Кирилл Берендеев - На перекрестках фэнтези

— Ну, Дун, это твой тридцать восьмой? — Ко мне подъехал Сид. Улыбаясь, он с легким прищуром уставился на труп бородача.

Я равнодушно пожал плечами.

— Значит, тридцать восьмой. Еще трое, и меня догонишь! — Сид довольно крякнул. — Но пока что не обессудь.

— Догоню так догоню… — На меня опять навалилась апатия, такая, что хоть вой.

— Слушай, — внезапно посерьезнел Сид, — я тут слыхал, что по твою душу отряд идет.

Я опешил: — Чего?

— Заказали тебя, говорю… Может, ко мне переберешься? Ты в своем болоте как прикованная корова…

— КТО?

— Не знаю… Слышал только, что сына Болотного Вепря кто-то заказал. А это вроде как ты…

— Кому это надо-то?

Я довольно давно так не удивлялся. Меня заказали?

— Леший их знает… Я вот думаю, что много народа твоей крови хочет.

— Мне казалось, что большинству плевать на мое существование… — вяло усмехнулся я.

— Видать, не всем. — Сид похлопал своего коня по холке. — Так что подъезжай… У меня ТАКИЕ погреба… Я тебя потом, даже если захочу, оттуда не вытолкаю.

— Да нет, не стоит… Поконкретнее не знаешь? — Откуда? Я же говорю: «слухи».

— Ладно, спасибо и на этом.

Я с проснувшимся интересом попытался вспомнить тех врагов, кто жаждет моей смерти. Не было таких… Ненавидели, презирали, но чтобы нанимать убийц…

— Ты тогда поаккуратнее. — Сид внимательно посмотрел мне в глаза. — Следующий сбор нашей сотни только через две недели… Мало ли что…

— Как получится…

— Ну как знаешь… Может, мы с ребятами на днях к тебе заедем, привезем чего выпить…

Ну да… Я много раз это слышал, но еще ни разу ко мне никто не заезжал. Кому захочется ехать в болота? Вот и я думаю, что никому…

— Лады, мужики, давайте в форт, а потом по домам, — гаркнул Воломир, когда с трупов было снято все ценное.

Дружинники потянулись к лесу…

В замок я возвращался с чувством непонятного мне нетерпения. Что-то в мире перевернулось, что-то новое появилось в его опостылевшем портрете.

Однако никто не преградил мне путь, никто не пустил стрелу в спину… И даже в башне не поджидали смертельные ловушки. Смешно, но меня это расстроило. Я понимал, что гнию заживо, порабощенный этим дрянным местом, проклятый неизменной постоянностью серых дней, убитый одиночеством. Мне бы не помешала парочка друзей, если я еще правильно понимаю такое слово, как «дружба». Только их, друзей, у меня нет, а если и есть, то я их не вижу. Тьма во мне не позволяет их видеть. И даже предупреждение Сида не ввело его в ранг друзей. На мой взгляд, так должен был поступить любой хороший человек? А Сид, несомненно, таковым и являлся. Быть может, я зациклился? Увяз по уши в болоте, которое сам трепетно создал? Я привык винить во всем других, я привык оправдывать Тьму в душе словами: «Меня таким сделали». Это ведь может оказаться и не так, но как обидно осознавать свою неправоту. Легче ведь услышать диагноз лекаря, чем вывести его самому. Меньше ответственности, что ли?

Дома, после того как ма и па исчезли, невероятно довольные моим хорошим настроением, я вскрыл кувшин с вином и сел к окну. Взгляд мой, как обычно, устремился в болота. Может, это не место дрянное? Может, это я делаю его таким? Попробуй пойми… Стоит ли мстить, прощаясь с душой? Или прощать, отрекаясь от чести? Кто бы мне сказал! А может, мне и не нужен никто? Просто привычка, что кто-то должен быть рядом? Много вопросов и мало ответов… А нужны ли они мне — эти проклятые ответы? Ага, еще один вопрос!

Я улыбнулся, теперь у меня появился хоть какой-то интерес. Убийцы, сами того не желая, оживили мою душу. Я буду их ждать… Ждать без страха, словно влюбленный свою избранницу, словно голодный миску похлебки, словно умирающий смерти.

Когда солнце беззвучно утонуло в болотах, хмель уже вовсю гудел в моей потяжелевшей голове. Я хочу, чтобы наступило утро! Не вечер, когда появятся родители, а именно утро! В это время на болотах больше всего тумана… Впервые за последние несколько лет я действительно хочу, чтоб начался новый день… Потому что это изменит мою жизнь. Хотя бы на миг, но изменит…

Они пришли на третий день. Я возвращался с озера, когда дорогу мне преградило восемь всадников. Место было глухое, еловый лес тщательно скрывал всех, кто находился под его сводами. Однако я каким-то шестым чувством догадался, что слева и справа от дороги прячутся еще несколько солдат. Путь к отступлению неспешно отрезали шестеро латников. Двое из них уперли в землю копья и теперь внимательно следили за моими движениями.

Остановив коня, я спокойно вытащил меч.

— Дундар. — От группы всадников отделился мужчина в длинном плаще. Откинув капюшон, он удовлетворенно улыбнулся, глядя на мое вытянувшееся лицо. — Пришло твое время. Ты встал на путь Тьмы.

— Карган? — У меня пересохло в горле, и потому я просто прокаркал его имя. Я ожидал увидеть кого угодно, но только не этого человека. Не создателя Клана Защитников. Не его вождя. Карган собрал нас, он воспитал каждого Защитника, он был всем нам как отец. — Значит, это ты…

Карган с каменным выражением лица смотрел на меня:

— Ты погряз во Зле. Твоя душа мертва. Твои поступки несут в себе Тьму. Тебе нельзя быть среди живых.

— Защитников больше нет, Карган… Все они принадлежат Тьме, как и я.

— Да? Клан вновь собран. — Он хмыкнул.

Я оглядел воинов. Лица скрыты шлемами, руки готовы выхватить клинки. На щитах герб… Как я его сразу не заметил… Защитники…

— Новые люди?

— И они тоже, да и старые почти в полном составе. Ты же получал предложение вступить в их ряды…

Я внутренне содрогнулся. Было предложение… Да…

— Ты помнишь, что ты ответил? — издевательски хмыкнул Карган, словно прочитав мои мысли.

— Правду.

— Да? Твоя, как ты говоришь, правда лишь проявление Зла в твоей душе. Как же это звучало? — Он прикрыл глаза. — Ах да! «Чтобы я встал в строй ненавидящих друг друга бойцов? Чтобы я ждал от этих лжецов удара в спину? Никогда!» Красиво сказано, ты такие вещи всегда любил.

— Где же тут проявление Зла?

— Клевета… Ты слишком далеко зашел, обливая грязью честных людей. Ты упиваешься своей ненавистью, тебя задевает потеря авторитета, что у тебя когда-то был! Как же! — саркастически воскликнул Карган. — Защитники и без Дундара! Это ведь уже не Защитники! Так ведь ты думал? Но я рад, что ты ответил отказом, потому как только после него я узнал о твоих деяниях. О поднятых на копья женщинах, об обезглавленных детях… А ведь я когда-то тебя уважал…

— Это бессмысленный разговор, Карган. — Я почувствовал, как Тьма в моей душе грозно поднялась и расправила свои крылья. — Ты пришел меня убить за то, что я посмел ответить злом на зло? На ваше зло, на вашу хваленую дружбу?