Фиона Макинтош - Кровь и память

— Но можно ли доверять этим сведениям, ваше величество? — с легким раздражением в голосе задал вопрос лорд Воган.

Валентина не стала обращать внимания на его тон и бросила взгляд на Элспит, которая втайне надеялась, что ей не придется принимать участия в собрании. Девушка набрала полную грудь воздуха и постаралась придать своему голосу твердость.

— Господа, мне довелось побывать в Риттилуорте сразу после того, как оттуда скрылись головорезы, учинившие зверскую расправу над монахами. Я своими глазами видела, что оставили после себя налетчики, видела мучения их беспомощных жертв. Я успела услышать последние слова умирающего настоятеля монастыря. Он висел на дымящемся кресте и еле шевелил губами. — Элспит с удовлетворением отметила про себя, что многие из присутствующих нахмурили лбы. — Его слова было трудно разобрать, но он успел подтвердить, что налет на монастырь совершили люди короля, которые искали Илену Тирск. Они непременно убили бы ее, если бы нашли.

— Похоже, что король не осмелился поручить это дело легиону, которой в большинстве своем остается верен роду Тирсков. Поэтому он направил по следу Илены Тирск наемных убийц, — подхватила рассказ Элспит королева. — Похоже, что Илене снова удалось спастись, и на сей раз ей помог в этом некий Аремис Фарроу из Гренадина. Аристократическая семья, давшая ей приют, зверски убита.

Перехватив взгляд Валентины, рассказ продолжил Крис.

— Мой младший брат Элид головой поплатился за то, что взял в жены Илену Тирск. Остальные мои родственники убиты за то, что предложили ей кров. Все это — дело рук безумного короля, — произнес Крис, и его глаза вспыхнули ненавистью.

По залу прокатились возмущенные возгласы; канцлер Крелль бросил умоляющий взгляд на королеву.

— Прошу вас, господа, успокойтесь! — подняла руку Валентина. — Давайте выпьем вина и немного успокоимся.

Ее призыв к спокойствию не возымел особого успеха, но по крайней мере упрочил желание большинства выслушать королеву до конца. Валентина сделал знак Креллю, и тот протянул ей свиток.

— Это послание было сегодня доставлено из Моргравии. В нем содержится недвусмысленное предложение короля Селимуса. Он желает, чтобы я стала его женой. Назначена дата бракосочетания — последний день весны.

Зал всколыхнулся радостными восклицаниями, от которых Валентине в буквальном смысле сделалось тошно.

— В этом письме содержится предупреждение об угрозе нападения на нашу страну со стороны короля Кайлеха, властителя Горного Королевства.

— Объединившись, Бриавель и Моргравия станут сильнее, ваше величество. Селимус прав, — заявил один из присутствующих. Будучи жителем северной провинции, он более остро ощущал исходящую от Кайлеха угрозу.

Королева неохотно кивнула в знак согласия.

— Далее король Селимус пишет, что у него есть доказательства того, что семья Доналов из Фелроти была убита воинами Кайлеха.

Крис, дрожа от ярости, шагнул вперед.

— Это ложь! — прорычал он. Элспит схватила его за руку, пытаясь остановить, но он поспешил высвободиться. — Кайлех слишком умен, чтобы рисковать своими людьми. Ему проще дождаться той минуты, когда Моргравия и Бриавель вцепятся друг в друга, как дикие звери. Неужели вам это непонятно? Король горцев никогда не осмеливался ступить на землю Фелроти. Наши воины сразу бы узнали о передвижении его войск в восточном направлении. Нас известил бы любой наш передовой дозор. Северная граница, укрепленная моим отцом, охраняется надежно. Прошу вас верить мне — измышления Селимуса рассчитаны на то, чтобы внести смуту в умы жителей Бриавеля, отвести от себя все подозрения и добиться руки ее величества королевы Валентины.

Королева кивнула — Крис, можно сказать, озвучил ее собственные мысли. Оглядев собравшихся, она попыталась угадать настроение большинства.

— Господа, Уил Тирск предупреждал меня о зловещих намерениях короля Селимуса еще тогда, когда привез моему отцу предложение короля Моргравии о брачном союзе. По словам Уила, Селимус не столько заинтересован в мире между нашими государствами, сколько желает заполучить наши богатые земли. Я убеждена, он лелеет мечту властвовать над нами, поправ нашу гордость, нашу независимость. Ему не дает покоя мысль о строительстве империи. Разве вы забыли о том, какую ужасную смерть встретил мой отец, король Валор? Это было сделано намеренно. Враг задумал обескровить нас, ввергнуть в пучину отчаяния, чтобы мы все начали страстно желать мира, причем любой ценой.

Валентина надеялась, что, упомянув имя отца, сумеет найти поддержку в сердцах присутствующих, однако все отворачивались, стараясь избежать ее взгляда. Было видно, что гости колеблются.

— Мы не должны отказываться от будущего мира, ваше величество, — вкрадчиво произнес не первой молодости представитель одного из древнейших дворянских кланов Бриавеля. Сердце Валентины упало; нет, судя по всему, избежать брака с королем Моргравии ей не удастся. Эти люди, которых она сегодня собрала во дворце, готовы согласиться на правление беспощадного узурпатора, лишь бы их любимые сыновья не умирали в очередной бессмысленной войне, подумала королева, чувствуя, как на ее глаза наворачиваются слезы отчаяния. Что же делать? Разве смеет она винить их в желании избежать очередного кровопролития? Отец ценой собственной жизни спас ей жизнь. Ради нее погиб Уил Тирск. Ради чего собравшиеся в зале дворяне должны рисковать жизнью своих сыновей? Ее брак с Селимусом принесет в страну мир, о котором давно мечтают ее подданные, и процветание их семьям. Стоит ли их осуждать за то, что ради собственного благополучия они готовы отдать свою королеву и страну под власть нового императора?

От таких мыслей ей сделалось не по себе.

— Так, значит, мир любой ценой, господа? — спросила Валентина, обращаясь ко всем присутствующим, обводя каждого строгим взглядом холодных голубых глаз. — Неужели за это сражались вы долгие годы? Неужели во имя позорного мира отдавали жизнь ваши отцы и деды? Разве в это учил меня верить мой отец? Неужели я должна выйти замуж ради унизительного мира? Поступиться гордостью и славным прошлым Бриавеля?

Валентина произносила эти полные страсти слова, чувствуя, как гулко стучит в груди ее сердце. Судя по тому, как присутствующие заерзали на стульях, ей удалось задеть их за живое. Еще бы, ведь она обвинила их в малодушии!

Однако от лица остальных заговорил лорд Воган.

— Нам нужны более веские доказательства, ваше величество! — громко произнес он на фоне внезапно установившейся тишины.

— Какие доказательства, господа, смогут вас полностью удовлетворить? — резким тоном осведомилась королева.