Барб Хенди - Предатель крови

Эмель тоже был уже на ногах, и Магьер крикнула ему:

— Прикрой Мальца!

И стиснула зубы, глядя, как первый волкодав несется прямо на нее.

Нет, не на нее… на Вентину! Второй пес запрыгнул на крышку широкого ящика, а оттуда ринулся на Фариса.

Магьер опешила, не понимая, что происходит.

Между тем спина Вентины, отвлекшейся на пса, оказалась незащищенной — и тогда возле нее возник Эмель, сжимавший обеими руками рукоять меча. Одним ударом сверху он вогнал клинок в спину оборотня больше чем наполовину.

Острие клинка вышло из груди Вентины. Кошка взвыла и рухнула на пол, извиваясь и корчась в агонии.

Магьер выскочила в коридор. Фарис отбивался одновременно от Мальца и второго волкодава, но подобраться поближе к этой троице не было никакой возможности — слишком узкий коридор. Малец стал таким же, каким Магьер видела его в бою на Стравинской границе, — кровожадным и безжалостным хищником. Он рычал и скалил зубы, точно дикий зверь.

Волкодав сумел повиснуть на загривке Фариса, и теперь кот-оборотень оказался между двух огней — вернее, двух собак. Мощные челюсти волкодава сомкнулись на его плече. Покуда Фарис изворачивался, пытаясь достать клыками этого врага, на него бросился Малец. Он вонзил клыки в горло Фариса и резко дернул головой.

На стены и на пол обильно выплеснулась кровь из разорванного горла. Малец отскочил в сторону, серебристая шерсть на его морде слиплась и почернела от крови.

Отчаянный вопль Фариса захлебнулся. Мондьялитко, извиваясь от боли, повалился на пол, а волкодав между тем все еще рвал зубами его спину.

Магьер увидела, что черно-бурая шерсть Фариса начала редеть.

Все его тело раздувалось, корчилось, словно из-под кожи пыталась вырваться на белый свет неизвестная тварь. Шерсть на голове опять превратилась в волосы, единственное ухо сдвинулось ниже. И по мере обретения человеческого облика все слабее и беспорядочней становились движения оборотня.

И вот уже на полу перед Магьер лежит мертвый, совершенно нагой человек с разорванным горлом, из которого вытекает кровь.

— Прекрати! — прикрикнула Магьер на волкодава, который все еще терзал поверженного врага.

Собственный голос прозвучал в ушах Магьер отчетливо и ясно, да и зубы ее уже почти вернулись к обычному виду. Дампирская натура отступила, и тогда Магьер наконец почувствовала безмерную усталость и жгучую боль в левой руке.

В наступившей тишине раздался надрывный кашель. Магьер стала пробираться между бочек и ящиков туда, откуда доносились еще и сдавленные рыдания.

Вентина тоже преобразилась. Из груди ее торчало острие сабли. Женщина хватала ртом воздух, и по лицу ее текли слезы.

Нисколько не радуясь такой победе, Магьер опустилась на колени рядом с умирающей. Эти двое были такими же рабами Дармута, как и Лисил и его родители. Эмель стоял на коленях рядом с Вентиной, и вид у него был отнюдь не радостный.

Вентина схватила Магьер за руку, вперила в нее взгляд, в котором странным образом смешались ужас и неукротимая ненависть.

— Кори… — выдавила она и с трудом перевела взгляд на Эмеля. — Ты же знаешь, что он сделает с Кори.

Эмель сгорбился, как от незримой тяжести, медленно вздохнул.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти твою дочь.

Дыхание Вентины стало реже, но ее широко открытые глаза неотрывно смотрели на Эмеля. Так, с открытыми глазами, она и испустила последний вздох. Ее мертвые пальцы с такой силой сжимали руку Магьер, что ей пришлось немало повозиться, чтобы освободить руку.

— Ты серьезно ранена? — спросил Эмель.

— Не очень.

Раны от когтей кровоточили, но были неглубоки, и Магьер знала, что сумеет быстро их залечить.

— Отвернись, — попросил он. — Мне нужно вытащить саблю.

Знал бы барон Милеа, каких ужасов насмотрелась Магьер за свою недолгую жизнь — вряд ли стал бы деликатничать. Тем не менее Магьер почувствовала, что эта старомодная рыцарственность вызвала в ней смутную благодарность. Барон взялся за саблю и выдернул ее из мертвого тела с отвратительным хлюпающим звуком.

Что-то ткнуло Магьер в бок. Она оглянулась — и увидела измазанную кровью морду Мальца. Почему-то это зрелище не вызвало у нее такого потрясения, как в прошлый раз.

— Мы должны найти Лисила, — твердо сказала она. Малец согласно гавкнул.

— Сначала спрячем убитых, — предложил Эмель. — Здесь, конечно, полно крови, но будет лучше, если мертвецов обнаружат не сразу.

Только сейчас Магьер осознала, что чует сладкий, с медным привкусом запах крови. Взгляд ее упал на лужу, которая растекалась вокруг убитой Вентины. От этого зрелища запах крови словно стал острее.

Волкодавы как-то одновременно успокоились и потрусили назад, откуда появились. Не обратив на них никакого внимания, Магьер помогла Эмелю протащить Фариса и Вентину через двери в дальнем конце помещения. Затем она сунула в ножны кинжал, подобрала саблю и вслед за Мальцом направилась к южной лестнице. Эмель шел за ней.

Вельстил, беззвучно ликуя, провел ладонью по лицу. Итак, Магьер жива и почти невредима, и сейчас он больше ничего не может сделать, чтобы заставить ее покинуть этот замок и этот город. Вельстил выждал до тех пор, пока не убедился, что Магьер и ее спутники ушли, и только тогда двинулся за ними вслед. Оставив волкодавов, он поднялся по южной лестнице.

Дверь, к которой вела лестница, оказалась заперта, и Вельстил затаился возле нее. Обостренное восприятие позволило ему уловить звук голосов — далеко, на широкой лестничной площадке главного яруса. Что ж, подходящего случая можно подождать и здесь. Магьер наконец покинет этот край.

ГЛАВА 16

Хеди не сводила глаз с бледного незнакомца, который стоял на четвереньках, заслоняя собой Винн. Руки его были по локоть в крови. Хеди до сих пор мутило при одном воспоминании о том, как этот человек расправился со стражником. Стараясь сдержать дрожь, она направила на него кинжал.

Это бледное лицо показалось Хеди смутно знакомым, но она так и не сумела припомнить, где его видела. Незнакомец был в добротном, изысканного покроя плаще, черты лица, искаженного хищной гримасой, тем не менее отличались правильностью. Если б он не стоял, как зверь, на четвереньках, его можно было бы назвать красавцем. Хеди красавцам не доверяла.

— Ты еще хочешь жить? — спросил он.

Этот вопрос был задан хриплым, сорванным голосом.

— Кто ты такой? — прошептала Хеди, стараясь не выказать испуга и неуверенности. — Что тебе нужно от нее?

Незнакомец глянул на Винн. Когда он опять перевел взгляд на Хеди, та похолодела. Его глаза, странно притягательные, походили на осколки льда.