была пьяна!

— Я?! Полная чушь! — И это была правда, чтобы мне опьянеть, нужно нечто побольше одной кружки коньяка.