Наталья Жильцова - Скрижаль Мораны

Ознакомительный фрагмент

Ох, ничего себе. А я и не знала… Понятно, почему Литиция нервничала, ведь в моем провале виновата будет и она.

— Нет, — подтвердил архимаг. — Прошу вас, работайте.

— Хорошо, — продолжил травник и снова посмотрел на меня. — Я верю, что вы прекрасно подготовились к теории, Тень. На эту кафедру приходят очень редко, потому неподготовленных тут не бывает. А потому, думаю, мы сразу перейдем к практике. Перед вами пять сосудов. — Он указал на стол. — Здесь безопасный напиток и четыре яда различной сложности. Вы должны выпить безопасный и указать мне на самый опасный яд. Задание понятно?

— Да. — Я кивнула, уже понимая, что все совсем не так, как планировалось.

Три дня меня пытали теорией в надежде, что я сдам хотя бы ее, а оказалось, кроме практики, ничего и не будет? Да еще какой практики… В общем, похоже, все усилия Литиции пошли прахом.

Сама магистр стояла рядом с Анхайлигом и Виттором мрачная, как демон.

Я поднапряглась и посмотрела на колбы остатками темного зрения. Вторая выглядела самой безобидной, да и от пятой вроде тоже ничего страшного не исходило. Зато остальные образцы мерцали темнотой, вот только понять, который из них слабей, а какой сильней, по такому смутному мерцанию было невозможно. Н-да, зрение мне тут, видимо, не поможет. Что ж, будем разбираться, как учили.

Первая, красная колба содержала простенький, но противный состав для кишечных колик. Я поняла это, едва принюхавшись: медянка и вересклет — травы с резким запахом обладали свойством вызывать спазмы. Вторую, голубую, я пропустила — не пахнет ничем, словно вода. В третьей, желтой, было что-то жгучее, резкое. Я не знала и половины трав этого яда, но догадывалась, что смерть от него наступит за пару минут. Четвертый, оранжевый, оказался ядом лишь слегка сильнее первого, и то я поняла это благодаря едва уловимому запаху белого кростыля. А вот пятый, зеленый, пах пряностями и совсем слабо какой-то незнакомой травкой. Нет, знакомой. Запах ее всплыл из прошлого, но я никак не могла зацепиться за него и вспомнить, что это. Хотя, может, на одном из занятий с Литицией я его и чувствовала. Тогда это очень слабый яд. Что ж, значит, отдаю оранжевую, выпиваю голубую? Я протянула руку к голубой колбе и вдруг застыла. Вспышка памяти. Таверна. Арт. Напиток Освальда. Вот откуда я знаю эту травку! Но она неядовита! Вторая тоже, только в большой дозе может нанести вред. Но это значит, тут два безопасных напитка?

Я взглянула на травника. Нет, даже от Литиции такого подарка не дождешься, а уж от него и тем более. Но что тогда? Взяв в руки голубую колбу, я снова принюхалась. Вода. Ну не может она ничем не пахнуть! Специально скрыли? Но как? Хотя неважно как, главное — зачем?

Закрыть зелье, чтобы вообще ничего не почувствовать, мог только профессионал, и он тут был. Значит, там действительно сильный яд? А какие яды сильнее того, что в оранжевой колбе? Если только настойка могильника трехлистного? А вдруг тут действительно вода, и я все себе напридумывала?

Рискнуть и завалить экзамен? Или нет?

От внутреннего напряжения слегка подрагивала рука, и в голубой водной ряби мне на миг почудился насмешливый взгляд Мораны. Что ж, пусть так. Я вздохнула, решаясь, и одним залпом выпила содержимое зеленой колбы. А потом молча отдала травнику голубую.

— Почему вы решили, что этот яд самый сильный?

— Потому что вы скрыли его, — ответила я и уже наудачу ляпнула: — Да и настойка могильника, как меня учили, куда сильней всех трав вон того третьего яда.

Брови травника едва заметно дрогнули. Значит, я угадала!

— Кто научил вас взгляду Истины? — жестко спросил он. — Ведь только так вы могли узнать, что это за яд. А насколько мне известно, это выходит за рамки первого курса Академии. — Он почему-то зло уставился на побледневшую Литицию.

— Выходит? Значит ли это, что вы превысили полномочия на этом экзамене? — встрепенулся Анхайлиг.

— Своих полномочий я не превышал. Я лишь создал то, что просил меня архимаг, так что эти вопросы решайте с ним. А сейчас я хочу знать, откуда адептка первого курса знает закрытые приемы Северной школы травников?

Ух ты блин! И ведь теперь не скажешь, что ответила наугад, ведь тогда экзамен не зачтут…

— Итак?

— Меня… бабушка учила, — выдала я первое, что в голову пришло.

— И кто твоя бабушка? — вкрадчиво уточнил травник.

— Травницей она была. Умерла год назад.

— Что ж, ей повезло, что умерла.

Я сжала зубы, стараясь не ляпнуть в ответ какую-нибудь колкость. Еще немного подождать. Еще капельку. Главное, ничего не испортить.

— В общем, так. — Анхайлиг взял разговор в свои руки. — Тень ответила верно?

— Да.

— Сомнений в результате экзамена в этот раз ни у кого нет? — уточнил магистр.

Тишина.

— Вот и славно. Значит, поздравляю Тень со сдачей, — резюмировал Анхайлиг и посмотрел на меня. — Иди, отдыхай пока. Попозже зайдешь ко мне, документы на практику тебе оформлю. И, Тень, — добавил он с усмешкой, — на этот раз запомни — у меня помощников нет.

Я быстро кивнула и, пока никто не передумал, выскочила в коридор.

— Ну как? — сразу же подскочил ко мне ведьмак. — Сдала?

— Ага. — Я с облегчением улыбнулась.

— Сложно?

— Жутковато, но ничего, справилась.

— Грегори! — раздалось в этот момент из-за дверей.

Ведьмак глубоко вздохнул и на мгновение поднял глаза к потолку.

— Благослови меня Курс, — жалобно простонал он и скользнул в аудиторию.

Мысленно пожелав Грегори удачи, я неспешно направилась к лестнице. Кажется, неприятностей снова удалось избежать, теперь можно и отдохнуть.

3

— Я не хочу, чтобы она была на моей кафедре! Ты прекрасно знаешь условия обучения, Анхайлиг, и ты первый, кто мне обещал, что без моего желания тут никого не будет!

От возмущенного до крайности голоса Литиции в небольшом кабинете Анхайлига спасения не было. Слушая ее отповедь, я мечтала провалиться сквозь землю или хотя бы оказаться где-нибудь подальше. На плато Демонов, к примеру. Однако мои безмолвные молитвы никто не услышал, а потому общества двух магистров никак было не избежать. Тем более что обсуждение целиком и полностью касалось меня.

Несколько минут назад, сразу после окончания переэкзаменовок, Литиция и Анхайлиг оторвали меня от заслуженного отдыха и теперь пытались решить мое дальнейшее будущее в Академии. Точнее, это Анхайлиг пытался, а Литиция громко протестовала, не соглашаясь с его решением. Темные глаза ее сверкали неподдельным гневом, однако, в отличие от меня, магистр выдерживал этот взгляд с абсолютным спокойствием.