Стивен Эриксон - Мечи и темная магия

— Да, необходимо уведомить ночной персонал. Я вернусь, чтобы лично сопровождать их. Мне понадобится несколько часов. — И он указал на свой левый глаз, закрытый и невероятно распухший. — Я буду в лазарете.

— Конечно. А…

— В самом деле, — вздохнул Молнар. — Вы не против сами уладить этот момент, если…

— Да, — согласилась Астриза. — Не волнуйтесь, профессор, я обо всем позабочусь.

— Мы уходим все вместе? — спросила Иветта.

— Мне еще нужно захватить мое запоминающее устройство, — ответил Казимир, указывая на стеклянную нишу, в которой находился главный центр каталога заклинаний. — И конечно, хотелось бы взглянуть, что там получилось. Так что не стоит меня ждать, встретимся позже.

— Тогда до встречи, — ответил Лев, и он вместе с Иветтой покинул каталог Мантикора.

— Ну что ж, дорогие мои, сегодня вы показали себя смелыми, бесстрашными и даже порой самонадеянными, — сказал Молнар. Ласло показалось, что он выглядит намного старше своих лет, старым и бесконечно уставшим. — Я искренне надеюсь, что… в поступках каждого из вас смелость и мудрость всегда будут идти рука об руку.

— Спасибо, профессор Молнар, — поблагодарил Казимир. — Вы очень добры.

Казалось, прошла вечность, прежде чем Молнар кивнул в ответ, после чего он решительно развернулся и вышел из комнаты вслед за Львом и Иветтой.

— Ты хочешь подождать меня, Лас? — Казимир стянул окровавленные перчатки и стоял, нервно потирая руки. — Правда не стоит.

— Все в порядке, — уверил его Ласло, сгорая от любопытства узнать хоть что-нибудь о магической призме Казимира. — Мне несложно побыть дурнопахнущей массой несколько лишних минут.

— Как знаешь.

Пока Казимир крутил в руках свой белый кристалл, тщательно рассматривая и изучая его, Астриза с помощью магии создавала какие-то документы из огненных букв, плавающих перед ней в воздухе.

— Вы, двое, берите поскорее, что вам нужно, — рассеянно проговорила она. — У меня куча работы с документацией, все нужно привести в порядок.

Казимир достал из-за пояса мешочек, вынул из него маленький контейнер с жирной белой краской и начал быстро рисовать какие-то символы на полу перед пульсирующей стеклянной колонной. Ласло узнал некоторые из них: сочетания отражающих и фокусирующих символов, которые любой первокурсник мог использовать, чтобы удержать или перенаправить магическую энергию. Но эти символы были намного сложнее, подобно тому как и музыкант-любитель может воспроизвести некую комбинацию звуков, но только композитору дано создать из них великое произведение. По сравнению с Ласло Казимир и был таким маэстро.

— Каз, — обратился к другу Ласло, — что конкретно ты делаешь?

— Заканчиваю свое обучение в университете немного раньше срока.

Казимир наконец закончил рисунок, превратившийся в решетку тайных символов, настолько хитро переплетенных, что Ласло чуть глаза не вывихнул, пытаясь понять их. Завершающим штрихом Казимир нарисовал вокруг себя простой белый круг — традиционно бывший основой любой магической защиты.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Прости, Ласло. Ты был хорошим соседом по комнате. Мне бы действительно хотелось, чтобы ты просто ушел с остальными.

Казимир грустно улыбнулся ему, и что-то новое и чуждое появилось в его поведении — снисходительность. Он всегда был высокомерным и самоуверенным, но, боги, он никогда не смотрел на Ласло так, с жалостью, будто тот был домашним любимцем, которого собирались выбросить из дому.

— Каз, это не смешно.

— Если бы ты был более восприимчивым, я думаю, ты бы все уже понял. Но я прекрасно знаю, ты не можешь чувствовать, как я. Вот Иветта почувствовала это. Но она такая же, как и все остальные, — следует правилам, которые вы сами себе предписываете, пытаясь выставить робость добродетелью.

— Почувствовать что?…

— Волшебство этого места. Потоки. Черт, океан энергии, волнующийся в течение тысяч лет, набрасывающийся на всех подряд, подобно тупому животному. И все, что они могут сделать с этим, — сдерживать его мощь, надеясь, что оно не причинит им вреда. Ему необходима руководящая сила, Ласло! Оно нуждается в разуме, который бы покорил его, управлял им, направил его силу в нужное русло.

— Ты шутишь? — У Ласло внезапно пересохло во рту. — Это новая шутка на последней неделе экзаменов. Каз, скажи, что ты пошутил.

— Нет. — Казимир указал на стеклянную колонну. — Все, что необходимо, уже там. Будь ты чуть более честолюбив, наверняка бы заметил во вводных материалах скрытые подсказки. Главный каталог заклинаний подобен нервной системе: тонкими невидимыми нитями опутывают они все, проникая в самую глубь, и в свою очередь их можно использовать для распространения информации. Я собираюсь покорить это место, Лас. Подчинить своей воле и сделать из него нечто новое.

— Оно убьет тебя!

— Конечно, оно может одержать победу. — Казимир ухмыльнулся, обнажив зубы. И эта усмешка была такая же хищная, как у любого из поглотителей слов, которые пытались сожрать его менее часа назад. — Но что меня ждет? Я закончу университет одним из лучших, вернусь к своему народу — и что потом? Сражаться с демонами, писать книги, стать советником министра? К черту все это. В конечном итоге я останусь никем. Но если мне удастся поработить этот океан энергии, начать управлять им, это даст мне такую власть, какую не заработать и за десять тысяч лет сознательного рабства.

— Кандидат Врана, — окликнула его Астриза. Она подошла и встала сзади Ласло так тихо, что никто не заметил ее приближения. — Казимир, что-то случилось?

— Напротив, библиотекарь Мезарос. Все прекрасно, как никогда.

— Казимир, — сказала она, — я слышала все, что ты говорил. И настоятельно прошу тебя еще раз взвесить все за и против, прежде чем…

— Прежде чем что? Прежде чем я сделаю то, что вы, люди, должны были сделать тысячи лет назад, когда это место только вышло из повиновения? Отойдите, библиотекарь, или я уничтожу вас прежде, чем ваши заклинания коснутся меня. Не будьте так пессимистично настроены… сколько всего интересного ожидает нас, когда я наконец завершу начатое. Университет и я должны прийти… к какому-то соглашению.

— А как насчет меня, Каз? — Ласло отбросил в сторону свой изодранный плащ и положил руку на рукоять меча. — Меня бы ты тоже убил?

— Интересный вопрос, Ласло. Ты что, действительно мог бы наброситься на меня с этой штукой?

— Пять лет! Я думал, мы друзья! — Ласло затрясло от ярости, все поплыло перед глазами, и меч превратился в бесформенное серебряное пятно.