Юлия Трунина - Нимфа в камуфляже

— Остыньте, госпожа Иллия, — плеснул в меня из графина холодной водой.

В ответ я рефлекторно заехала ему в лоб лютней, чем привела в шоковое состояние всех присутствующих, включая самого Вирдириона.

— Выйдите все из комнаты, — приказал он, буквально пригвоздив взглядом меня к перилам.

— Я так полагаю, меня это не касается, — легкомысленно фыркнула я, беря несколько аккордов.

Он потер лоб и с досадой сказал:

— Сейчас все выйдут, и я скажу все, что тебя касается.

— Владыка, это обязательно? — переспросил Зоррвиэль, косясь на лютню в моих руках.

— Обязательно, обязательно, — опередила я Владыку, — семейные дела решаются в узком кругу.

Вирдирион тяжело вздохнул и махнул ошарашенной охране рукой:

— Идите, идите…

— Я вся — внимание, ваше владычество.

— Иллия, скажи мне честно, ты каждое утро составляешь план как мне досадить?

— Ты себе льстишь… В моих планах не только ты.

— И за что нам такое счастье? — закатил он глаза.

— За гордыню, — подсказала я. — Буду вашей совестью.

— Моя совесть не хамит старшим и не поет срамные песни.

— А ты прислушайся, — я подошла к нему и коснулась пальцем его груди там, где сердце, — Вот здесь послушай. Чего ты действительно хочешь?

Вирдирион отвел мою руку.

— Мы не животные, чтобы совершать то, что подсказывают инстинкты, есть определенные условности…

— А ты наплюй! Легче станет.

— Уверена?

— Абсолютно.

Он наклонился и пристально посмотрел мне в глаза, долго… проникновенно. У меня мгновенно пересохло в горле. А он наклонился еще ближе и…

— Нет, это за извращение сойти может, — твердо сказал Вирдирион отстраняясь.

— Что? — выговорила с третий попытки.

— Воспитательные средства. Мне хочется перекинуть тебя через колено и всыпать, как следует пониже спины, чтоб не дурила.

— До чего же у эльфов убогая фантазия! — обиженно отозвалась я и ушла, ощущая некий дискомфорт, что последнее слово осталось не за мной.

После обеда ко мне заглянула госпожа Хитоми, которой немедленно было рассказано про гадов-эльфов, обижающих девушек. Правда, как обижают, было замолчано. Та сочувственно покачала головой и посоветовала все взять в свои руки. Я с ней было согласна, но понятия не имела с чего начать. Та хитро улыбнулась и сказала, что постарается помочь.

Спустя пятнадцать минут после этого ко мне пришла одна из служанок — пексинок и протянула коробку, сказав:

— Госпоса Хисоми посовесовала вам насять с эсого.

После ее ухода я открыла подарок и поначалу удивленно посмотрела на пустое дно. Потом слегка изменила угол зрения и увидела бледно-золотистые нити. Я поставила коробку на столик и извлекла тончайшую ночную сорочку. Да, в такой точно жарко не будет!… Интересно, на что намекала Хитоми?… Думаете на это?… Не-э-э, моей наглости на такое не хватит!

Ближе к ночи я опять вышла освежиться в сад, и пошла к уже знакомому фонтану. Не знаю зачем, но раз меня бесит эльфийское общество, пообщаюсь с лошадью. Мне чудилось, что единорог уже там, скрывается за деревьями, но лишь с моим появлением вышел к фонтану.

Конечно, мне бы хотелось, что бы тот привык ко мне и стал моим, но знания по зооведенью разбивали всю надежду. Единорог никогда не будет ходить под седлом, это дикое создание, его не приручить, доказано столетними опытами. Можно просто взять его в замок, как украшение, в конце концов, от бабушкиных кошек тоже нет пользы. Но опять-таки сомневаюсь, что смогу его так привязать, да и проблем с Фрэйем не оберемся. Но был и еще один момент, который вызывал у меня тревогу — наша первая встреча и его внешний вид… Как бы над ним там не колдовали, это уже необыкновенный единорог, мутация уже была и не известно как она пойдет дальше. Впрочем, сейчас он никакой агрессии не проявлял, мирно пасясь около фонтана, но и не приближаясь ко мне ближе, чем на локоть.

Наша идиллия была очень грубо нарушена, когда прямо из-за куста вылетел взъерошенный Эрвиан. Я обреченно вздохнула, понимая, что сейчас вероятно будет какая-то очередная разборка. Единорог заржал и, махнув хвостом, скрылся в темноте. Мне стало жаль, что не могу также сбежать. На сегодня с меня эмоций хватит.

— От тебя всегда одни проблемы!…- хрипло выкрикнул он, покачиваясь.

— Ты что, пьяный?!- ахнула я.

— Рад бы, но ты все как всегда поломала…

— Что?!…

Где-то рядом раздалось надрывное ржание.

— Изумитель?!… Что-то там случилось!…

— Да что б всех!…- с отчаяньем сказал эльф. — Он напоролся на отряд!

— Какой отряд?!…- начала, было, я и тут заметила, что у Эрвиана потрепанный вид и кровоподтек на скуле и бросилась в сторону, откуда доносилось ржание.

— Стой, дура!…- услышала я за спиной. — Окончательно все испортишь!…

Да идите вы со своими интригами!… Как всегда придумали какой-то план, в который «глупую» женщину, естественно, решено было не посвящать.

Я выскочила на освещенную лужайку перед входом в особняк. По ней метался единорог, стараясь проскочить между эльфов с копьями. Не думаю, что пришедшие хотели его поймать или убить, скорее всего, им также нужно было, чтобы животное как можно быстрей исчезло с их пути. Тут одному из чужаков пришла в голову «блестящая» мысль замахнуться на единорога копьем. Испуганный жеребец взвизгнул, отскакивая назад, и вдруг… забился в судорогах.

— Назад!…- Эрвиан вырос у меня за спиной и, обхватив за талию, втащил в тень деревьев.

Я была так поражена развивающимся действом, что даже не заехала ему по уху за наглость. Там, в лаборатории, мне уже приходилось наблюдать подобное, только тогда процесс протекал наоборот. Мышцы ходили под шкурой буграми, кости выдвигались и переставлялись. Единорог вытянул вперед шею и вновь заржал, на морде вздулись вены, из-за рта пошла пена и слюной закапала в траву, он слегка вскинул голову и ржание перешло в утробное рычание. Я слышала, хоть и находилась довольно далеко, его тяжелое дыхание, которое вместе с хриплыми гортанными звуками вырывалось из глотки. Эльфы стали отступать, что-то испуганно шепча и вычерчивая перед собой в воздухе круг в круге, священный знак Та'алиссы. Единорог мягко, припадая на передние ноги, пошел за ними. Все тот же копейщик сделал еще одну попытку атаковать. Единорог уклонился, а потом прыгнул на обидчика, подмяв того под себя и вцепляясь в бедолагу зубами.

— Что с ним?!- ахнул рядом Эрвиан.

— Думаю, что это такая форма самозащиты, — растерянно ответила я.

Единорог поднял окровавленную морду и зарычал, остальные эльфы бросились со всех ног прочь от воплощения ночного кошмара.