Елена Звездная - Академия Проклятий. Книга 6

- Гномьи свадьбы определенно не для юных адепток, - прозвучал насмешливый голос и меня, придерживая за плечи, властно куда-то повели.

Глоток свежего воздуха, как глоток жизни, и едва мы оказались на улице, я, вскинув голову и глядя на звезды, вдохнула полной грудью, чувствуя, как от прохладного, напоенного ароматом цветущих деревьев вечера, немного кружится голова. И все равно было так здорово. Вот еще бы стоять ровно.

- Тихо-тихо, - меня вновь придержали, - впрочем, мне приятно обнимать тебя.

Что-то определенно было не так. И Юрао не хватало. Очень. С Юрао оно как-то проще и спокойнее, и даже увереннее и…

- А где Юрао? - заплетающимся языком, поинтересовалась я.

Повисла пауза. Лихорадочно рассуждаю, что если это не Юрао, тогда не дроу, а кто-то другой. Кто?!

И внезапно накатывает - Даррэн Эллохар! Страшно? Нет, мне почему-то весело очень, и плечи сотрясает едва сдерживаемый смех. Просто я вдруг вспомнила, что мы на гномьей свадьбе, а тут все танцуют, и ладно я с Юрао вместе, а вот лорду директору школы Искусства Смерти, наверное, с гномой танцевать пришлось. О, куда мои глаза смотрели и почему я такого не увидела!

- Дэя? - встревоженный вопрос.

А я начинаю хохотать, не в силах сдержаться, да и на ногах практически стоять тоже затруднительно, а перед глазами нарисованная воображением картинка, где Эллоахар прыгает и кружится по залу с гномой которая ему едва по пояс… И пока я хохотала, гнома в моем воображении стал гномом с длиннющей как у тех жрецов бородой, которой он пол подметает…

- Да, - протянул Эллохар, развернув меня к себе лицом, и обнял, едва я, уткнувшись лбом в его грудь, продолжила весело хохотать, - ты совершенно пьяна, Риате.

Наверное. Я отстранилась, запрокинула голову и посмотрела в небо. Небо танцевало вместе со мной… Я раскинула руки, и закрыла глаза - ветер подхватил, закружил, овевая мое лицо. Ветер тоже танцевал со мной. Не танцевал только Юрао, и меня это настораживало. Остановившись, я огляделась - каким-то непонятным образом мы оказались в той части площади, где цвела Аллея Веселого Покойника, а это шагов двести от ресторации «Золотой феникс». Зато мне стало понятно, почему нет Юрао.

- Юр будет ругаться, - стараясь говорить внятно, произнесла я.

И сориентировавшись в пространстве, направилась к ресторации, в которой музыка гремела так, что даже здесь было слышно - бедные летучие мышки.

- Тихо-тихо, - идти я пыталась, но не получалось почему-то, - ты пьяна, Дэя.

Что-то он по этому поводу уже говорил, но в данный момент я почему-то никак не могла вспомнить что именно. Правда, едва Эллохар опустил меня на землю, продолжая придерживать за плечи, я вдруг вспомнила:

- Так отрезвите меня. Вы же умеете… ик.

И развернувшись, я посмотрела на магистра. Эллохар, почему-то грустно улыбнулся, его взгляд скользнул по воротнику моего платья, смутно припомнила, что до скромности моему наряду далеко, и смущенно отступив, попросила:

- Давайте вернемся, - ощущение полета стремительно отступало, почему-то вдруг стало холодно и неуютно.

Я огляделась снова, обхватив плечи руками, голова все так же кружилась, но весело теперь совершенно не было, только холоднее и холоднее.

- Ммм, не рекомендую, - прозвучал вдруг холодный голос Эллохара.

И холод отступил. Вокруг меня вновь был теплый весенний вечер, аромат цветов, и согрелась я мгновенно, но руки так и не опустила - в этом платье перед магистром я себя крайне неуютно чувствовала.

- Нужно возвращаться, - тихо напомнила я. - Юрао…

- Мразь остроухая, - вдруг прошипел лорд директор школы Искусства Смерти.

- Что? - переспросила я.

В ответ услышала раздраженное:

- Дэя, приличная девушка не пьет из одного бокала с мужчиной, если только тот не является ее любовником, - мрачно сообщили мне.

Вечер все так же пьянил, но нелогичность в словах магистра, заставила спросить:

- Приличная и любовник? А у приличных девушек они бывают?

Взгляд лорда заледенел, но ничто не остановит адептку Академии Проклятий на пути к истине:

- Если приличная, то без любовника, или неприличная и с любовником, или…

- Дэя!

- Приличная она с любимым, - одна Бездна ведает, что на меня нашло, но остановиться я почему-то не могла, - а если любимый, то…

Лорд Эллохар, вдруг оказался недопустимо близко, а я оказалась сжата его руками, и магистр хрипло простонал:

- Я не могу без тебя… - стон, и он сжал так сильно, я и вздохнуть не могла, - не могу, Дэя… - и почти рык, - не могу…

И замер, тяжело дыша и сжимая меня в болезненных объятиях.

- Я любил Василену, Дэя, - он вновь заговорил хриплым срывающимся голосом, - но я мог жить без нее… Мне достаточно было знать, что она счастлива, что жива и живет, мне этого хватало… А сейчас - не могу.

Ощущая, как неистово бьется его сердце, насколько тяжелым стало дыхание, я попыталась вырваться, но вместо того, чтобы отпустить, лорд Эллохар вдруг снова простонал:

- Сначала просто симпатия, невнятная, едва ощутимая и странная мысль ночью: «Почему я думаю о ней?». Почему? Постарался забыть в ту же ночь. Почти не вспоминал на утро… но когда снова пришла ночь, мне снились твои волосы, Дэя… - хрип, и с рычанием, - мне снились твои глаза, Дэя, и я утонул в них.

Поднявшийся ветер, бросил в нас разноцветные лепестки соцветий, овеял, словно играясь и умчался прочь, а Эллохар вновь простонал:

- Я же знал, чья ты… Знал с самого начала, еще тогда, когда в твоих глазах при взгляде на Тьера прятался лишь страх. Знал, - глухое рычание, - все знал… Но все чаще ловил себя на мысли, что вспоминаю о невзрачной адептке Академии Проклятий.

Тихий злой смех, и издевкой над самим собой прозвучало:

- Я так долго оправдывал интерес к тебе заботой о невесте друга… Перед самим собой оправдывал… Я сам себя обманывал, Дэя, я так старательно себя обманывал, а обмануть не смог.

О, Бездна, и что мне с этим делать? Что мне делать с этим признанием и этими чувствами?…

- Магистр Эллохар… - начала я.

Отпустил в то же мгновение. Отпустил, отошел, отвернулся, и теперь стоял спиной ко мне, глядя куда-то перед собой.

Где-то там, словно в другой жизни, слышался звон ударов боевых топоров, громкая музыка, далекий смех. Там, где-то… а здесь тишина, лед отчаяния, и мое бессилие сделать хоть что-то. Я просто не знала, что мне делать… Хотелось развернуться, уйти и никогда больше не слышать, хотелось забыть и не вспоминать, хотелось все что угодно, только бы не стоять здесь, чувствуя себя виновной. В чем? Я не знала…

- Я знал, что любить это больно, но не знал, что настолько… Эта боль убивает меня, Дэя, но боль ничтожна в сравнении с ревностью… Знать что ты с ним, что он обнимает тебя, прикасается к твоей коже, целует волосы цвета спелой вишни… Знать и заживо сгорать без возможности очнуться от кошмара… - усмешка и злое: - И вот ты на моих глазах обнимаешься с дроу и делишь с ним бокал на двоих! Я же убью его, Дэя! Я не сдержусь и просто убью!