Через тернии в Пустоту. Том 2 (СИ) - Бэнс Макс

А вот в своих силах я не был уверен. Тело всё еще побаливает и словно ватой набито, состояние еще хуже, чем когда-либо, да, я уже разделывался с группой головорезов в лесу, но это было в лесу, там была возможность для маневра. Тут же не то что дерева, тени нормальной нет.

И когда я уже хотел было подняться и свалить — моя спутница подала голос:

— Нужно помочь, Дим.

— Это еще почему? — искренне удивился я, было видно, что девушке самой тяжело было принять это решение и снова пойти убивать.

— Это тракт, — кратко бросила она и встала во весь рост. — Альтор чертовски опасен, нужно всегда помогать на тракте, поможешь ты — помогут и тебе.

— Сраные правила, — лишь вздохнул я и поднялся с колена.

Глядя на решительную моську своей спутницы, взять её в охапку и просто уйти от этого побоища — было бы как минимум неправильно по отношению к спутнице. Да и в груди отлегло, стало тепло, как будто я делаю что-то хорошее. Удивительно — это моя часть всё еще жива!

Так как нас всё еще не заметили, было решено, что я подбираюсь как можно ближе, и только потом Лили начинает стрелять магией. Пока я подкрадывался — защитников стало еще на одного меньше, но за то у меня было достаточно времени разглядеть своих противников, и они точно не выглядели как обычная шайка головорезов, слишком хорошая амуниция.

Рывок, кинжал входит аккурат в шею одного из бандитов, тот хватается за рану и медленно оседает. Вспышка молнии пробивает грудь еще одного идиота насквозь, а в нос ударяет запах горелой плоти.

Следом удивленное лицо усача взлетает в воздух вместе с головой, а кровавый шлейф за ней. Бандиты замечают меня, и в мою сторону направляется сразу шестеро, оставив пятерых собратьев на уже лишь трех раненных охранников.

Я не успел моргнуть и глазом, как меня уже взяли в полукруг и подходили всё ближе. Срань. Если сделаю выпад — получу переизбыток метала организме. Благо я был не один — резкая вспышка не только пробила дыру в груди крайнего урода, но и ослепила остальных, в том и числе меня, но когда это было проблемой?

Пользуясь секундной уязвимостью врагов делаю выпад и засаживаю клинок «Синфайн» чуть ниже кадыка рыжего бандита. Да вот только эта нечисть точно не пальцем деланная, ведь ничего более я не успел сделать. Еле увернулся от дубины и топора, чтобы попытаться парировать меч кинжалом, но всё же я не амбидекстр, левой рукой управляю хуже — жгучая боль в плече тому свидетель.

Отскакиваю назад, делая рану еще хуже, и хмурюсь от неприятного жжения. К боли я уже давно привык, а недавняя экспресс прокачка лишь усилила эту мою способность, так что именно неприятного, разве что повисшая плетью рука не очень способствует хорошему настроению.

«Умбра, не смей!» — мысленно рявкнул я, как только увидел собирающиеся хлопья черного дыма.

Мне магию использовать нельзя ни в коем случае, даже в такой ситуации. Трое на одного, используя только одну руку. Можно было бы рисковать шеей, но… Зачем? Отпрыгиваю назад, освобождая пространство для выстрела — сразу два огненных шара влетают во врагов.

Подпрыгиваю обратно, попутно шепча активатор способности, клинок сияет красным, а затем перерубает тело головореза на две части, никакого сопротивления. Следом еще один рывок и два быстрых удара — один вскрывает глотку, а второй освобождает склизкие потроха из теплого плена.

Резко вскидываю «Синфайн» и блокирую меч целившийся мне в шею, следом идет удар ногой под дых, от чего противник согнулся пополам, ведь почти сотка силы, это почти сотка силы — завершаю всё обычным колющим ударом, меч входит за ключицу и протыкает сердце, как он удобно встал.

Вытянул меч и пошел добивать оставшихся двух бандитов, что на равных противостояли трем раненным солдатам в кожаной броне с какими-то гербами. Удивленные лица тех мужиков нужно было видеть.

Не успело еще последнее тело коснуться земли как я уже начал осматриваться и анализировать ситуацию, как раз пока ко мне спешила Лили. Итак, потрепанная повозка с тентом и запряженными лошадьми, около двух десятков трупов в разных одеждах и оставшиеся трое солдат, почему-то именно это слово закралось в голову. Бородатый мужик с шрамом под левым глазом лет под сорок и смазливый парнишка с голубыми глазами, прям плейбой, оба тяжело дышали от количества ран и усталости, последняя битва далась им нелегко. Одинаковая форма была, что у живых, что у уже мертвых солдат, почти одинаковая, ведь выделялась одна особа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

За её движениями я следил совсем немного, но мне уже стало ясно, что передо мной сильная мечница. Статная брюнетка лет тридцати, постриженная под пацана с лицом в крови бандитов. От нее веяло холодом и сталью, а броня из черной кожи со стальными вставками лишь дополняла образ.

Полуторный меч опущен вниз, формальность, чтобы не нервировать меня. Деревянный щит с дубленной кожей прижат к телу, но как-то неестественно, будто она вжимает руку — ранена. А нахмуренные брови с чуть ли не играющими желваками явно свидетельствуют о нервозности этой женщины.

Когда я уже хотел поприветствовать путников — тряпку тента отодвинули в сторону, и на свет показалась белокурая голова с перепуганным личиком молодой девушки.

— Зира, всё уже закончилось? — запищала та, теребя подолы своего платья. Какой идиот будет находиться в такой неудобной одежде, даже учитывая охрану? Либо богатый купец, либо аристо, но видя состояние повозки, что оставляет желать лучшего, купец нифига не богатый, а аристократ какой-то умирающей семьи.

Заикаться про неспособность солдат отразить атаку бандитов я бы не стал, ведь движения у последних были слишком слаженные, да и вооружение явно не по статусу бродячих головорезов. А то есть это были либо дезертиры армии, либо переодевшиеся солдаты, специально для убийства или захвата вот этой вот особы. И у них бы всё вышло, не окажись мы с Лили рядом.

— Госпожа, атака отражена, пожалуйста, вернитесь в повозку, — протараторила воительница, лишь немного повернув голову, даже не думая отворачиваться от нас.

Итак, «госпожа», странная одежда, солдаты с гербами на броне — точно аристо. На лицо сама налезла ухмылка, а в голове прокручивались варианты будущего и я пытался выбрать именно тот, где мы останемся при деньгах.

— Категорическое здравствуйте, как удачно, что мы оказались рядом, а иначе могло произойти что-то и впрямь ужасное, не правда ли? — взмахнув клинком, сбросив оставшуюся кровь, воткнул острие в землю и оперся на него, учитывая близкое расстояние, дал понять, что те не представляют для меня опасности.

— Ужасное и так уже произошло, — кивнула воительница на трупы вокруг.

— А разве солдаты для этого не для этого нужны, чтобы умирать вместо своих хозяев? — выгнул я бровь, и тишина была мне ответом. — Как бы там ни было, я не люблю лишнюю болтовню, также привык помогать лишь за плату.

— И что же ты хочешь? — напряглась брюнетка.

— Не многое, я всё же вижу вашу ситуацию, которая оставляет желать лучшего, так что это всего пара лошадей с седлами и тридцать серебряников, — вообще хотелось бы содрать с них побольше, да это всего разведка.

— Это… возможно, — успокоилась Зира, а значит, денег у них хватит на следующее мое предложение.

— Отлично, а раз мы решили этот вопрос, то перейдем к следующему. Я не мог не заметить ваше откровенно паршивое состояние, а мир у нас довольно опасный, без стычек с таким вот отребьем или обычными монстрами тут никак. Мы уже помогли вам раз, и могли бы сделать это еще раз, вопрос цены, — такая манера речи меня нервирует, но нужно потерпеть, всё же позиционировать себя как образованного и сильного путешественника будет выгоднее, чем как быдло из залупкина что проходило мимо и от которого можно откупиться пузырем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Внимательно слушаю Ваше предложение, — ох как заговорила, моя ухмылка стала еще более злорадной.

— Сто двадцать серебра на каждого с полной предоплатой и я гарантирую, что вы доберетесь до ближайшей деревни в сохранности, и ни одна тварь не сможет вам навредить по пути. Включая исцеление ран, — изначально я планировал предложить им оплату исцеления отдельно, допустим, по десять серебра за рыло, но видя их выражение лица после озвучивания цены — это могло переполнить их чашу терпения.