Наталья Тишь - Лунные дети (СИ)

— Да твою мать, ты лунный, что ли?!

Бриан вздрогнул, но щит закончил, и тот мерцающей оболочкой окутал мальчишку. Он испуганно уставился на меня, попятился было, но я успела схватить его за шкирку.

— Стоять! Не шевелись.

Обалдеть! Это что за нашествие лунных на Гестоль, а? Надо выяснить, откуда Бриан родом. Вот будет весело, если тоже из Северного Альси.

Глейстины тем временем все цокали и тихо мекали, подступая. Одноногая тварь тоже резво приближалась, что для нее было удивительно. Интересно, а Декан?.. Ага, ясно, уже здесь. Одноногая тварь покачнулась от ударившего заклинания и развернулась в сторону нового нападавшего. Я бросила взгляд на Бриана: если Декан и о нем узнает, что сделает? Кэлу я его не сдам, перебьется, жирно ему будет двух лунных заполучить в распоряжение. Кстати…

Интересно, просто совпало, или бесов сын знал, что что-то случится? Интуит, ку ши его дери. Кристалл неярко засветился, глейстины оживились, но Каллаган и подоспевшие преподы не давали им приближаться. Кажется, нам велели убираться, и я схватила Бриана под мышку, потащила его за собой, на ходу объясняя, кажется, уже спавшему Кэлу, что случилось.

— Скоро буду, — только сказал он и пропал.

Спасибо, что ли, сказать за кристалл потом?.. Но пока важнее сбежать от глейстина, все-таки решившего перекусить двумя (о Небо, только вдумайтесь — двумя!) лунными. Останки человеческих тел разговаривать точно не умеют.

Глава 14

Весна всегда считалась началом новой жизни, несмотря на то, что год вступал в свои права с первым месяцем зимы. Как будто люди должны были выдержать испытания, прежде чем приветствовать долгожданное тепло. Правда, с наступлением весны просыпалась разнообразная нечисть, и человеческий поток вместе с тающими сугробами устремлялся либо в Центр помощи, либо в сыск, буквально умоляя избавить от надоевших тварей, пока те не стали слишком опасными.

Нечисть выползала отовсюду. В первую же неделю Кэлу и парням из группы захвата пришлось очищать не много не мало, а спуск к реке — келпи решили освоить ступеньки и погулять на берегу. Неподалеку от штаба, через улицу, к воде опускалась прочная лестница. Кэл так и не понял, зачем ее здесь прикрепили — до пологого берега было около тридцати метров, через пятьдесят — Радужный мост, раскрашенный в яркие цвета местными художниками. Краска, правда, давно облупилась, но по весне активисты обычно немного обновляли рисунок.

А стальная лестница год за годом упрямо висела, держась металлическими поручнями и несколькими кронштейнами за отвесную каменную стену. Кэл ради любопытства спустился к воде, крепко сжимая скользкие ступени. Мелкие волны, словно почуяв его приближение, всплеснулись вверх, лизнув подошвы ботинок, и снова устремились по течению вниз к границе Гестоля.

— Искупаться хочешь? — поинтересовался Тайг, вытягивая друга обратно на неширокую площадку. — Тут зимой, наверное, детям весело прыгать в сугробы.

— Сомневаюсь, — Кэл скептически глянул вниз. — Падать все равно больно, а горку здесь сделать сложно. Легче рядом с мостом, там берега покатые.

На этот раз весна принесла не слишком приятное знакомство. Роберда Бёрка, губернатора Гестоля, Кэл знал исключительно заочно и не особо стремился встречаться с жирным алчным боровом, наверняка гребущим под себя песью часть городского бюджета. Впрочем, какая ему разница? Кэл и не задумывался, он еще осенью оставил на периферии сознания и губернатора, и администрацию Гестоля и занялся своей привычной работой.

Элиш окончательно стала сыщиком, получила свою ящерицу — серебристую, что характерно, но Хили только хмыкнул и наказал ни в коем случае не расчесывать, если даже зудеть будет настолько, что захочется повеситься. В противном случае целитель намекнул, что веревка с мылом покажутся Небесными садами по сравнению с окровавленной и разъеденной нарушенным заклинанием рукой. Кэл тут же заработал обвиняющий взгляд, но вслух Элиш ничего не сказала. Просто удивительно, что она решила промолчать. Впрочем, взгляд получился достаточно выразительный.

Казалось бы — очередная обычная весна, но эта нормальность продержалась ровно три недели, а потом пришло приглашение от губернатора. Кэл долго тупо глядел на золотистую бумагу с изящным вензелем и не мог вникнуть в смысл написанного.

Загадка первая: что нужно губернатору?

— Обалдеть, — наконец выдал он и отдал приглашение Тайгу. — Меня глаза подводят?

— Нисколько, шеф, — бодро отрапортовал тот. — Вот, черным по белому… в смысле, темно-синим по золотому написано, что наш многоуважаемый губернатор просто жаждет тебя поскорее увидеть. Соскучился, наверное.

— Я с ним не встречался раньше, слава Небу, — фыркнул Кэл, забирая бумагу и складывая ее обратно в конверт. — И хотел бы не видеться еще столько же, а то и больше.

— Возможно, он скажет что-то важное, — негромко заметила Алва. Она пересела поближе к ним и едва заметно нахмурилась. — Хотя прошло больше полугода с начала твоей работы. Не хочешь посоветоваться с дядей?

— Он уехал, — буркнул Кэл.

Загадка вторая: куда сорвался Кеннет?

Две недели назад он в разговоре обмолвился, что собирается немного поговорить с новыми поставщиками из Берстоля, представители должны были приехать в Гестоль в конце месяца, но о поездке самого Кеннета речи не шло. Причем ни Элиш, ни Джет, как понял Кэл со слов лунной, понятия не имели, куда мог отправиться Лис, а уж зачем — тем более не знали. С ним не могли связаться, кристалл Кеннет не признавал, ссылаясь на огромную цену. Ну, в этом Кэл был согласен с дядей ровно до того момента, пока не увидел эти самые кристаллы связи в губернаторской резиденции и пока не заскреблась рядом с «ключом» пресловутая интуиция.

В среду вопреки нежеланию пришлось идти на встречу с Бёрком. Кэл до последнего надеялся, что в Гестоле случится что-то настолько важное, что у него не останется выбора, как приступить к делу, но с мелкими преступлениями и чисткой группа захвата справлялась сама. Центр помощи страждущим тоже работал по мере сил, но по сравнению с Берстолем весна в северной столице проходила намного тише. Правда, в отдаленных районах, в заброшенных дворах вылезли глейстиги и гримы, но и с ними проблем особых не возникло, нечисть просыпалась и выходила на охоту поодиночке. Другой вопрос, напади те же глейстиги стаей в восемь-десять особей — да, тогда пришлось бы намного тяжелее, но сведений о подобных прецедентах не поступало, и Кэл, выслушав последние напутствия Тайга и Алвы все-таки отправился к губернатору.