Джеймс Клеменс - Война ведьмы

Ознакомительный фрагмент

Она сражалась с демонами и чудовищами, творила могущественные магические заклинания, даже проплыла по ядовитым болотам на крошечном ялике, но испытывала ужас перед предстоящим морским путешествием. Элена родилась и выросла в предгорьях величественных Зубов, в краю сплошного гранита и твердой земли. Во время короткого визита к морским драконам девушка быстро поняла, что она не переносит морскую качку, которая лишает ее чувства равновесия и отвратительно действует на желудок. Против этой напасти у нее не было защиты, и никакая магия не спасала. Она должна была сама справиться с новым испытанием.

Чтобы помочь ей в этом, Эр'рил решил, что им следует несколько дней пожить в соседних каютах на борту корабля. Он рассчитывал, что, оказавшись в условиях, близких к естественным, она сумеет преодолеть морскую болезнь.

— Пара дней на нижней палубе, и твой желудок перестанет реагировать на качку, — убеждал он ее.

Элена неохотно согласилась.

Когда они подошли к сходням, стоявший на палубе «Морского стрижа» крупный мужчина в темной куртке из тюленьей шкуры, с кожей цвета полированного красного дерева, приветственно поднял руку и повернулся к ним. В первых лучах утреннего солнца сверкнула его серебряная сережка. Она указывала на принадлежность к ордену, членом которого был и брат Флинт. Однако в отличие от Флинта с его шуточками и ворчанием брат Морис был молчаливым и сдержанным. Элене всегда становилось не по себе рядом с погруженным в раздумья темнокожим незнакомцем. Его огромные размеры, диковинный цвет лица, пронзительный пристальный взгляд — от всего этого девушке хотелось сжаться в комочек или побыстрее сбежать.

Даже сейчас, когда Эр'рил махнул рукой, чтобы она первой прошла по сходням, Элена заметила, что Морис внимательно ее разглядывает, словно пытается заглянуть в самую глубину ее сущности. Она отвернулась, увидела вздымающиеся волны и тут же споткнулась, потеряв равновесие. Эр'рил успел подхватить ее и спасти от падения в пенную воду.

— Элена, что я тебе говорил?!!

Девушка покраснела и шагнула на палубу. Затем, подняв руку в перчатке, схватилась за дубовый поручень.

— Всегда крепко за что-нибудь держись.

— Эр'рил, я приготовил две каюты на носу, проветрил и постелил чистые простыни, — сказал Морис, помешав Эр'рилу продолжить лекцию. — Как только ты устроишь девочку, нужно окончательно утвердить наши планы на новую луну.

Эр'рил кивнул.

— А где Флинт?

— На камбузе, варит кашу с вяленой рыбой. Встретимся там, когда вы будете готовы.

При мысли о соленой рыбе и густой каше желудок Элены возмущенно запротестовал. Палуба у нее под ногами медленно поднималась и опускалась; обе мачты раскачивались взад и вперед, словно пытались указать на парящих в небе чаек. Девушка изо всех сил цеплялась за ограждение левого борта, но ее ладони быстро взмокли.

Эр'рил слегка подтолкнул ее, заставив отвлечься от мыслей о болтающемся на волнах корабле.

— Тебе нужно лечь на койку, чтобы желудок немного успокоился.

— Ох, вряд ли, — пробормотала Элена, но, с трудом сохраняя равновесие, все же пошла за Эр'рилом по средней палубе.

По пути то и дело попадались мотки канатов, и ей приходилось внимательно смотреть под ноги. Однако она следовала указаниям Эр'рила и передвигалась от одной опоры к другой.

Когда они добрались до приподнятой носовой палубы, Эр'рил распахнул тяжелую дверь из железного дерева. Висевший за ней фонарь освещал короткий коридор, который вел в каюты, и крутую лестницу, уходившую на нижнюю палубу. Эр'рил кивком показал ей, чтобы она вошла. Элена заметила, что в коридоре нет окон, а на внутренней поверхности двери имеется три тяжелых железных засова. «Напоминает вход в кошмарное подземелье», — подумала она.

Эр'рил, похоже, заметил ее испуганный взгляд.

— Во время сильного шторма огромные волны заливают палубу. Железные засовы удерживают дверь, и внизу сухо.

Элену поразило, как высоко расположена средняя палуба над уровнем воды. Она не могла представить волны, способной залить такую палубу. С отчаянно бьющимся сердцем девушка нырнула в дверь.

В нос ей тут же ударил резкий запах керосина и дубовой смолы. Когда она оказалась в тускло освещенном раскачивающимся фонарем пространстве, где пол то и дело норовил выскользнуть из-под ног, у нее еще сильнее закружилась голова. Цепляясь за стену, чтобы не упасть, Элена прошла за Эр'рилом к маленькой двери в конце коридора.

— Вот твоя каюта, — сказал Эр'рил и распахнул дверь, которая ударила в крошечную койку, прикрепленную болтами к дальней стене.

У Элены сжалось сердце. Каюта была не больше шкафа среднего размера. Несмотря на то что здесь находились лишь койка, маленький сундук и висячий фонарь, казалось, будто в каюте совсем нет места.

— Днем мы перенесем из дома твои вещи.

— И куда я их положу? — пробурчала Элена.

Эр'рил кивком показал на постель.

— Сядь. Я хочу с тобой поговорить.

Элена опустилась на скрипучую койку. У нее над головой медленно раскачивался фонарь, по стенам метались тени. И хотя Элена сидела, ее затошнило. Она заставила себя сосредоточиться, разглядывая носки своих сандалий.

Эр'рил стоял перед ней, чуть сгорбившись и наклонив голову, чтобы не касаться низкого потолка. Он слегка расставил ноги и, пружиня коленями, сохранял равновесие в раскачивающейся каюте.

— Это касается Джоака, — начал он. — Вчера вечером он снова просил Флинта разрешить ему плыть с нами.

Слова Эр'рила заставили Элену оторваться от созерцания сандалий. Несмотря на то что она поговорила с Джоаком и попыталась убедить брата, что его сон не может быть правдой, юноша, очевидно, продолжал настаивать на своем и не желал отступать.

Эр'рил обвел рукой маленькую каюту.

— Ты же видишь, места на «Морском стриже» немного. Флинт нанял несколько моряков, верных нашему делу, они будут управлять кораблем, но здесь негде поместить мальчика, который беспокоится о своей сестре.

— Дело не только в этом, — тихо проговорила Элена, сомневаясь, может ли она нарушить слово, данное Джоаку, и рассказать Эр'рилу о странном сне брата.

Воин присел на корточки и положил руку ей на колено.

— Тогда в чем дело? Ты боишься его оставить? Ты с ним заодно?

— Нет! — возмутилась Элена. — Я бы хотела, чтобы он остался здесь — подальше от меня. — Она грустно улыбнулась. — Членам моей семьи небезопасно находиться рядом со мной.

Эр'рил сжал ее колено.

— Ну, значит, решено. Может быть, ты с ним поговоришь?

Элена посмотрела Эр'рилу в глаза. И хотя она твердо знала, что сон Джоака о предательстве воина равнин не может быть истинным, ее брат в него верил. Сердце не позволяло ему остаться, и никакие слова не смогут переубедить Джоака и развеять его страхи.