Алла Рут - Агентство "Аргентина"

Цолери поставил перед ним тяжелую глиняную чашку.

- Пей, - приказал он, пресекая ненужные слова. – Хороший кофе – единственное, что примиряет меня с существованием здесь.

Ява покорно взял чашку. Благодарности снова пришлось отложить. Такой уж он есть, оборотень, волк-одиночка, не любитель говорить по душам.

Ява взглянул на древние фолианты, громоздившиеся на полках.

- Спасибо, что помогаешь искать книги о Соранге. Может, удастся отыскать то в них, что нужно. А если нет…

Он умолк. В очередной раз подумалось, что поиски его тщетны, и в очередной раз Ява прогнал эти мысли прочь. Выход обязательно найдется, главное – не сдаваться!

Цолери одобрительно кивнул.

- Рано или поздно каждый найдет то, что ищет, - сказал он. – Уж поверь мне!

…Алина-барракуда чувствовала себя странно: первый раз в жизни ей совершенно нечем было заняться. Ехать в школу не нужно, готовить не хотелось, к уборке не лежало сердце, даже любимые кулинарные книги валились из рук. Алина подумала, походила из угла в угол, потом собралась и поехала в агентство.

В агентстве она застала только Яву. Тот, расположившись в кресле Ньялсаги, изучал потрепанный пергаментный лист, испещренный таинственными знаками. Алине показалось, что вид у приятеля был непривычно озабоченный, точно Ява о чем-то сосредоточенно размышлял.

- У Цолери был? - поинтересовалась она, кивая на пергамент.

Ява аккуратно свернул лист и потянулся за чайной чашкой.

- Да, заглянул по дороге.

- Как он там?

- Сидит в своем логове, воюет с Дэберхемом. Пока что Дэберхем одерживает победу по всем фронтам, - Ява хмыкнул. – А потом вот сюда завернул.

Он сделал глоток и поставил чашку.

- Наблюдаю за развитием событий.

Алина насторожилась и быстро глянула в сторону соседней комнаты.

- Уже есть события? – спросила она, понизив голос.

Ява пожал плечами.

- Вроде нет.

- О чем тогда разговор?

- Предчувствия, - сказал Ява. - Предчувствия у меня очень скверные!

Алина скептически посмотрела на него.

- Предчувствия? В предсказатели решил податься?

Она подошла к столу и поморщилась.

- Посуду после вчерашнего так никто и не помыл? Ясно…

- Мы рассчитывали на тебя, - хладнокровно сообщил Ява, разворачивая очередной пергамент и углубляясь в чтение.

- На меня? Я что – домовой гном, посуду за вами мыть?

Ява не отозвался. Недовольно бормоча что-то себе под нос, Алина собрала со стола бумажные тарелки с остатками еды и выбросила в корзину.

- А где Мерсея?

Не отрывая глаз от пергамента, Ява ткнул пальцем в сторону окна.

- На лавочке сидит. Дышит свежим воздухом.

- В своем наряде?! Гм… народ, наверное, удивляется?

Ява вздохнул, аккуратно свернул пергамент и вложил в пакет.

- Во-первых, Ньялсага разрешил ей накинуть твой плащ.

Алина замерла, держа в одной руке коробку из-под печенья, в другой – скомканные салфетки.

- Что?

- А, во-вторых, с чего бы кто-то удивлялся? Наш дом – на задворках драматического театра. Все давно привыкли, что здесь то короли покурить выходят, то рыцари в латах на троих соображают, то какие-то раскрашенные тетки в париках пирожки трескают. Помнишь прошлогоднего некроманта, который клаустрофобией страдал?

Алина покопалась в памяти.

- Это не тот, что отказывался находиться в закрытом помещении и весь день на крылечке торчал? Его еще Бахрам караулил?

- Он самый, - кивнул Ява. - В камзоле и с трупными пятнами на лице. Целый день сидел у всех на виду – и что? Кто-то удивился? Как бы не так. Поинтересовались у него пару раз, что за спектакль сегодня вечером идет – и все!

Алина бросила мусор в корзину, отряхнула руки и подошла к окну.

- Взяли мой плащ, - проворчала она, глядя во двор. - Хоть бы позволения спросили для приличия, что ли. А давно Ньялсага с ней сидит?

- Давненько, - сдержанно ответил Ява. – Наверное, помогает дышать свежим воздухом.

Он вытащил из пакета еще один лист и развернул.

- Ты с ним разговаривал? Насчет… ну, об этом?

- Разговаривал. Он сказал, все под контролем.

Пару минут Алина рассматривала сидевших на скамье людей пристальным снайперским взглядом.

- Мне тоже так кажется. Все нормально, ничего подозрительного не вижу. Зря ты волнуешься!

Ява отбросил пергамент, вскочил с кресла и в одну секунду оказался рядом с ней.

Некоторое время они молча наблюдали.

- Разве ты сама не видишь? Он выглядит таким… - Ява запнулся, подбирая слова. – Таким…

- Каким – таким?

- Спокойным. Безмятежным.

Алина снова уставилась в окно.

- И что? Это плохо?

- Алина, мы только что проводили Бахрама! А Ньялсага уже словно забыл о нем!

- Преувеличиваешь. Ничего он не забыл.

- Преувеличиваю? – воскликнул Ява. - Да его будто околдовали!

Он махнул рукой, вернулся к столу, развернул пожелтевший лист и погрузился в чтение, однако, Алина видела, что Ява лишь скользит глазами по строчкам, а мысли его блуждают где-то очень далеко.

Она подошла к столу, прихватил до пути парочку испачканных вареньем чашек.

- Это все усталость, - примиряющее сказала Алина. – Свора, Бахрам… столько всего на нас навалилось!

Она поставила чашки в раковину.

- Знаешь что? Давай съездим, наконец, в Аргентину. А? Мы ведь давно собирались. Вот прямо завтра купим билеты – и все втроем отправимся!

Ява посмотрел на нее поверх пергаментного листа.

- Что-то не хочется. Чего мы там, в этой Аргентине не видели?

- Там красиво, говорят…

Ява недоверчиво хмыкнул и снова углубился в чтение.

Алина отыскала в столе черный пластиковый мешок, развернула и окинула взглядом стол, намечая фронт работ. Коробки, старые журналы, мотки веревок, гвозди…

Она опустила руки.

- Нет, не могу… это ведь вещи Бахрама. Вдруг… вдруг они ему еще понадобятся?!

Алина поколебалась, потом решительно сунула мешок под стол.

- Тролль с ней, с уборкой! Потом займусь… когда-нибудь.

- Здравая мысль. Выпей лучше чаю, - посоветовал Ява.

Алина осторожно взяла горячую чашку, поднесла к губам – и замерла.

- А ты не знаешь, Кемена кто-нибудь предупредил? Он в курсе?

- В курсе чего? – без особого интереса спросил Ява, переписывая что-что из старинного манускрипта в записную книжку.

- Того, что девушка задержалась здесь на день.

- Понятия не имею. Цолери, впрочем, знает.

Алина хмыкнула.

- Насчет Цолери я не сомневаюсь. Вот только телефоном он не пользуется, так что позвонить Кемену не может. И Кемену неизвестно, что Мерсея осталась здесь. Вдруг он решит, что в городе объявился еще один гость?

- И что?

- И захочет разобраться с ним по-своему?

- Хорошо бы, - вздохнул Ява.

- Значит, никто не звонил? – уточнила Алина. - И о чем вы только думали? Давай, звякни Кемену, объясни ситуацию, а то он сюда нагрянет.