Леонид Бутяков - Владигор

А черная сеть продолжала трещать и рваться, словно сам великан Ладорий, восстав из мертвых, раздирал ее на клочки…

Аресу нестерпимо хотелось обратиться за помощью к своему Господину. Но разве мог он удалиться в колдовскую обитель, когда в разгаре битва у крепостных ворот? Бездарному и вконец опустившемуся Климоге ничего нельзя доверить. За последнее время он полностью утратил способность к самостоятельным действиям, без указки «любимого советника» шагу не ступит. Поэтому пришлось с утра запереть его в княжеских палатах: пусть себе медовуху лакает и предается мечтаниям о сладостной ночи с Любавой, лишь бы под ногами не путался!

И на сотника Дигура, заменившего убитого в слободке Кугдиса (вот надежный воевода был!), уповать в этом деле нельзя. Борейцы не признают его командиром, считают трусом и лизоблюдом. Они правы, конечно, другого нужно было сотником назначать, да сейчас-то что делать?

Одно остается — поскорее разбить бунтующих смердов, хотя бы от главных ворот отбросить, а затем уж в обитель спешить. Господина звать на подмогу-

Колдун вдруг сообразил, что, погрузившись в тяжкие раздумья, он совершенно перестал командовать боем. Латники давно ждут приказа, а княжий советник почему-то молчит, уставясь в трещинку на каменной стене.

Арес тряхнул головой, прогоняя обрывки беспокойных мыслей, и торопливо рявкнул:

— Чего ждете? Кидай!

Уверенный в беспрекословном выполнении своего приказа, он тут же произнес заклинание, вызывающее огонь внутри «снарядов». Он не видел, что самый крайний из латников, сраженный синегорской стрелой, упал на колени и выронил бочонок на пол. Два взрыва прогремели одновременно — над головами мятежников и под ногами борейцев!

Все, кто находился на верхней площадке Надвратной башни, были мгновенно иссечены железом и ядовитыми зубами нечисти. Они даже не успели понять, что случилось, — смерть была нелепой и быстрой.

И только Черный колдун, перед началом сражения создавший вокруг себя невидимый защитный кокон, почти не пострадал. Его лишь отбросило к стене, сильно ударив о камни и обрызгав чужой кровью…

Придя в сознание, он увидел склонившееся над ним лицо перепуганного сотника Дигура. Тот что-то говорил, беззвучно, как рыба, разевая рот. Наконец звуки стали проникать сквозь плотную пелену звенящей пустоты, и Арес смог разобрать слова борейца:

— Измена в крепости!.. Дружинники напали сзади… Сейчас ворота…

Арес глухо застонал от ярости. Как смогли они выйти на волю? И куда стража смотрела?! Ну все, хватит цацкаться с ладорскими ублюдками. Дружинники, смерды, купчишки, подмастерья, старики, бабы, девки — все они одного поля ягоды, всех давно пора под корень рубить!

— Трубача на площадь! — взревел колдун.— Пусть немедленно трубит общий сбор. Давить, резать, душить без всякой пощады! — Он посмотрел на трясущегося Дигура и добавил уже спокойнее:

— Не дрожи, вояка. Дружинников едва ли сотня наберется, твоих борейцев впятеро больше. Главное, не теряй времени и не слюнтяйничай. Быстро управишься — воеводой сделаю, промедлишь — посажу на кол. Действуй!

Звуки борейской трубы Владигор услышал, когда до Перечных ворот было уже рукой подать. Похоже, и Устин не соврал, и Зуй не подвел — вызволили дружинников! Теперь бы только ему самому не оплошать…

После того как Чуча обрушил каменный свод и повернул ручей в новое русло, пришлось-таки во дворце задержаться немного: борейцы, встревоженные подземным толчком, гурьбой высыпали на княжеский двор. Хорошо еще, что Кудлатый Зуй успел чуть раньше проскочить со своими людьми. А вот Владигор едва не нарвался.

Осторожно поглядывая в окно, ждал, когда они уберутся восвояси. Поэтому и к Перечным воротам вывел свой маленький отряд с опозданием. Теперь снова приходится ждать — забеспокоились стражники, услышав сигнал общего сбора, замельтешили на узкой улочке, не зная, кому на площадь бежать, кому здесь оставаться.

Владигор и полтора десятка его бойцов притаились в гончарной лавке, седовласый хозяин которой, увидев их на заднем дворе, сперва опешил, а затем без лишних вопросов впустил в дом. Еще ближе к воротам скрытно подойти уже не получится — старик предупредил, что следующие дома Климога отдал на постой борейцам.

Охраняли Поречные ворота, как правило, человек двадцать. Когда мятежное войско подошло к Ладору, стража была удвоена, а сколько сейчас в карауле и в ближних домах, того старый гончар не знал.

— Что ж, в бою сосчитаем, — усмехнулся Владигор. Внутреннее напряжение, не отпускавшее его с раннего утра. Сменилось холодным азартом и какой-то веселой уверенностью в успехе всего задуманного. Молодая кровь растекалась по жилам, опьяняя, как славное ладанейскре вино, однако ум оставался ясным и острым, как лезвие кинжала.

— Пора,— решительно произнес Владигор и первым скользнул на тихую, опустевшую улицу.

Но тишина была обманчивой. Уже возле соседнего дома его остановил резкий окрик:

— Эй, ты кто?

На невысоком крылечке, прислонясь к дверному косяку, стоял бореец, видимо, только что вышедший из-за обеденного стола. Даже выпачканную свежими щами бороду не успел обтереть — так, с мелкой требухой, запутавшейся в нечесаной бороде, и повалился на землю. Владигор, мимоходом вытащив свой метательный нож из толстого борейского горла, устремился дальше, стараясь не выходить из густой тени домов.

Сзади послышались крики и звон мечей — его отряд схватился с борейцами. Он не оглядывался. Главная цель находилась впереди, и нужно было достичь ее как можно быстрее.

Вот и караульня, притулившаяся к высокой стене у Перечных ворот. Четверо стражников обеспокоенно посматривали в сторону улочки, почти полностью скрытой от них неказистым сооружением — старой корчмой, и, когда из-за угла выскочил русоволосый парень с обнаженным мечом в руке, мгновенно изготовились к бою.

Мгновенно, да все же не с такой скоростью, какая требовалась, чтобы противостоять молниеносным действиям Владигора. Его упругое тело буквально вклинилось между стражниками, не успевшими отпрянуть, и двоих опрокинуло на землю. Меч, сверкнув на солнце, описал короткую дугу и раскроил голову третьего стражника. Четвертый успел заслониться щитом, но это его не спасло: левая рука Владигора ударила снизу — и широкий охотничий нож, без труда пробив кольчугу, вонзился в борейский живот.

В это время распахнулась дверь караульного домика и на порог вывалились, в спешке мешая друг другу, новые стражники. Владигор прыгнул и ударом ноги в челюсть сбил одного из них, следующего оглушил рукоятью меча. В дверях образовалась свалка. Очумевшие борейцы никак не могли сообразить, что за ураган обрушился на их головы…