Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

— Ну наконец-то и тебя наказали! — злорадно прорычал Филч, увидев вошедшего Гарри. — Раздевайся до пояса и ложись! Я тебя повоспитываю! Припомню все твои похождения! Как ты мне полы пачкал, какобомбы взрывал, и госпожу директрису не слушался!

Дверь скрипнула и впустила в комнату Драко, Милисент, Кребба, Гойла и Люси.

— А вам чего? — рыкнул на них Филч. — Тоже на порку?

— Нет, мы хотим посмотреть, как вы будете наказывать Поттера. Я — староста и начальник Инквизиторского отряда. Мне можно смотреть, — ответил Драко и попытался наколдовать себе кресло. Вместо этого получился колченогий стул. Малфой выругался сквозь зубы. Гарри коротко усмехнулся.

— Вот, садись, Драко, — позвала его Милисент. Её стул получился некрасивый, но хотя бы устойчивый.

Меньше всего Гарри хотелось, чтобы за его наказанием наблюдал Малфой и его верная компания. Волна предвкушения и ожидания, исходящая от них, была очень мощной и невероятно противной. Дверь снова скрипнула. Вошла Амбридж.

— Вы готовы, мистер Поттер? — растянулась она в сладкой улыбке. — Приступайте, мистер Филч!

Гарри неохотно снял рубашку и футболку, обнажая подтянутый юношеский торс. Люси так упоенно думала о том, как она будет это описывать желающим, что даже раскрыла рот. Милисент удивленно вытаращилась на полуобнаженного Гарри. Малфой недовольно скривился. Амбридж алчно улыбалась. Гарри лег. Теперь главное — не вскрикнуть, а лучше даже показать, что порка — это пустяковое наказание, устаревшее и совершенно бесполезное. Гарри не знал, какую реакцию приберегло его тело на удары розгами. Как ни плохо относились к нему Дурсли, но ни дядя Вернон, ни тетя Петуния никогда его не пороли. Подзатыльники, тычки, — это было, бывало и за волосы таскали, но чаще — чулан и лишение обеда. Было больно. Даже очень. Но не намного больнее, чем было руке от пера. И уж никак не сравнимо с той дикой болью, которую Гарри испытал на кладбище под воздействием Круцио. И близко не было похоже на тот кошмар, который он пережил, когда в Министерстве Магии ощутил себя в кольцах огромной белой змеи. Гарри изо всех сил постарался сохранить бесстрастное выражение лица, словно Филч не бил его, а легонько журил.

— Достаточно на первый раз, — сладенько пропела Амбридж.

Филч с сожалением прекратил порку.

— Как наказанному, вам, мистер Поттер, запрещено обращаться за помощью к мадам Помфри. Обработайте его спину, Аргус, — директриса протянула сторожу флакон.

Гарри ощутил, что ему на спину вылили что-то, напоминающее холодную воду. Стало легче, но уже через несколько секунд боль и жжение в спине вернулись.

— Можете одеваться, — сказала Амбридж и внимательно посмотрела в лицо Гарри.

Он растянул губы в улыбке «Всего лишь? А я-то думал!» Злорадное торжество вмиг исчезло с лица директрисы, и Гарри подумал, как здорово, что эта министерская жаба не владеет блокологией. Иначе радоваться ей сейчас до подпрыгивания на месте — спина Гарри саднила так, что он еле сдерживал шипение и стоны. Раздосадованная Амбридж ушла, хлопнув дверью.

— Ну что, господин Верховный Инквизитор, сам, небось, с метлы нарочно спрыгнул, чтобы был повод меня наказать, — Гарри натянул футболку и подчеркнуто небрежно хмыкнул. — Надеюсь, тебе было хорошо. Штаны не испачкал?

— Заткнись! — процедил Малфой. — Думаешь не видно, что тебе больно!

— Вполне терпимо, — Гарри даже пожал плечами, хотя при этом его лицо едва не исказила гримаса боли. — Целые поколения школьников наказывали до меня, никто не умер. Вполне обычное наказание.

Инквизиторский отряд разочарованно переглянулся и вышел.

Едва Гарри вышел из подземелья, как сразу попал в объятия Гермионы. Глаза девушки были мокрыми и красными. Гарри, опираясь на неё, поплелся в комнату за сэром Кэдоганом. Каждое прикосновение футболки к спине отдавалось болью до тошноты.

— Я заранее запаслась заживляющим зельем, — проговорила Гермиона, снимая с Гарри рубашку при помощи заклинания. — Добрая мадам Помфри дала мне целый большой пузырек. Ложись, я обработаю спину.

Гарри лег на кровать и услышал удивленный возглас Гермионы.

— Но у тебя нет следов от розог!

— Амбридж убрала, — ответил Гарри, вспомнив ощущение льющейся на него холодной воды. — А боль оставила. На добрую память…

Гермиона внимательно осмотрела спину и осторожно провела пальцами по коже. Гарри зашипел от боли.

— Следы все-таки остались, кожа немного покраснела здесь и здесь… — Гермиона обработала спину Гарри заживляющим зельем. Краснота вскоре исчезла, но там, где прошлись розги, продолжало саднить.

— Какая отвратительная, гадкая, мерзкая садистка! — Гермиона вытерла выступившие слезы. — Это слишком жестоко так наказывать! Ты страдаешь от боли, а тебе ещё нужно конспектировать эту дурацкую газету!

— Причем, если я на завтрашнее политсобрание не приготовлюсь, то меня снова накажут, — произнес Гарри с горькой иронией в голосе.

— Ну уж нет! — Гермиона вскочила. — Я не позволю этой мерзкой жабе мучить тебя!

Гарри попытался поудобнее лечь, надеясь найти позу, в которой он будет не так сильно страдать от боли.

— Я пойду к Тонкс. Может, она снова сможет помочь нам.

Гермиона завернулась в плащ-невидимку и ушла. Гарри закрыл глаза. Вскоре рядом послышалось тихое всхлипывание. Он резко сел, скривившись от ощущений в спине, и увидел огромные светящиеся обожанием и состраданием зеленые глаза-мячики.

— Гарри Поттер терпит такие муки, — жалобно проговорил эльф.

— Ты меня напугал, Добби, — Гарри лег снова.

— Добби хочет чем-нибудь помочь Гарри Поттеру, — Добби сел на кровать рядом с Гарри и осторожно погладил его по голове. Прикосновения были неожиданно приятными.

— Боль вполне терпимая, Добби, — чувствуя неловкость, отозвался Гарри.

— Гарри Поттер очень терпелив, — с благоговением прошептал эльф.

Теперь его лапки погладили Гарри по предплечью, и Гарри быстро убрал руку — эльф нацелился поцеловать её.

— Добби, ты что? — Гарри даже покраснел от смущения.

— Добби хочет облегчить страдания Гарри Поттера, — эльф снова с обожанием посмотрел на Гарри и погладил по голове.

Гарри не успел опомниться, как эльф с рыданиями начал обцеловывать его руку.

— Добби, ты спятил! Ты что делаешь? — вскрикнул Гарри, выхватывая руку из цепких лапок эльфа.

— Гарри Поттер освободил Добби из рабства, дал ему работу, это так важно, сэр! — Добби зарыдал с новой силой. — Бывший хозяин Добби теперь у власти! Добби верит, что Гарри Поттер свергнет его и уничтожит Того-Кого-Нельзя-Называть!