Александр Гейман - Рулетка колдуна

— Хм! Но для этого надо принести всю магнитную гору! — возразил Грогга.

— Даже обе, — добавил Мигга Ди. — Чтобы поймать живые железяки между ними. Кто же на это способен?

— Мы! — выдохнул Келин. — По крайней мере, одну такую гору из вашего Унгурья мы, кто остался живой из великанов, сможем доставить!

Все переглянулись — получалось, задача и впрямь поддавалась решению.

— Ну, а вторую гору? — спросил король Бойтур. — Кто доставит сюда ее?

— Я! — прогремел Дэмдэм Кра. — Я берусь сходить за ней в Семилен и к следующему утру притащить её сюда.

— Дэмдэм, — осторожно заговорил Вианор, — ты, один, хочешь за две ночи и один день достичь горы Татун и принести ее? Но ведь тебе это будет сто…

— Вианор, это мое дело! — перебил Большой Дэм. — Да может быть, роду Кра впервые за сотни лет представился случай сделать что-то, по-настоящему важное! Может быть, единственно для этого и надумал некогда магистр Гладион повенчаться с колодой-зубрихой! Да-с, благородные сеньоры, я сегодня же отправлюсь в Семилен и завтра к утру гора будет здесь. Тикей, объясни мне, куда идти.

— Позвольте и второй женщине на этом совете сказать слово, — промолвила королева Милена. — Принести сюда горы — это ещё не все. Ведь эти страшилища Хорбирута — не просто железо, это живое железо.

— Поясни, Милена, — попросил Веселин. — Что отсюда следует?

— Следует то, король Веселин, — объяснил Соколан, волхв из Людены, — что потребуется ещё толика волшебства.

— Весьма внушительная толика, — согласились Вианор и Тикей Йор.

— Зачем?

— Затем, — отвечала Милена, — что дело несколько сложнее. Надо не просто заманить железных солдат меж этих двух гор, а затем привести в действие их силу. Надо ещё уговорить жизнь в этом железе, чтобы она устремилась вслед за ним, а после покинула эту кучу доспехов и ушла в эти две горы.

— Милена молвила правдивое слово, — подтвердил шаман Цуйчи. — Я иногда вожусь с железом — Цуйчи был и кузнецом — и знаю это.

— Господа маги, кто-то может сделать то, что сказала королева Милена? — вопросил Бойтур.

— Да, король Бойтур, — отвечал Туник Ра и поднялся с места. — Я сделаю это. И я пойду вместе с тобой, Дэмдэм, в Семилен и помогу, сколько сумею. Мы управимся в обещанный срок, хорошо бы и великаны успели к следующему утру.

— Мы уже отправляемся, — сообщил Келин, отодвигая голову от окна и вставая на ноги.

— Мы тоже, — заявил Дэмдэм Кра. — Пойдем, Туник.

Совет проводил героев взглядами в полном молчании. Все понимали, что этот подвиг может стоить им многого. И тут вновь заговорила матушка Станна.

— А теперь судари мои, не взыщите, мне надлежит исполнить родительский долг. Эй, Грогга, Мигга! — держите его!

— Пустите! Пустите меня! — завопил Стагга Бу, пытаясь вырваться из захвата двух своих сородичей. — Барон Кра, вернись! Убивают!

Матушка Стагги меж тем подступила к нему с весьма решительным видом с розгой в руке — эту розгу она припасла заранее. К восторгу присутствующих, она приступила к делу.

— Крепче его держите! Это за то, что без спросу сбежал из дома! Это за то, что за два года не дал о себе ни единой вести! А это за то, что честная девушка до сих пор понапрасну ждет ответа на свое письмо!

— Ой! Ой-ой! Больно же! Пустите меня! — извивался несчастный Стагга. — Ваши величества! король Бойтур! Велите прекратить это! Я помог вашему сыну вырваться от Уорфа, ну, скажите же ей! Браннбог! Вианор!

— Постойте, постойте, сударыня Станна! — попросил Бойтур. — Кажется, ваш сын что-то знает о Грэме.

— Он врет, как всегда! — сурово отозвалась Станна Бу.

— Нет! — возмущенно заорал гном. — Ой! Нет! Не вру!

— Ну, говори, — велела грозная мать-командирша, приостановив экзекуцию.

— Это было две недели назад, ещё в Ардии, — начал Стагга и вдруг всхлипнул. — Я записывал кое-что в летопись. Вдруг прямо в стене открылась дыра, как окно. За ним стоял Уорф и виднелось какое-то подземелье. Уорф хотел захватить Грэма, но я плеснул этому мерзавцу чернилами в глаза, и Грэм ушел, вот!

— Ты опять врешь? — недоверчиво спросила матушка Бу.

— Нет, сударыня Станна, — мягко произнес Вианор. — Ваш сын говорит чистую правду. Он действительно очень помог Грэму.

— Только ради благородного принца Грэма прощаю тебя, — приговорила Станна Бу. — Ах, ваше величество, — она обратилась к Бойтуру, — мы до сих пор вспоминаем в Чеквиле его бесподобную учтивость и рыцарское обхождение!

— Да, да, матушка Бу, — вы мне рассказывали, — отозвался Бойтур, с очевидным удовольствием выслушав эту похвалу.

Меж тем выпоротый Стагга, красный, как помидор, поправил одежду, оглядел всех сердитыми глазами — и вдруг заревел белугой. Невозможно было удержаться — смеялись даже ольски.

А к Бойтуру подошли Веселин и Милена.

— Я полагал, Миранна придет с тобой, Бойтур, — заметил Веселин.

— Я тоже так полагал, но она сказала, что ей нужно в Кардос, к магистру Аррето.

— В Кардос? — Милена и Веселин обменялись взглядами. — Все понятно, значит, и Нимарра там.

— Разве она не в Ардии?

— Скорей всего, нет, — отвечала Милена. — Наверное, она у Данар вместе с Энитой. Что ж, когда-нибудь это время должно было наступить. Здесь, под Ардосом, мы встретим уже одну дочь — Маринну.

— Что значит иметь жену и дочь магов, а, Бойтур, — вздохнул король Веселин.

— Ну вот, милая мама, — проговорила Тинция, нежно целуя дону Лоэнью, — мы наконец-то в нашем доме, и ты совсем, совсем поправилась! Самое страшное позади.

— Дай-то Астиаль, — вздохнула Лоэнья. — Ясина говорила мне…

— Что?

— Да нет, ничего. Просто впереди война с Сэпиром и новая разлука. Твой отец выезжает уже завтра.

Дамы разговаривали, поглядывая на улицу из окна городского особняка семейства Перуджион — дона Лоэнья не захотела поселиться в магистерском дворце в Кардороне, здесь было уютней и милей и легче выносить предстоящую разлуку. О ней-то и думали теперь мать и дочь.

— За год я всего четыре раза видела Данчи, — вздохнула Тинция. — И папа лишь две недели погостил у нас в Ярохолме. А бедный братец Дуанти — когда-то я его увижу!

— Ничего, ничего, он вернется — Ясина предрекла это, — успокоила дочь дона Лоэнья. — Ты ещё вдоволь наговоришься и с отцом, и с братом, и с Данчи.

Ясина, по просьбе князя Владигора, приглядывала за Лоэнией, помогая ей оправиться после десяти лет обморочного сна. Ведунья врачевала её и много беседовала с ней, поверяя иногда кое-что из тех тайностей, что известны магам, читающим будущее. Да Лоэнья и сама столько времени провела в царстве теней, что успела бросить взор во многое и разное, о чем она никогда не говорила с дочерью. Но с Ясиной они могли беседовать откровенно. Тинции казалось, что мать все время что-то скрывает от неё — что-то печальное, но мать отговаривалась какой-нибудь обычной причиной. Ведь и правда, Дуанти странствовал в каких-то неизвестных далях, в плену у Уорфа, а дон Аррето подвергался опасности на войне. Вот и теперь ему предстояло с несколькими отрядами присоединиться к рати Кардоса, уже бьющейся под Атланом.