Светлана Нергина - По закону перелетных птиц

– Я попробую, – сказала Лерга. – Гарантировать не могу, но ведь сам говорил, что вообще сидеть и ждать у моря погоды – еще хуже, правда?

– Правда, – вздохнул Григ. – Ладно, давай хоть пометим как-нибудь этот узел, чтоб второй раз искать не пришлось… Как ты их, кстати, ищешь?

– Просто это наиболее энергетически сильные точки в саду, – пожала плечами Лерга. – Пари держу, что возле той приснопамятной березы тоже есть узел, ведь недаром же нас обоих туда выбросило после телепортации. Магия тянет магию, как плюс тянет минус.

– Резонно, – легко согласился Григ. – Давай я пойду проверю, а ты пока попробуешь третий узел выцепить, идет?

– Идет, – рассеянно кивнула Лерга.

Зеленые глаза остекленели, а пальцы снова слепо шарили в воздухе, пытаясь поймать, уловить, закогтить тоненькую пульсирующую ниточку связи одного узла с другим. Григ с трудом оторвал зачарованный взгляд от бездумных, интуитивных, но привораживающих движений тонких нервных пальцев Лерги и пошел к невысокой березке в двадцати шагах от малинового куста.

Энергетический узел там действительно оказался, причем он, пожалуй, был на порядок сильнее и предыдущего, и третьего, после долгих усилий отысканного Лергой. Вот вам и ответ, почему в качестве портала магии глянулась именно эта часть сада, оттягивающая на себя магию, как чрезмерно наглый супруг одеяло.

– И что теперь? – с сомнением спросил Григ, втыкая две перекрещенные ветки в землю, чтобы пометить место наибольшей концентрации силы.

– Теперь? Теперь надо считать, – вздохнула Лерга, взглядом измеряя расстояние от одной вехи до двух других.

– Это очень сложно?

– Ну… Не могу так навскидку сказать, – пожала плечами дисцития. – Здесь есть свои плюсы, а есть и ми-и-нусы…

– Вторых, как слышу, больше, – усмехнулся Григ. – Так что начни лучше с плюсов.

– Из хорошего: я довольно отчетливо помню формулу, и все три наши точки находятся в пределах видимости, что облегчает задачу построения.

– А из плохого? – осторожно осведомился дисцитий.

– Из плохого – расстояние между узлами большое, причем треугольник получается не просто не равносторонний, но даже и не равнобедренный, – все тем же дежурным тоном ответила Лерга. – То есть бешеные энергопотери нам обеспечены.

– А вывод?

– А вывод прост и незатейлив – сгинь куда-нибудь минут на десять и не мешай, сама собьюсь, без посторонней помощи.

Григ даже не стал язвить в ответ, а молча пожал правым плечом и послушно отошел к полюбившейся еще в прошлый раз яблоньке, оперся спиной о ствол и прикрыл глаза, предоставляя ветру свободу обдувать лицо. А заодно и выдувать из изнуренной духотой и зельями головы мрачные мысли о стащенной таки и прочитанной в отсутствие Лерги книге, которая в конце главы о мьердоне предлагала наглядную таблицу степени повреждения и сроков, в течение которых оное повреждение еще совместимо с жизнью. Согласно фолианту, если они с Лергой не пробьют блоки сегодня, завтра, послезавтра, то дальше Григу можно уже и не беспокоиться, ибо счет пойдет на часы…

Высчитывала и соизмеряла Лерга долго. Цена ошибки была если и не чрезмерно высока, но все же достаточна, чтобы потратить лишние пятнадцать минут на расчеты, а не целые сутки на ожидание, пока восполнится аура и можно будет осуществить вторую попытку.

– Эй, я всё! – Вид при этом у дисцитии был какой-то виноватый.

– Что, не вышло? – приподнял бровь Григ.

– Нет, почему? – смешалась ведьма. – Получилось, просто…

– Что?

– Ничего. Ничего хорошего…

– Лерга, говори уже, не тяни! – не выдержал Григ. – Это еще кто кому нервы треплет!

– Я не тяну… Я думаю, что нам с тобой теперь делать. Просто на каждый луч надо уйму энергии, – неохотно призналась дисцития.

– Уйму – это сколько? – уточнил Григ. – Ауры под семнадцать световых[17] хватит?

– Хватит пятнадцати, – мрачно отозвалась Лерга. – Но лично для меня это семь восьмых всего запаса. То есть если нам после этого потребуется магия, то мы будем беспомощны, как котята.

– Ну вот «после этого» и подумаем! – с мужской беспечностью махнул рукой Григ. – Лерга, брось придумывать на свою голову проблемы, которых нет.

– Но в перспективе могут появиться, – веско заметила Лерга.

– А могут и не появиться, – оптимистично возразил Григ. – Да и потом, разве у нас есть другие варианты?

– Нет, – тяжело вздохнула Лерга. – Ладно, тогда смотри.

Григ посмотрел на подсунутый под нос листок, исчерканный вдоль и поперек векторами, формулами, черновыми расчетами и прочей мурой.

– Куда конкретно смотреть? – осторожно поинтересовался он в конце концов, так и не придя к нужному выводу самостоятельно.

– Там в рамке обведено.

– Э-э-э… Лерга, а ты мне попроще это как-нибудь объяснить не можешь? – попросил Григ. – У меня голова после твоего зелья, признаться, словно чугунная, ни черта не соображает.

Дисцития принялась было увлеченно давать какие-то пояснения к написанному, но, наблюдая за его лицом, довольно быстро поняла, что это ему ничуть не интересно, и безнадежно махнула рукой:

– Ладно, просто вставай вон туда, перед… нет, все же лучше – за кирпичной клумбой.

Григ послушно развернулся и сделал несколько шагов, чтобы оказаться по другую сторону начерно размеченной осколками кирпича на будущий год клумбой.

– Здесь?

– Да, стой, не двигайся, – кивнула Лерга, отходя подальше и вставая возле какого-то колючего стелющегося куста. (В ботанике Григ был не силен, если дело не касалось компонентов ядов, но куст вяло ассоциировался у него с нелюбимым с детства крыжовником.) – Та-а-ак… А теперь видишь вон тот белесый стебель лебеды? Рядом с тропинкой.

– Вижу, – с сомнением отозвался Григ. Слово «лебеда» ему ничего не говорило. Утешало одно: возле тропинки торчал, мозоля глаз, только один стебель, так что ошибиться было трудно. Хотя тропинок-то тоже много…

– Вот и отлично, – кивнула Лерга, игнорируя проскользнувшие в его голосе неуверенные нотки. – На счет «три» бьешь по нему обычным энергетическим лучом в пятнадцать световых, понял?

– А скорость?

– Ну… вообще-то не принципиально… Давай третью, наверное…

– Хорошо.

– Тогда поехали, – преувеличенно жизнерадостно скомандовала Лерга. – Один, два… три!

Два тонких, как рапиры, и таких же смертоносных в своей разрушительной мощи луча – золотой и белесо-серебристый – яростно рванулись друг к другу, взвизгнули высверком огненных искр при встрече и сплелись клубком ядовито шипящих кобр, чтобы через несколько мгновений разлететься тремя острыми осколками…