Алан Аюпов - Саньяси (СИ)

— Чтоб поржать над бедной девушкой?

— Нет, чтоб понять хорошенькую девушку.

— А ты льстец!

— Я?! Никогда таковым не был. Может, поэтому с девушками у меня ничего не получалось.

— Не понимаю, как ты такой неотёсанный нашёл жену?!

— Хм… Это ещё как сказать… Кто кого нашёл…

— Точно.

— Ты же вон тоже утверждаешь, что я тебе нравлюсь.

— То я шутила.

— Я так и думал.

— Не обижайся. Я просто так сказала, тебя подразнить. Хочешь, я тебя поцелую?!

— О таких вещах не спрашивают. Их просто делают.

— Ну! Тогда держись! — Сказала она, поднимаясь.

Судно дёрнулось, и качка резко прекратилась. Наверху забегали, застучали каблуки.

— Что‑то случилось. — Предположил я.

— Не думаю. — Не согласилась Юлька. Посмотри в иллюминатор.

Я приподнялся. За стеклом было темно.

— Ну и что?

— А то, что перед тобой обыкновенная стена. Э! — Показала язык Юлька. — Прибыли, сэр Саньяси!

— Ты думаешь? — Усомнился я.

— Сейчас увидишь. Придёт капитан и всё. Финита ля комедия!

— Ну‑ну. Посмотрим. — Сказал я, откидываясь на подушку.

Зазвонил телефон. Я поднял трубку.

— Шурик? — Спросил Костэл.

— Да, капитан, я.

— Собирайтесь. У нас очень мало времени. Нам бы успеть выйти из штормовой зоны, пока он не разыгрался не на шутку. А то потом выбираться будет опасно, могут заметить.

— Понял, капитан, приступаем к эвакуации. Вы спуститесь к нам, или как?

— Нет, вы уж поднимайтесь, а я с вами тут попрощаюсь.

— Хорошо. Спасибо, капитан!

— Потом благодарить будете. — Ответил Костэл и положил трубку.

Труднее всего было поднять Аурэла. Но, увидев Юльку, он вскочил, мигом забыв про все свои проблемы. Разобрав вещи, мы поднялись наверх. У борта стоял капитан.

— Ну, вот и всё, господа! Ваше затянувшееся путешествие подошло к концу. — Улыбнулся он.

— Капитан, перерасход я оплачу. — Сказал я.

— Ерунда. Разберёмся. Вы лучше возвращайтесь. Я буду Вас ждать.

— Спасибо, капитан. — Ещё раз поблагодарил я, крепко пожимая ему руку.

Аурэл и Юлька уже стояли на каменном карнизе, долженствующем заменять причал. Я шагнул к ним, придерживаясь за Фалреп.

— Счастливо, Саньяси! — Раздалось у меня за спиной.

От неожиданности я замер с поднятой ногой и обернулся. На меня смотрел капитан, какой‑то очень грустный, печальный.

— Откуда Вы знаете, как меня зовут? — Не удержался я от вопроса.

— Не узнали!.. — Покачал он головой. — Зато я Вас узнал сразу. Моя фамилия Бесенков.

— Как?! — Удивился я.

— Бесенков. Я старший брат Алисы Бесенковой, Вашей одноклассницы.

— А имя?! Её брата Костей звали?

— Правильно. А на местный манер Костэл.

— Понял. Почему ж ты… Вы… Всю дорогу молчали, не признавались?

— Не знаю. — Честно признался капитан. — Может, за Алю беспокоился. Не знаю.

— А причём здесь Алиса? — Не уловил я связи.

— Она до сих пор в Вас влюблена.

— Глупости.

— Увы, нет. — Тяжело вздохнул он.

— Что так тяжко, капитан? Лучше песенку спойте, помните: «Капитан, капитан, улыбнитесь»!

— Да что‑то муторно на душе, не до песен.

— Ладно, капитан, спасибо вам за всё. Привет Алисе. Если повезёт, может, ещё встретимся. Глядишь, родственником стану!.. — Сказал я, берясь за свой вещь мешок.

— Удачи вам, господа! — Пожелал Костэл. — Отдать швартов!

— Есть, капитан! — Отрапортовал я, бросая рюкзак и хватаясь за канат.

Судно как‑то сразу растворилось во тьме бухты, отделившись стеной дождя. Мы с Аурэлом, подхватив рюкзаки, поторопились укрыться поглубже в отверстии пещеры, куда не задувал пронизывающий ветер, не долетали водяные брызги, и где нас ждала Юлька с двумя проводниками. Ещё одна веха моей жизни подходила к своему завершению. Хорошие люди уходили в море, а мы продолжали свой путь. И никому не могло прийти в голову, что это наша последняя встреча.

На следующий день, ближе к вечеру, когда всё и все уже были готовы отправиться на поиски своего счастья, нам принесли печальную весть о том, что шхуна, на которой мы прибыли в город, в полумиле от острова напоролась на подводную мину времён второй мировой войны, сорванную с придонных якорей, по всей вероятности, штормом. В кромешной тьме заметить опасность было практически невозможно. Взрыв был таким мощным, что судёнышко буквально разорвало надвое. Оно затонуло мгновенно вместе с людьми. О трагедии узнали лишь по обломкам, выброшенным на берег волнами. Загадочным остался тот факт, что море не отдало тел погибших.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Друзья

ПРОЛОГ

Он потёр лицо руками и открыл глаза.

«Кажется, что‑то случилось?! Я, наверное, потерял сознание. Вяло проскрипела в мозгу мысль и сгинула в глубинах серого вещества. Веня тряхнул головой. Лес над ним продолжал мирно шуршать листвой. «А почему именно лес?» — Опять хрюкнула мысль и, как бы не соглашаясь с ней, он снова тряхнул головой.

— Ну, чо?! — Раздался почти над самым его ухом очень знакомый голос. — Очухался, или ещё нет?

Он поднял глаза и увидел здоровенного детину, крепко сложённого, в меру упитанного, с волосами ржаного цвета, перевязанными сзади травинкой, образуя что‑то вроде хвостика, с васильковыми глазами, смотрящими весело и чуть насмешливо.

— Я тоже долго оглядывался, пока понял, что жив. — Усмехнулся он.

— Ты кто? — Сиплым голосом спросил Веня.

— Я? — Удивился детина. — Да так!.. Погулять вышел. А ты?

— Я серьёзно? — Прочистив горло, потребовал ответа Веня.

— Геркулес, тебя устраивает? — Усмехнулся парень.

— Тогда я Зевс. — В тон ему ответил Веня.

— Не тянешь!.. — Скептически оглядев сидящего Вениамина, усомнился самозваный житель Олимпа. — Мелковат!..

— Чего?! — Взвился Веня. — А ну, повтори?! — Потребовал он.

— Да не ершись ты. — Улыбнулся детина.

— Я не понял?! — продолжал хорохориться Вениамин. — Ты, кажется, хотел меня унизить!..

— Не‑е! Зачем?! Ты и так не великан. — Рассмеялся новоиспечённый Геркулес.

— Ну, знаешь ли?! — Взревел Веня и размахнулся!.. Кулак ушёл в пустоту, а хозяин его не удержав равновесие, так и рухнул лицом вниз, благо не на асфальт.

— Да не сходи сума, Фофа. — Попросил громила, помогая Вене подняться. — Я не подумал, что ты так болезненно воспримешь шутки относительно своего роста. Извини, впредь буду осторожнее со словами.

— Да ладно. — Отмахнулся Веня, отлепляя ото лба павший лист.