Екатерина Флат - Двойники ветра

Ознакомительный фрагмент

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Возле нашего столика стоял радостно улыбающийся Вадим.

— Откуда ты взялся? — крайне невежливо поинтересовался нахмурившийся Андрей.

— Да вот, живу здесь недалеко, решил зайти перекусить, а тут вы, — Вадим сел на свободный стул рядом со мной. — Не возражаете, если присоединюсь?

— Возражаем, — отрезал Андрей.

Но я тут же перебила:

— Конечно же, присоединяйся! На Деккера внимания не обращай, он по жизни грубиян. А я так тебя рада видеть! Так рада! Слушай, Вадим, будь другом, одолжи пятьсот рублей.

— А… э-э-э… — он на мгновение растерялся, но все же достал из кармана куртки бумажник и вручил мне искомую купюру, — да-да, конечно.

Я едва сдержала порыв кинуться его обнимать. Зато Андрей явно моих светлых чувств не разделял. И вообще наградил меня таким взглядом, что мне даже отчего-то стыдно стало.

— Значит, живешь здесь недалеко. — Мрачный Деккер переключил внимание на Вадима. — Что же ты именно в нашу школу подался, поближе не нашлось?

Меня так и подмывало поинтересоваться, чем это Андрею такой милый Вадим не нравится. Как и предсказывала Рита, эти двое будут бодаться. Хотя пока бодался только Деккер.

— У вашей школы очень много достоинств. — Вадим хитро мне подмигнул, отчего я едва сдержала глупое хихиканье. Само собой, никаких романтических чувств я к нему не испытывала, но сложившаяся ситуация меня забавляла. Как говорится, нет большего счастья, чем лицезреть, как Деккер багровеет от злости.

Но Андрей упорно не багровел, только стальные отблески в глазах и прокурорский тон выдавали его недовольство.

— Некоторые достоинства нашей школы тебе явно не светят. Так что настоятельно советую поумерить запросы.

Недоумение на лице Вадима буквально через мгновение сменилось хохотом. Да таким заразительным, что я тоже не удержалась. Так мы сидели и ржали, как два придурка. Мне даже стало жаль Деккера, который нашего веселья не разделял. И вообще, похоже, едва сдерживался, чтобы не треснуть нам по голове столешницей. Но, видимо, так и не решил, кому в первую очередь.

— Ладно, с вами весело, но мне пора. — Я вручила вновь подошедшей официантке нужную сумму и засобиралась домой.

— Давай я тебя провожу, — тут же предложил Вадим.

Мое радостное «Давай!» было перебито Деккером:

— А давай ты будешь держаться от Карины подальше.

— А давай ты не будешь лезть не в свое дело, — тут же парировал Вадим.

Продолжение перебранки «А давай…» я слушать не стала. Воспользовавшись тем, что поглощенные перепалкой парни чрезмерно увлеклись, незаметно сбежала домой.

О том, что мне сегодня нужно на тренировку, я вспомнила за десять минут до ее начала. Трагично взвывая, быстро собралась и поспешила в спорткомплекс. Стоял тихий вечер, в такую погоду обычно парк наводняли романтичные парочки, но мне навстречу вообще никто не встретился. Словно всех прохожих что-то распугало. От такой неестественной безлюдности мне и самой стало не по себе. Но особо философствовать по этому поводу не стала, и так уже предвкушала гневные вопли Сан Саныча на тему моей безответственности.

Я прошла уже примерно половину пути, как вдруг талисман резко накалился, предупреждая об опасности. Замерев на месте, я огляделась по сторонам. Страха не было, лишь легкое недоумение. Но быстро мелькнувшая за деревьями крупная тень сразу отмела все сомнения. Сняв с сережки талисман, я сжала его в кулаке, готовая в любое мгновение дать отпор невидимому противнику.

Но этот самый противник оказался хитрее и быстрее меня. Я даже пискнуть не успела, как обрушившаяся сверху громадина сбила с ног и вдавила в снег. Страшенное чудовище, очень напоминающее гарпию, навалилось на меня и яростно шипело. Размерами эта жуткая жуть была с откормленного сенбернара. Впрочем, и весила явно не меньше. Так что впечатывание меня сей тушей в снег грозило парочкой переломанных ребер как минимум. Маленькие красные глазки на бугристой черной морде порадовали отсутствием какого-либо мыслительного процесса. Если, конечно, не считать однозначного намерения «Ура! Еда!». Едва я совладала с испугом, огненный шар мгновенно вспыхнул на моих пальцах и с треском рванул на монстра. И… ничего… никакого эффекта… Эта огромная черная гарпия вдавила меня в снег еще сильнее. Ее острые как бритвы когти впились в пуховик, который жалобно затрещал. Творение китайской текстильной промышленности явно не было рассчитано на встречу с не в меру агрессивными чудищами.

При всем желании я даже на помощь позвать не могла, получался лишь едва слышный хрип. Мою грудную клетку сдавило как клещами, я задыхалась. Пламя яростно бушевало вокруг, но чудовище, видимо, его даже не чувствовало. Злые слезы бессилия выступили на глазах. Умирать не хотелось. Совсем. Тем более вот так вот бесславно от какой-то случайно заблудшей в наш мир гадины, оказавшейся, как назло, невосприимчивой к огню.

Запах гари смешался с тошнотворным запахом этого существа. Оно оскалило пасть, огромные выступающие клыки потянулись к моему лицу. С каждой секундой я слабела все больше, перед глазами поплыли цветные круги. Очень хотелось маленького персонального чуда. Например, бац! — и проснуться в своей кровати живой и невредимой…

Я уже почти отключилась, когда страшенный порыв ветра налетел словно бы из ниоткуда, нещадно сминая крылатую гадину. Отлетев на несколько метров, чудище впечаталось в дерево и сползло на снег. Так мы с этой гарпиеподобной и валялись примерно с полминуты. Ее, видимо, уж очень хорошо приложило об ствол, а я просто не могла подняться на ноги. Да даже отползти бы не смогла. Мой организм упорно зациклился на «дышать» и «бояться» и категорически отказывался шевелиться. Всеми силами пыталась унять панический ужас, понимая, что монстр вот-вот придет в себя и вспомнит о намерении пообедать мной. Но от таких мыслей становилось только страшнее.

Но все же смилостивившись надо мной, Вселенная разбавила мой тет-а-тет с чудищем третьим участником. Нежданным спасителем оказался тот, кого я меньше всего ждала увидеть. Размеренным шагом из-за деревьев вышел Вадим. Хмурый и задумчивый. С черным двуручным мечом в руках. Молча подошел к уже начавшему шевелиться монстру и, презрительно поморщившись, лишь слегка коснулся его острием. Но и этого оказалось достаточно. Раздался негромкий хлопок, я по инерции зажмурилась. А когда открыла глаза, от чудища осталась лишь черная маслянистая лужа. Будто бы кто-то опрокинул гигантскую чернильницу.

— Дая. — Вадим вздохнул. — Так их называют в моем мире. Кровожадные ночные создания, совершенно невосприимчивые к огню. Для тебя это была верная смерть.