Виталий Зыков - Праймлорд, или Хозяин Одинокой Башни

Ознакомительный фрагмент

Лигран попробовал метнуться сначала влево, затем вправо, а затем и вовсе рванул зигзагом к Холодному Ключу. Однако ничего толкового из этого не вышло. Единственное, чего добился, — противник немного занервничал и стал метать лезвия с удвоенной скоростью. Пусть и получались они у него теперь гораздо более скромными по размерам.

Интересно, а если сделать по-другому? Лигран сдёрнул с пояса мешочек с запасом железных опилок, развязал горловину и запустил всем содержимым в противника. Сам же начал заходить по дуге к нему за спину, по ходу дела напрягая все способности к управлению праймом, чтобы создать хотя бы видимость магического удара.

И надо сказать, у него получилось. По крайней мере иначе никак не объяснить, почему Башики вдруг скрестил руки и закрылся полусферой из льда. Быстро, надёжно и совершенно бессмысленно. Впервые на памяти Лиграна кто-то столь серьёзно воспринял его магические умения. Вот только не стоило так сосредотачиваться на защите от подобной ерунды. Лигран успел не только подобраться к Холодному Ключу вплотную, но и занёс меч для финального удара. И никакая магия тут уже спасти не могла.

Но, как и в последнем поединке с Джоком, вмешалась третья сила. Над плечом с басовитым гудением пронеслась звенящая от прайма стрела, задела край ледового щита, из-за чего тот разлетелся вдребезги, и пробила горло рыжеволосого. Тот даже не охнул — сразу повалился навзничь, уставившись ничего не понимающим, удивлённым взглядом за спину Лиграна.

Железный Песок торопливо повернулся.

— Как вовремя я появилась, не правда ли, юный лорд? — спросила Сильвара, опуская лук. — Мне этот наёмник сразу не понравился.

— Наёмник? — тупо переспросил Лигран, пытаясь разобраться в происходящем.

Сначала непонятно из-за чего случившийся вызов на поединок, затем, когда противник, считай, уже проиграл, неожиданная его гибель. Что вообще здесь творится?!

— Ну а кто же ещё? Наёмник и есть. То ли вернулся с фронта, то ли, наоборот, только туда собирался, — сказала Ястреб и направилась к своему подопечному, как-то по-особенному покачивая бёдрами. Получалось у неё на удивление грациозно, Лигран аж засмотрелся.

— Но зачем… — начал было он, стряхнув оцепенение. Но амазонка уже оказалась рядом и… Древо, поцеловала его в щёку! Все вопросы моментально вылетели из головы.

— Зачем пристрелила этого рыжика? Чтобы негодяй в последний момент не выкинул какой-нибудь фокус. И не ранил юного лорда, — выдала Сильвара, хитро улыбнувшись. — Уже почти победившего лорда!

— Ага… и которому вся эта драка была напрочь не нужна, — сказал Железный Песок, неожиданно для себя смутившись. Его ещё не отпустила горячка боя, а тут это поцелуй… Мысли категорически не желали собираться в кучу. — Может, ты тогда объяснишь, из-за чего он ко мне прицепился, а? Раз уж он тебе «сразу не понравился»?

Сильвара фыркнула, затем вдруг наклонилась к уху Лиграна и шепнула:

— А какая разница? Главное, что ты победил. Не так ли?

После чего резко повернулась к высыпавшим во двор обитателям гостиницы во главе с её хозяином и принялась командовать. Что делать с телом, кого послать в городскую стражу — приказов было много, но Лигран их почти не слушал. Он старательно гнал от себя мысль, что странная схватка напрямую связана с игрой вокруг его назначения официальным наследником лорда Лучаня. И поведение Героини — хорошее тому подтверждение…

Когда же поздно вечером из окна своей комнаты он увидел, как, тяжело хлопая крыльями, с гостиного двора один за другим улетают почтовые попугаи, то совсем этому не удивился.

Глава 3

Понимание того, что он ненавидит само название Гуаньдир, к Бистарку пришло далеко не сразу. Ведь как хорошо поначалу выглядело это проклятое богами задание. Перейти линию фронта, добраться до забытого всеми лордства, убить владетеля, после чего найти тайную лабораторию — ну или как там их называют эти чокнутые адорнийцы, — проникнуть внутрь и дать возможность дипломированным праймологам спокойно поработать. А что получилось в итоге? Кавардак, хаос, сумятица!

Великая Шестерёнка, они даже в Адорнию не смогли попасть без приключений! Вместо того чтобы незаметно проскользнуть тропками контрабандистов через границу, они кучу времени убили, ожидая приказа начальства, а когда дождались, зачем-то двинулись следом за армейскими частями, благо те вели наступление. Как же, вдруг адорнийцы окажутся настолько слабы, что у группы Бистарка получится поработать уже на захваченных землях…

Не вышло. Как бы он ни презирал чокнутых магов, в одном им точно не откажешь: трусами адорнийские вояки не были. За каждый километр их территории приходилось платить большой кровью. И кампания затянулась, да так сильно, что Бистарк наплевал на приказ и вместе со своими людьми рискнул самостоятельно перейти через линию фронта. И у него получилось. Без происшествий добрался до ныне опостылевшего Гуаньдира, подготовил и с блеском провёл операцию по устранению лорда Одинокой Башни, даже нашёл опостылевшую лабораторию в староимперском убежище. А вот дальше вновь начались проблемы. Проклятые учёные не смогли открыть дверь в подземное укрытие, объясняя неудачу незнакомой магией и сетуя на недостаток оборудования. Бистарк, может, им и посочувствовал бы, но из-за этих бездарей отряд застрял в проклятой глухомани и перспективы скорого возвращения домой были весьма туманны.

Но мало ему сложностей с выполнением основной задачи, подкидывали проблем и аборигены. То охотник какой забредёт в расположение лагеря, то местные мужики сколачивают отряд для охоты на чудь аккурат в районе древнего убежища. Приходится отвлекать людей, ресурсы, устраивать засады и зачищать следы. Хорошо хоть Бистарк озаботился наладить контакты с местными контрабандистами и бандитами: за кристаллы прайма те исправно сообщали обо всех опасных для доктов начинаниях и помогали претворять в жизнь тактику организованного хаоса. Иначе говоря — убивали, грабили, насиловали, жгли деревни и сёла. Собственно, и лабораторию он нашёл благодаря их помощи, так что затраченные на подкуп средства давно себя оправдали.

Одно плохо, встречаться с наиболее ценными информаторами приходилось не где-нибудь в лесу, а в городке при Одинокой Башне. Всякий раз рискуя раскрытием всей операции.

Вот и сейчас, выкрасив волосы в зелёный цвет с двумя бордовыми прядями, натянув попугайской расцветки жилет и голубые брюки — в общем, превратившись из добропорядочного докта в отравленного праймом адорнийца, — он сидел в трактире «Жареный Горыныч» и слушал болтовню местного авторитета средней руки Щепина Кривого. Несколько лет назад тот промышлял работорговлей, но, пережив нападение чуди и потеряв здоровье, осел в окрестностях Одинокой Башни. Чтобы склонить бандита к сотрудничеству, понадобилось всего ничего: намекнуть на знакомство с некоторыми его тёмными делишками и подсластить пилюлю несколькими кристаллами. И мерзавец с воодушевлением занялся продажей любимой родины оптом и в розницу.