Рик Риордан - Перси Джексон и проклятие титана

Ознакомительный фрагмент

— У вас, сатиров, всегда одно и то же! — гневно сверкнула глазами Талия. — Все без ума от Артемиды. Неужели вам никак не вдолбить, что рассчитывать на взаимность — глупо?

— Но она такая необыкновенная… часть природы, — еле слышным эхом откликнулся Гроувер.

— Ну и дурак! — отрезала Талия.

— Ну и пусть… — мечтательно отозвался Гроувер.

Наконец небо посветлело.

— Пора бы уже, — пробормотала Артемида. — Зимой он становится таким лентяем…

— Ждете рассвета? — спросил я.

— Скорее своего брата.

Я не хотел показаться невежей. То есть я знал мифы про Аполлона — его еще иногда называют Гелиосом, — как он управляет большой солнечной колесницей, катящейся по небу. Но я знал и то, что солнце на самом деле — это звезда, которая находится от нас далеко-далеко. Я привык к тому, что часть древнегреческих мифов — правда, но все равно не понимал, как Аполлон может управлять солнцем.

— Все не совсем так, как ты думаешь, — сказала Артемида, словно читая мои мысли.

— О'кей. — Я сразу почувствовал себя раскованнее, легче. — Значит, он не катается…

Внезапно на горизонте вспыхнул свет. Повеяло теплом.

— Не смотри, — посоветовала Артемида, — пока он не припаркуется.

«Припаркуется?»

Я опустил глаза и заметил, что остальные делают то же самое. Свет и тепло усиливались, пока я не почувствовал, что просто плавлюсь от жары в зимней куртке. Потом свет неожиданно погас.

Я поднял взгляд. И не поверил собственным глазам. Это была моя машина! Ну, то есть машина, которую я всегда хотел иметь. Красный «мазерати-спайдер» с откидывающимся верхом. Автомобиль был так божественно прекрасен, что даже светился. Потом я понял, что он светится потому, что металл раскален. Снег вокруг «мазерати» растаял идеальным кругом, чем объяснялся тот факт, что я стою на зеленой траве и ноги у меня промокли.

Из машины, улыбаясь, вышел водитель. На вид ему было лет семнадцать-восемнадцать, и на мгновение меня кольнуло неприятное чувство, что это Лука, мой закоренелый враг. У парня такие же рыжеватые волосы и открытое, дружелюбное лицо! Но водитель шикарного авто был немного повыше, и его лицо не украшал шрам, как у Луки. И улыбка у него оказалась совсем не такая — озорная, широкая, я бы даже сказал, нахальная. (Лука в последние дни только хмурился и усмехался.) В одежде водитель «мазерати» предпочитал джинсы, мокасины и футболку без рукавов.

— Ух ты! — пробормотала Талия. — Горячий парень, этот Аполлон.

— Он бог солнца, — напомнил я.

— Я про другое.

— Моя маленькая сестричка! — позвал Аполлон. Будь его зубы еще хоть капельку белее, он ослепил бы нас своей улыбкой без всякой солнечной машины. — Что случилось? Ты ни разу не позвонила. Ни разу не написала. Я уже стал волноваться!

Артемида вздохнула.

— У меня все в порядке, Аполлон. И я тебе не маленькая сестричка!

— Эй, я родился первым!

— Мы близнецы. И сколько тысяч лет можно спорить…

— Так что случилось? — прервал он. — Я вижу, с тобой девочки. Хотите немного попрактиковаться в стрельбе из лука?

Мне показалось, что Артемида скрипнула зубами.

— Я хочу, чтобы ты оказал мне услугу. Я должна поохотиться… одна. Мне нужно, чтобы ты отвез моих спутниц в Лагерь полукровок.

— Заметано, сестрица! — Потом он поднял руки, словно объявляя минуту молчания. — Чувствую, что на меня снисходит хокку.

Охотницы дружно вздохнули. Они явно уже встречались с Аполлоном.

Аполлон откашлялся, по-актерски вытянул вперед руку и продекламировал:

Трава на снегуСестра просит помощиЯ спокоен.

Он усмехнулся и посмотрел на нас, ожидая аплодисментов.

— В последней строчке всего четыре слога, — сказала Артемида.

— Разве? — нахмурился Аполлон.

— Да. Может, лучше «Я такой спесивый»?

— Нет-нет, тут шесть слогов. Хм. — Он забормотал что-то себе под нос.

Зоя Ночная Тень повернулась к нам.

— Повелитель Аполлон перенял этот вид стихосложения, хокку, во время своей поездки в Японию. И это еще не самое худшее… Однажды он посетил Лимерик… Если я еще хоть раз услышу стихотворение, начинающееся словами: «Жила-была в Спарте богиня…»

— Вот! — провозгласил Аполлон. — Я невозмутим. Ровно пять слогов! — Он поклонился с весьма самодовольным видом. — Ну а теперь, сестренка… Говоришь, тебе нужно отвезти охотниц? Что ж, отлично. Я как раз собирался прокатиться.

— И этих полубогов тоже надо подбросить, — сказала Артемида, указывая на нас. — Они из лагеря Хирона.

— Без проблем! — Аполлон взглянул на нас. — Так-так-так… Талия, верно? Наслышан.

— Привет, повелитель Аполлон. — Талия густо покраснела.

— Дочка Зевса, да? Выходит, моя кузина. Надоело быть деревом? Рад, что ты снова с нами. Терпеть не могу, когда хорошеньких девчонок обращают в деревья. Слушайте, ребята, я помню, как…

— Брат, — напомнила Артемида, — по-моему, пора ехать.

— Да-да, конечно. — Он, прищурясь, посмотрел на меня. — Перси Джексон?

— Да. То есть… да, сэр.

Странно, конечно, называть тинэйджера «сэр», но я уже научился быть поосторожнее с бессмертными. Все они были очень обидчивы и, чуть что, выходили из себя.

Аполлон пристально оглядел меня, но не сказал ни слова, что было несколько неприятно.

— Ладно! — сказал он наконец. — Давайте загружайтесь в машину. Рейс в один конец — только на запад. И если вы опоздаете — пиши пропало.

Я посмотрел на «мазерати»; в нем могло поместиться два человека, не более. А нас около двадцати.

— Машина — класс, — вмешался Нико.

— Спасибо, малыш, — ответил Аполлон.

— Но как мы все в нее влезем?

— Ну… — Казалось, Аполлон впервые обратил внимание на эту проблему. — Да, конечно. Терпеть не могу отказываться от спортивных моделей, но полагаю…

Он вытащил ключи и нажал кнопку сигнализации. Бип-бип — отозвалась машина.

На мгновение она снова ярко вспыхнула. Когда сияние погасло, мы увидели вместо «мазерати» один из тех челночных автобусов с открытым верхом, на которых нас развозили на школьные баскетбольные игры.

— Годится, — заключил Аполлон. — Прошу садиться.

Зоя велела охотницам залезать в авто. Она подняла свой мешок, и Аполлон галантно предложил:

— Сюда, милочка. Давай я помогу.

Зоя с отвращением отшатнулась. В глазах ее вспыхнул убийственный блеск.

— Брат, — укоризненно произнесла Артемида, — прошу тебя, не помогай моим охотницам. Не заглядывайся на них, поменьше разговаривай и не пытайся заигрывать. И не смей называть их милочками!