Дарья Кузнецова - Кошка на счастье

— Ну… А почему они зелёные? Они же белые! И зачем ты их обрезаешь?

— Белые они будут когда сварятся, — спокойно пояснила я. — А срезаю я лишнее.

— А можно я попробую? — смущённо попросила она с таким видом, будто спрашивала о чём-то ужасно неприличном. Издержки княжеского воспитания, да; Леда умела очень многое, но к черновой работе её явно никто не готовил.

— Да ради богов! Только осторожнее, не порежься, он обоюдоострый. Очень острый! — предупредила я, вручая ей плод и второй метательный нож. Кощунство, конечно, боевым оружием чистить овощи, но я лучше его потом подправлю, чем буду ковыряться с такой мелкой работой большим кухонным ножом.

— И совсем обоюдо? — улыбнулась девушка.

— Даже слишком, — серьёзно кивнула я. Дело несколько замедлилось, пока я объясняла княжне, что надо делать. Но освоилась та быстро.

— Ого! — буквально через несколько минут нас прервал громкий восхищённый возглас, прозвучавший практически над головами. — Грем, ты смотри, что тут затевается! Ну-ка, девушки, двигайтесь, сейчас мы их быстро всех разделаем, — весело добавил рыжий и присел рядом со мной, поджав под себя одну ногу. Из сапога был извлечён нож, и Трай невозмутимо перехватил у меня из руки ещё непочатую маленку. Я уже собралась съязвить на тему чьей-то самоотверженности и таланта качественно подлизываться, но напротив рыжего почти в такой же позе уселся белобрысый молчаливый великан, и с точностью повторил его действия. Правда, овощ он ни у кого не отбирал, а взял горсть из общего мешка и выложил на землю рядом с собой, чтобы не тянуться.

— У меня нет слов, — хмыкнула я. — Откуда такой героизм?

— Ты о чём? — искренне удивился Трай, демонстрируя превосходную сноровку в борьбе с мелкими корнеплодами.

— Вот об этом, — я кивнула на овощи. — Видишь, как девчонки прячутся? Боятся, что загребут и посадят помогать. А вы добровольно вызвались!

— Странные вы, — весело фыркнул он. — Что тут сложного?

— Надоедает быстро, — я пожала плечами.

— Просто у вас земляные яблоки не так любят, как у нас, — отмахнулся мужчина и, — в качестве демонстрации, не иначе, — сырьём закинул в рот очищенную маленку. Я проводила овощ задумчивым взглядом и уставилась на мужчину, чуть склонив голову к плечу.

— Ты чего? — растерянно уточнил он.

— Жду конвульсий, — пояснила я, пожав плечами с видом «а что, есть другие варианты?»

— Да ну тебя, — весело фыркнул он. — Они не ядовитые.

— Мы в этом окончательно убедимся только через пару дней, — возразила я. — Но даже их безусловная съедобность не объясняет вашего энтузиазма.

— Это традиционное блюдо, у нас его очень любят, — к моему удивлению, голос подал именно молчун Грем. Голос был под стать его внешности, такой же мощный и солидный. — Земляные яблоки обычно готовят всей семьёй, и в каждой семье — свой рецепт.

— Вот как? Я знала, что их у вас тоже едят, но не знала, что это настолько…

— Веля! Что случилось? — мирную беседу о кулинарии прервал испуганный возглас Белки. Я вскинулась, хватаясь за меч и озираясь; мужчины тоже вскочили.

Картина нашему взгляду предстала… впечатляющая. От края поляны в направлении костра брела Вешнелея. В дрожащей руке был крепко зажат метательный нож, и эти самые руки были залиты кровью. Кровь вообще была везде — разводы на щеках, пятна и брызги на одежде. А ещё птичница плакала. Нет, не плакала; ревела навзрыд, утирая рукавом слёзы и размазывая их вместе с кровью по лицу.

— Веля! — кинулась к ней я, за мной — встревоженная княжна; но первой успела Белка, находившаяся ближе всех. Грем подхватил свою монструозного вида двуручную секиру о двух лезвиях, а Трай скинул с плеча ножны, и мы все окружили птичницу, настороженно озираясь по сторонам. Вскоре подтянулись и остальные, кто был неподалёку (то есть, все, кроме альфы, ведьм, теней и напарницы Вешнелеи), и на лицах была написана тревога.

— Там… Там… — сквозь слёзы пробормотала Веля, и вышла на новый виток истерики, сквозь которую мы услышали только «я нечаянно!».

— Белка, ты не знаешь, где у наших ведьм аптечка лежит? — поинтересовалась я у подруги, обнимавшей безутешную птичницу за плечи. Та в ответ только качнула головой. — Вот вечно они где-то шляются, когда нужны. Так, даю-ка я общий сбор, а то…

— Не надо ничего давать, — раздался с опушки печальный голос Гневияры. Яня шла к нам с весьма подавленным видом, таща за уши тушку зайца. — Вот, — проговорила она, с похоронным видом протягивая добычу мне. И грустно шмыгнула носом.

— Что — вот? — не поняла я, но зайца взяла. — Молодцы, конечно, только это ничего…

— Я нечаянно! — прорыдала Веля в плечо вихрю и особенно надрывно всхлипнула. — Я на рефлексе! Он там… дёрнулся… а я…

— Так. Стоп. Кажется, я начинаю понимать, — пробормотала я, задумчиво разглядывая поверженного зверька. — Ты среагировала на движение, а это был заяц. Ты его убила. И кровь на тебе тоже его?

Птичница в ответ только несколько раз кивнула и вновь зарыдала — отчаянно так, аж с подвыванием. Я снова смерила взглядом зайца, потом — горе-охотницу. Очень хотелось хорошенько стукнуть вторую по голове первым.

Обстановку разрядил Трай. Он в голос заржал (смехом это было сложно назвать), вызвав особенно надрывный всхлип Вели и укоризненный взгляд Яни, небрежно закинул меч на плечо и отправился обратно к костру.

— Мамин хвост! — вздохнула я, хотя высказаться хотелось гораздо крепче. Но — нельзя, потому что рядом княжна. Та, кстати, смотрела на зайца со спокойным любопытством, без всякого надрыва. С другой стороны, птичницы — они… да. К животным они относятся, определённо, лучше, чем к разумным. — Ладно, отбой тревоги, будут у нас маленки с зайчатиной.

— Ниря! — возмущённо ахнула Гневияра, Веля опять зашлась рыданиями, а Белка, кажется, изо всех сил пыталась не последовать примеру рыжего.

— А что его теперь, похоронить с почестями, как павшего в бою героя? — язвительно уточнила я. — Я вам для ритуального сожжения выделю потроха со шкурой, более чем достаточно. Можем даже выпить за его упокой после ужина! Правда, есть только чай. И если вы так настаиваете, вам обеим отложу маленок без мяса, так и быть. Успокоишь тут этих тонко чувствующих? Пойду подготовлю героя к огненному погребению в общем котле, — хмыкнула я. Белка кивнула и повела жертву собственных рефлексов в сторонку, к лошадям, а я двинулась к ручью.

Нет, и всё-таки хороший у нас отряд подобрался. Не соскучишься!

Когда я вернулась с подготовленным мясом, маленки уже были почищены. То ли девочкам надоело ждать, то ли стало стыдно, то ли — обидно за себя перед волками (мол, они могут, а мы что — нет?), но вокруг «полевой кухни» собрался весь отряд, включая выбравшихся из кареты теней. Даже неприступный альфа отирался здесь же, и хоть был, как обычно, хмур и чем-то недоволен, но ни к кому не цеплялся.