Джон Ринго - Укрощение огня

– Нет, вместо меня может поехать и Рейчел, – сказала Даная. – А я нужна здесь.

Герцер догадался, что мужской голос принадлежал Эдмунду, но какое это имело значение? С помощью Тальбота он ухватился за гриву Дьябло и сунул ногу в стремя. Напрягшись изо всех сил, юноша вскочил в седло, хотя все тело снова пронзила нестерпимая боль, и он склонился вперед.

– Вот я и снова на коне.

От боли он даже закрыл глаза. Да, он снова был на коне, но понятия не имел, куда ему ехать. Герцер направил Дьябло в сторону загона, но кто-то схватил коня за уздечку, и он чуть не упал.

– Ты сегодня больше не работаешь, герой, – с усмешкой объявил Эдмунд. – Тут есть кому поработать, а ты поедешь в лазарет.

За его спину уселась Рейчел, ей пришлось крепко прижаться к нему, и Герцер, несмотря на страшную боль, был на седьмом небе от счастья. Они медленно направились к лазарету. Откуда-то раздавались приветственные возгласы.

– Что это? – пробормотал он, потому что даже головы поднять не мог.

– А ты не знаешь? – с ноткой иронии в голосе переспросила Рейчел. – Думаю, ты даже не представляешь, какой ты тут устроил спектакль…

– Какой спек… спек?.. – переспросил он.

– Потом расскажу. А сейчас тебя надо срочно уложить в постель и обработать лицо. Скажи спасибо, что удар пришелся не на нос, иначе его бы просто размазало по лицу. И вообще не понимаю, почему у тебя не проломлен череп, почему нет кровоизлияния в мозг. А может, и есть.

Герцер понятия не имел, о чем она говорит. Он даже не помнил, почему оказался на земле. Последнее, что сохранилось в его памяти, – это как он стрелял из лука в пуму.

Каким-то чудом ему удалось удержаться в седле, пока они не подъехали к зданию с раздвижными дверьми и чьи-то заботливые и сильные руки не сняли его с седла. Дьябло уже хотел было испуганно шарахнуться в сторону, но тут на помощь подоспел Кейн.

– Его надо… хорошенько почистить щеткой, – просипел Герцер. Теперь ему снова начало казаться, что он вот-вот потеряет сознание.

– Иди в постель, Герцер, – рассмеялся Кейн. – На сегодня с тебя довольно.

Рейчел провела его внутрь, к счастью, в здании был полумрак, и уложила в постель, вернее, усадила, поместив со всех сторон подушки.

– А теперь осмотрим рану на голове, – сказала она. – И не теряй сознание, это нечестно.

К счастью, у нее были нежные, тонкие пальцы. Она промыла рану теплой водой, выдавила из раны кровь, чтобы предотвратить нагноение, начисто протерла все и приложила какую-то жгучую примочку. Вдруг Герцер понял, что его сейчас вытошнит.

– Я… – начал было он и осекся, его выворачивало. Она быстро схватила ведро и держала его, пока рвота не прекратилась. Ему казалось, что из него вышло все, что он ел в течение прошлой недели. От сильных спазмов еще больше разболелась голова.

– Ладно, все в порядке. – Рейчел отставила ведро сторону. – У тебя сотрясение мозга. Сиди и отдыхай. Будешь так сидеть несколько дней подряд.

Он откинулся на подушки и закрыл глаза, даже неяркий свет доставлял ему неудобство. Рейчел тем временем очистила его одежду – насколько это вообще было возможно. Ему было неловко, ведь он и сам может это сделать, но ему так плохо. Хотелось спать.

– Смотри не засыпай, – предупредила его Рейчел. – Черт побери, мне либо самой придется сидеть с тобой, либо найти какую-нибудь другую сиделку.

– Почему? – устало спросил он.

– У тебя сотрясение мозга, – повторила она. – Если ты уснешь, то можешь уже не проснуться.

Мысль была малоприятной, но она помогла ему не заснуть. И еще он кое-что вспомнил.

– О чем ты говорила по пути сюда? – спросил он. – О каком-то спектакле. – Неожиданно он начал вспоминать, как получил рану. – О боже, ну и видок, наверное, был.

– Что? – переспросила Рейчел, потом взглянула на его руку и зажмурилась. – А с пальцами у тебя что такое?

– У меня не было перчатки, – пояснил он.

Он стрелял и стрелял и потому даже не замечал боли в окровавленных пальцах.

– Ты же ненормальный, пальцы порезаны до кости! – И Рейчел принялась бинтовать руку. – Ты, наверное, скажешь еще, что все было очень здорово и смешно, но мы-то тоже все видели.

– Что – все?

– Герцер, ты носился по всему этому огромному полю на своем гигантском скакуне, – язвительно заметила Рейчел, – и при этом еще убивал всех налево и направо. Спас жизнь Кейну по крайней мере дважды, если, конечно, считать за спасение тот момент, когда ты рисковал быть проглоченным разъяренной пумой. А потом еще пустился неистовым галопом на спасение Шилан. Не может быть, чтобы ты не слышал, как все закричали от удивления, когда ты ринулся с места. Ты летел как самая быстрая ракета, не успели все прийти в себя, как ты пронесся до середины поля. Все взгляды были прикованы только к тебе. Я слышала даже, как на тебя заключали пари.

– Ой! – Герцер пытался сесть так, чтобы хоть голова не болела. Неужели он и правда привлек к себе столько внимания?

– Все были уверены, что Шилан пришел конец, ведь кабан мчался прямо на нее, и вдруг появляешься ты и не только убиваешь огромного зверя, но и переворачиваешь его. А потом все решили, что ты погиб, – с такой силой ты ударился об эту несчастную ветку. Трудно было представить, что ты после этого выживешь. Ты исчез из виду, а потом вдруг опять появился верхом на своем коне. Вот поэтому-то все и зааплодировали.

– Ага.

– Сделай одолжение, а? У меня и так куча дел. Перестань строить из себя героя.

– Хорошо, – удивленно ответил он.

– Поищу кого-нибудь, кто посидел бы с тобой. – Она встала и поправила юбку. – Кажется, я даже знаю кого.

Герцер прикрыл глаза и снова откинулся на подушки, но вдруг сообразил, что засыпает, и снова выпрямился. Он не знал, правду ли сказала Рейчел, что, раз заснув, он может не проснуться, но выяснять этот вопрос опытным путем не хотел. И сколько же времени ему будет запрещено спать?

Он открыл глаза и оглядел комнату. Рядом стояло еще несколько коек, но поговорить было не с кем, остальные кровати были пустыми.

Делать было нечего, и он принялся подсчитывать ушибы. Шея болела очень сильно, странно, что она вообще не сломана. Да, это здорово. Нельзя же ходить на четвереньках. И так неизвестно, когда он поправится.

Мысли были невеселые, но вот он поднял взгляд и увидел, как в здание лазарета вошли Рейчел и Шилан. Он улыбнулся и тут только заметил, что одна рука Шилан на перевязи.

– С тобой все в порядке? – спросил он и поморщился от резкой боли в голове.

– Да, просто вывих локтевого сустава. – Она улыбнулась и села на стул, который освободила Рейчел.

Рейчел протянула Шилан керамический кувшин и, помахав рукой, исчезла.