Ольга Миклашевская - Это всё зелье!

Ознакомительный фрагмент

Я оставила своего личного шеф-повара на кухне, а сама направилась в библиотеку. У отца была небольшая библиотека в задней части дома, но в основном там были всякие кодексы и уставы, ну, еще несколько детективных романов. На заработанные за лето деньги я приобрела парочку книг по практической магии (это вам не та скучнющая теоретическая магия, которую я тринадцать лет зубрю в академии!). И мне даже показалось, что я где-то видела раздел о любовных заклинаниях. Точнее, сейчас меня интересовала их отмена, а вовсе не применение.

«Думай, Тина, думай», — приказала я себе, но в голову по-прежнему лезли всякие глупости сегодняшнего дня. Каждая клеточка моего тела все так же чувствовала прикосновения Лиса, как будто он и сейчас был рядом со мной. Вот он погладил меня по щеке… вот потрепал по волосам… Вот он дотронулся до моего локтя и медленно тыльной стороной ладони провел воображаемую линию выше, до самой шеи…

Так, с мыслями такого рода пора было завязывать.

В огромном «Общем магическом справочнике» я действительно нашла раздел о любовных заклинаниях. Но все указывало на то, что действие оного должно пройти само без постороннего воздействия. Некоторые чары длятся всего несколько часов, а отдельные заклинания держат жертву вплоть до шести месяцев.

Я застонала. Ну почему Тигра выбрала самый долгоиграющий вариант? Она, что, не могла купить какой-нибудь рецептик с эффектом на пару дней (а лучше, на пару часов)?

Несмотря на все неприятности, что Лис мне сегодня доставил, надо отдать ему должное: обед вышел потрясающим. Помимо блинчиков он приготовил еще холодный щавелевый суп, испек печенье «Ведьмины коготки» и даже заварил обещанный чай с травами. И я подумала, что не все так уж плохо. По крайней мере, Лис никогда не ругал меня за то, что я ем печенье, намазывая на него сверху масло.

Иногда я ловила на себе мимолетные взгляды, но это скорее я слишком часто смотрела на Лиса, нежели он на меня.

— Знаешь, — еле слышно сказала я, — когда действие зелья пройдет, ты и не вспомнишь, что с тобой было. Так что я могу тебе хоть раз в этом признаться: иногда я скучаю по старым временам.

Мы спокойно допивали чай, но неожиданно Лис снова превратился в свою серьезную версию, которая вчера пыталась выяснять со мной отношения в оранжерее.

— Правда? Иногда? — спросил он так же тихо.

Я кивнула.

— На самом деле, достаточно часто.

Мне так хотелось, чтобы теперь он обнял меня, так что на этот раз я была бы даже благодарна зелью.

Но Лис этого не сделал. Не дотронулся до меня, не притянул к себе. Даже не посмотрел на меня. В горле застряло что-то горькое, похожее на разочарование.

— Думаю, мне пора, — сказал Лис и встал из-за стола. К моему удивлению он не предложил помыть посуду или что-нибудь в этом роде, а просто обулся, снял с крючка куртку и вышел из дома.

Все это произошло так внезапно, что я даже не успела обрадоваться, хотя, казалось бы, в данной ситуации такая реакция была бы самой логичной. Но отчего-то теперь мне хотелось плакать.

Тигра пришла спустя полчаса, и выглядела она странно. В чем именно заключалась эта странность, я толком понять не могла, но чувствовала, что ей немного некомфортно. «Возможно, это чувство вины», — подсказал мне голос из головы, и я поспешила подбодрить подругу:

— Вот видишь, все не так уж страшно. Он уже ушел.

— Но твоя записка… — Тигра держала ее в руках, и теперь мне стало казаться, будто это послание было написано моей кровью. — «SOS! Приходи скорей, — стала зачитывать она, — а не то эта лиса меня…».

— Ладно-ладно, довольно, — перебила я подругу. — Я прекрасно помню, что в ней написано.

Тигре, кстати говоря, стряпня Лиса тоже пришлась по вкусу. Но она в силу своих оборотнических привычек везде добавляла тучу перца. Даже в чай.

— И как же тебе удалось его выгнать? — спросила Тигра с набитым ртом. Впрочем, не припомню что-то случая, чтобы она не разговаривала за едой. Похоже, это у них в роду, потому что пару лет назад ее дядя Спарк умер от какой-то заразы, связанной с пищеварением.

— Он сам ушел.

— Сам?! — Брови Тигры в изумлении взлетели вверх.

— Да.

Я не стала добавлять, что перед этим я сказала ему кое-что личное и уж точно лишнее.

— И что ты теперь собираешься делать?

— Не знаю, Тигра. Я планирую найти антидот, но для этого ты мне должна максимально подробно рассказать, где ты купила исходный рецепт.

— Да так. — Девушка-оборотень пожала плечами. — Я недавно просматривала почту. Ну, ты знаешь, рекламные голуби в последнее время вообще совесть потеряли. И среди всей этой требухи была визитка некой «мадам Иви», специализирующейся на любовных заклинаниях.

Я заерзала на стуле от нетерпения.

— И где теперь эта визитка?

— Сожжена. Одним из условий было как раз избавиться от нее сразу после совершения сделки.

И концы в воду! Трудно было ожидать иного от нелицензированной любовной магии. И все же я собиралась разыскать эту мадам Иви, чего бы мне это ни стоило.

И на следующий день, и через неделю поведение Лиса в академии каждую минуту заставляло меня краснеть. Правда, готовить мне обед и, соответственно, заходить в гости он больше не предлагал, и это меня даже расстраивало. Хоть какой-то прок был от этого белобрысого, а теперь фиг я ему проявлю инициативу. Не дождется.

В остальном, все шло очень даже спокойно. Нет, Лис по-прежнему распускал руки и говорил странные вещи из исторических любовных романов, но в академии на нас уже не глазели как на чудо света, и это позволяло мне относительно спокойно учиться.

Что же касается таинственной торговки, сбывшей Тигре чудодейственный рецепт, то тут у нас не было никаких зацепок. Никто из моих знакомых и знакомых Тигры о такой даме не слышал, даже если мы говорили, что никому не расскажем. Бесполезно. Она как сквозь землю провалилась, если вообще когда-то существовала, что наводило на еще менее оптимистичные мысли.

Но зато теперь наши с Тигрой девчачьи умы занимал другой вопрос: вечер по случаю начала учебного года. По традиции он проводится в последний день первого учебного месяца и представляет собой скучные танцульки под скрипучую музыку с обязательным присутствием кавалера. Кого из девочек не приглашали, тому доставался так называемый «резервный партнер». Обычно это кто-нибудь из среднекурсников ступени с восьмой или, в крайнем случае, кто-нибудь из преподавателей. В прошлом году я танцевала с профессором Кругом, и тот за весь вечер назвал меня аж семью именами. Безусловно, всеми, кроме моего собственного.