Немая смерть (СИ) - Артемьев Роман Г.

— Вопрос времени. Да, логичнее подловить противников по одному, например, на обратном пути — кстати, из-за чего я приказала возвращаться в деревню не менее чем впятером. Однако любой мало-мальски опытный шиноби знает, что реализовывать преимущество надо немедленно! Иначе потом оно исчезнет. Соседи увидели, что часть бойцов ушла, а значит, действовать надо сейчас, пока те не вернулись, поэтому они будут действовать.

Не напасть на нас не могут. С точки зрения окружающих, только так можно определиться, что делать с новичками, какие отношения выстраивать. Если мы окажемся слабы, то задавить, если проявим силу, то договариваться. Неадекватов вырежут любой ценой, не считаясь с потерями — хотя по меркам обычных людей, среди шиноби нормальных вовсе нет.

— Кушина-сенсей, как вы считаете, эта война долго продлится? — молчавший до того Хироши наконец-то подал голос.

— Я бы хотела тебя успокоить и сказать, что недолго, но не хочу врать. Не знаю. Надеюсь на лучшее, однако не исключено, что воевать будем лет пять.

— В прошлую войну Коноха отправляла на фронт даже генинов-выпускников, — выдал свои опасения парень. Да, его брат именно в том возрасте, когда получают хитай-ате…

— Надеюсь, старейшинам хватит ума использовать Узумаки в первую очередь для изготовления печатей, — подбодрила я ученика. — Если же нет, то молодёжь начнёт пропадать на заданиях — и появляться здесь, у нас.

Кстати, имеет смысл поднять этот вопрос уже сейчас. Пусть Кейтаро-сама обсудит его с влиятельными лицами и заранее подготовит списки возможных псевдопокойников, пути отхода, общественное мнение и в общем сделает всё, необходимое в подобных случаях.

— Почему пять лет, сенсей? — спросил Акайо. — Разве сильнейшие бойцы Кири и Кумо не погибли на Узушио?

— Да, но не все же там легли. Кто-то спасся, часть войск оставалась прикрывать родную деревню или сидела по гарнизонам, довольно приличный отряд стоял заслоном против возможной атаки Листа. Еще не забывай о целехонькой Скале, которая вряд ли будет спокойно смотреть на гибель союзников и наверняка вмешается.

— А мы будем участвовать или останемся сидеть здесь?

— Вы будете делать то, что вам прикажут! — такие позывы надо давить в зародыше. — Чтобы больше я таких намёков не слышала! Иначе не посмотрю, что жилеты носите, мигом отхожу палкой!

— Хай, сенсей!

При виде такого единодушия я немного смягчилась.

— Акайо, сейчас невозможно предсказать, чем нам предстоит заниматься. Может, нас всех возьмут и отзовут в Коноху.

— Почему, Кушина-сенсей? В Такути гакуре вложено много усилий.

— Потому что потери могут оказаться чрезвычайно высоки и каждый генин будет на счету, — пожала я плечами. — Кроме того, статус великого клана требует наличия хотя бы одного шиноби S-ранга. В Листе у Узумаки ичизоку ни одной «эски» нет, а работа подходящего уровня сложности найдётся, во время войны-то. По нужному профилю.

В последнем письме, пришедшем из Конохи, сообщалось, что Кумогакуре внесла изменения в книгу Бинго. Теперь голова Узумаки Кушины оценивалась в семьдесят миллионов, причем в графе специализации стояло многозначительное «ликвидация джинчуурики». Похоже, та небольшая шалость с освобождением Восьмихвостого сильно обидела облачников.

По поводу возможности перебраться в Лист я испытывала противоречивые чувства. Да, Тагути гакуре больше чем на половину — моё детище, оставлять её без пригляда страшно. С другой стороны, хочется увидеть Мику и Кейтаро-сама, своими глазами убедиться, что они живы, поговорить, поплакать о павших. Плюс надо учитывать, что боец моего уровня здесь, на краю ойкумены, излишен, а вот в центре событий изрядно бы пригодился. S-ранг в одиночку способен влиять на ход сражения, собственно, битва на Узушио это доказала.

Противоречивые чувства.

— Не думала, что экзамен окажется таким лёгким, — внезапно выдала Сачико. — Мне почему-то казалось, что сдать на чунина намного тяжелее.

— Практика лёгкая, вопросы не очень, — не согласился с ней Хироши. — Я по законодательству едва проходной балл набрал. Сенсей, а что дальше-то?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ну, формально учебная команда номер два расформирована, так что всё зависит от вас, — уведомила я подростков. — Есть несколько вариантов. Вы имеете право создать новую команду и ходить на контракты вместе, для этого достаточно подать заявку на моё имя. Также чунин в обычное время может брать одиночные задания или присоединяться к другим командам, только я на одиночные походы наложила временное вето. Если хотите, найдите работу в деревне, в те же патрульные народ идёт неохотно и приходится назначать своей властью.

— Потому что неинтересно и платят немного, я узнавал, — подал голос Акайо.

— Зато работа простая и вблизи от дома.

— Сидя на месте, джонином не станешь.

— Ну, значит, будете по контрактам работать, — постановила я. — У нас, правда, пока что заказов маловато, но глядя на шебуршение местных феодальчиков, работа найдется.

Из небольшой будочки, в которой никто с первого взгляда не заподозрил бы вход в подземный канчи-центр, выбрался Генма-сан. Деревня Тагути представляет собой Узушио в миниатюре, то есть имеются практически все службы и хозяйства, только скромненькие, с минимумом персонала. Вот и идеально круглая медитационная камера, изнутри густо покрытая сенсорными печатями, тоже есть.

— Началось, — доложил джонин. — На патруль в Грязево напала какая-то банда. За дракой наблюдали неизвестные шиноби.

— Как мы и ожидали. Результаты?

— Бандиты мертвы, у нас без пострадавших, чужаки не вмешивались. Команда прикрытия, вроде бы, осталась незамеченной.

— Значит, ждём кого-то серьёзнее. Как думаете, сегодня или завтра?

— Оонода придут сегодня, Курогане, скорее всего, тоже. Остальные поумнее будут и сначала посмотрят на результаты самых торопливых.

— Да уж… Хорошо, Генма-сан, продолжайте.

Чего хотят окрестные кланы? Проверить наши силы. Как это сделать? Собрать информацию о движении патрулей, провести разведку, переговорить с крестьянами из ближайших деревень. Затем нанимается всякий сброд, разжившийся относительно качественным оружием и на этом основании считающий себя крутыми бойцами, и бросается на убой. Наблюдатели смотрят, делают выводы, докладывают начальству, то спокойно кивает и нанимает следующую партию, на сей раз из числа пользователей чакры. Слабеньких шиноби или просто наёмников, владеющих кое-какими приёмами. Задание то же, результаты, в принципе, те же. И только в третьей волне, когда приблизительно известны уровень угрозы целей и их возможности, на дело идут клановые бойцы.

Это если действовать по уму. А человек — тварь нерациональная.

Среди наших соседей оказались два клана, у которых то ли женщины слишком часто рожают и отсюда избыток голодных ртов, то ли ещё что. Как бы то ни было, шиноби с монами Оонода и Курогане известны по всему архипелагу своей драчливостью и готовностью взяться за любую работёнку, лишь бы заплатили. Не столько шиноби, сколько бандиты и пираты. Представители Тагути ичизоку с ними уже сталкивались, но сейчас ситуация иная — о случайности речь не идёт и драться нам предстоит с подготовившимися, финансово мотивированными бойцами.

Выдвижение группировки клана Оонода мы заметили, у нас на границе с ними хороший сенсор сидит, Мако-сан. Встретит их обычный патруль, даже не усиленный, прикрывает его и ещё пару патрулей группа из чунинов посильнее, в деревне сидит и бдительно поглядывает по сторонам готовая вмешаться команда Генмы-сана. Если всё пройдёт гладко, из-под защиты барьеров выбираться им не придётся. Моё вмешательство так вовсе не предусматривается, потому как не царское это дело, беспокоиться из-за мелких набегов всякого мусора.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Идите, ученики, — вздохнув, благословила я подростков. Дальше тянуть нельзя. — Вам пора.

— Благодарим за доверие, сенсей! — дружно склонилась троица в глубоком поклоне. — Мы вас не подведем!

Первая миссия без меня. За ними, конечно, приглядывают, и может быть даже чуточку больше, чем за остальными командами — всё-таки мои личные ученики, а не простые соклановцы. Особой опасности нет, звание чунинов получены ими заслуженно, и тем не менее я волнуюсь. Хочется подержать всю тройку возле себя подольше. Нельзя. И ученики обидятся, и подчинённые не поймут.