Алексей Иванов - Знамя химеры

Входной клапан шатра резко открылся, впуская холодный воздух.

– Все готово, мой король! – У входа маячила широкоплечая фигура начальника моих телохранителей.

– Быстро вы управились, – удивился я: по моим подсчетам, прошло чуть более полутора часов.

– Маги подсобили маленько, – признался орк.

За плечом орка показалась хмурая физиономия Меченого:

– Ваш приказ выполнен, ваше величество, – холодно и официально отчеканил он. – Армия построена перед лагерем.

– Хорошо. Значит, самое время начинать. Подготовьте ублюдков, – кивнул я Рунку.

Орки выбрали идеальное место, соорудив деревянный помост с виселицами на небольшом холме между лагерем и крепостными стенами.

Поднявшись по приставной деревянной лестнице наверх, еще раз внимательно рассматриваю осужденных. Орки избавили их от лишних теперь оружия и доспехов, оставив лишь нательные рубахи, и полуголые мародеры, стоящие босиком на свежем деревянном настиле, выглядели особенно жалко. В их глазах я видел даже не страх, а дикий животный ужас. О, да! Теперь они сожалеют и, возможно, раскаиваются, но жалеть этот скот у меня не было ни малейшего желания. Если у тебя хватает храбрости и наглости преступить закон, то будь готов держать ответ за свои преступления. Свобода выбора есть у всех и у каждого, но за свой выбор каждый должен нести ответственность сам.

Я повернулся лицом к замершим около холма рядам солдат, построенных по отрядам.

– Посмотрите на них! – выкрикнул я, указывая рукой на осужденных. Усиленный магами голос разнесся над замершими рядами. – Они присягали мне на верность и дали клятву защищать жителей королевства как солдаты. Но они изменили присяге! Они насиловали, грабили и убивали тех, кого поклялись защищать. Делали это открыто и нагло, цинично прикрываясь моим именем. Они думали, что останутся безнаказанными. Они ошибались!

Я кивнул стражникам, сопровождавшим пленников. Орки проворно накинули петли на их шеи и туго затянули узлы.

– Сбросьте их, – приказал я.

Орки пнули приговоренных в задницы, и те слетели с помоста на несколько футов вниз; веревки натянулись, и в общей тишине очень громко прозвучал треск сломанных шей.

– Запомните накрепко! – снова крикнул я. Мой голос прозвучал неожиданно резко. – Любого из вас, носящих знаки моей армии, кто уподобится этим свиньям и причинит без моего приказа вред мужчине, женщине или ребенку, ждет та же участь. Не забывайте об этом! Разойтись!

Ряды солдат заволновались и стали расходиться.

Тени на земле привлекли мое внимание. Посмотрев вверх, замечаю несколько темных силуэтов. Слетелись, падальщики! Знают: там, где я, их всегда ждет обильная трапеза.

– Самое время заняться тем, ради чего мы сюда приехали. Приготовь Ветра. Хочу сделать осажденным предложение, которое им лучше принять. Это прозябание губительно для моей армии, надо с ним покончить.

– Сигурт не согласится сдаться, – критично покачал головой Мезамир. – Он знает, что с ним будет, если он попадет к тебе в руки.

– Он не один на этих стенах. Далеко не все его воины мечтают умереть героями.

– И как ты собираешься их убедить?

– Сейчас узнаешь, – зло усмехнулся я. – Ведь страх – это тоже оружие. Все готово, магистр? – Не дожидаясь ответа мага, привычным движением вскакиваю в седло. Надев на голову глухой шлем, направляю Ветра в сторону крепостных стен. Капитан телохранителей пытался было увязаться следом, но я отослал его обратно в лагерь. Хорошо, что Глок остался в столице королевства, – с ним бы такой фокус не прошел.

Стены были не слишком высоки, а башни давно уже нуждались в хорошем ремонте, но немало воинов со вздыбленной химерой на щитах и доспехах лягут на промерзшую землю перед ними. А когда верхушки башен окрасятся черными знаменами, на узких улочках возникнут баррикады, а дома превратятся в крепости.

Столь упорно разносимые слухи о моей кровожадности и безжалостности не могли не проникнуть за эти стены. Самое время их использовать.

Серое небо стало на несколько тонов темнее. Его северная часть была особенно мглистой и обещала скорый снегопад. Было холодно. Часовые, собравшись около немногочисленных костров, разведенных прямо на стене, занимались не столько охраной стен, сколько попытками согреться.

У сотника Бавира, дежурившего на стенах вместе со своим отрядом, было отвратительное настроение. Он на все лады клял авантюрность нового герцога. Плоды его мятежа против законного короля, в виде грозной королевской армии, не заставили себя ждать. И Бавир прекрасно понимал, что пожинать их придется простым жителям, которые о заговоре правителя не имели ни малейшего представления. Город был обречен, и спасти его теперь могло только чудо. Сам виновник произошедшего заперся в своем замке, окружив себя наемниками. Поговаривали, что последнее время герцог много пьет.

– Ну, что там? – раздраженно спросил сотник, завидев спешащего к нему наблюдателя.

– Всадник! – взволнованно сообщил стражник.

– Один? – не смог скрыть своего удивления Бавир.

– Кажись, да.

– Всадник, говорите? – С ведущей на стену лестницы раздался прекрасно знакомый Бавиру голос.- Сейчас я ему устрою!

«О, нет! Принесла нелегкая!» – скривился сотник. На стене показалась худая фигура Эстельнаэра, Верховного мага герцогства, как тот сам себя именовал. Правда, простые солдаты и маги называли его несколько иначе, и мессиру Эстельнаэру лучше было не знать, как именно. В нос ударил запах крепкого вина, которым молодой маг в последнее время часто злоупотреблял.

Маг между тем подошел к краю стены и, прежде чем сотник успел его остановить, нараспев прочитал короткое заклинание. С его рук с гудящим ревом сорвался огненный шар и стремительно понесся к всаднику. То, что произошло дальше, стало для Бавира, да и не для него одного, полной неожиданностью. Он прекрасно понимал, что неизвестного всадника сейчас защищает от стрел и заклинаний добрая половина магов королевской армии. Огненный шар должен был врезаться в магический щит, но этого не произошло. С шипением рассерженной змеи шар преодолел расстояние до всадника и взорвался в воздухе снопом ослепляющих искр, разрубленный черным лезвием меча. Гнедой жеребец нервно всхрапнул, но всадник успокаивающе похлопал его по шее и убрал меч обратно в ножны. По спине Бавира побежали предательские мурашки, и отнюдь не холодный северный ветер был тому виной. Никакие артефакты, зачарованное оружие или магическая защита не позволяли так играючи расправляться с не самым слабым заклинанием Огня.

Всадник между тем неспешно преодолел расстояние до стены и остановился. Сердце сотника предательски екнуло, когда тот поднял голову и посмотрел, казалось, прямо на него. Солнечный луч, чудом пробившийся из серого небесного марева, сверкнул, отразившись от золотого обода короны на глухом черном шлеме.