Питер Бретт - Заступник

К тому же в Вудсенде будет не лучше, чем в Доле. Или в Крикет-Ране, если уж на то пошло. Раньше или позже он женится на женщине с ребенком или, хуже того, влюбится и не успеет оглянуться, как будет вынимать скрипку из чехла только по большим праздникам. А может, и обменяет ее на плуг или семена. И тогда станет похожим на других селян.

Ты можешь вернуться домой.

Роджер часто думал о возвращении в Анджир, но постоянно находил причину отложить возвращение до следующего времени года. В конце концов, что может предложить ему город? Узкие улицы, заполненные людьми и животными, деревянные мостовые, воняющие навозом и помоями. Нищие, воры и постоянная нужда в деньгах. Люди, ненавидящие друг друга.

«Нормальные люди», — подумал Роджер и вздохнул. Селяне всегда хотят знать все о своих соседях и без раздумий впускают в дом чужаков. Похвально, тем не менее Роджер горожанин в душе.

По возвращении в Анджир Роджеру снова придется иметь дело с Гильдией. Жонглер, не имеющий разрешения, может поставить на себе крест, но член цеха с голода не умрет. Деревенский опыт поможет ему получить разрешение, особенно если кто-то из членов Гильдии замолвит за него слово. У Арика в городе полно врагов, однако Роджер может разжалобить кого-то из знакомых, рассказав о злой судьбе хозяина.

Он присмотрел дерево, чтобы укрыться от дождя, и, разложив магический круг, нашел сухой трут и развел костер, который, несмотря на все его старания, вскоре погас из-за сырости и ветра.

— Будь прокляты деревушки! — проговорил Роджер, когда его окутала темнота, прерываемая лишь вспышками оберегов, тревожимых демонами. — Будь они все прокляты!

Анджир не очень изменился за время его отсутствия. Роджеру показалось, что город стал немного меньше, но ведь он привык жить на просторе, да и подрос на несколько дюймов. Ему исполнилось шестнадцать. Он стал мужчиной. Роджер постоял у городской стены, глядя на ворота и думая, не совершает ли он ошибку.

У него припасена одна монета, взятая из шапки с выручкой и хранимая им ко дню возвращения, да немного еды в суме. Негусто. Зато первые дни не придется ночевать в приюте для бездомных.

«Чтобы набивать живот едой да иметь крышу над головой, я вполне могу вернуться в деревушки», — размышлял он. Можно пойти на юг к Фермерской Ноге и Каттеровой Ложбине или свернуть на север, где герцог перестроил Ривербридж на анджирской стороне реки.

Если не повезет здесь, сказал он про себя, набрался смелости и прошел через ворота.

Вскоре Роджер нашел дешевую гостиницу, достал из сумы свой лучший наряд, приоделся и вышел на улицу. Здание Гильдии Жонглеров находится недалеко от центра города. Каждый Жонглер, имеющий разрешение на работу, может жить в этом доме при условии, что беспрекословно выполняет любые порученные ему задания и отдает половину выручки Гильдии.

— Дураки, — говорил о них Арик. — Жонглер, готовый отдать половину выручки за кров над головой и жидкую овсяную кашу, недостоин носить это звание.

Так оно и есть. Здесь жили лишь престарелые и бесталанные шуты, готовые брать работу, от которой отказывались другие. Хотя уж лучше такая жизнь, чем полная нищета. На здании Гильдии нарисованы сильные обереги, а его обитатели не склонны воровать друг у друга.

Роджер направился в жилое помещение и после нескольких расспросов уже стучался в нужную дверь.

— Кто там? — спросил пожилой человек, вышедший в коридор.

— Роджер Беспалый, — ответил юноша и, видя, что его не узнают, добавил: — Я был подмастерьем Арика Сладкоголосого.

Лицо человека выразило недоумение, и он начал закрывать дверь.

— Мастер Джейкоб, пожалуйста, — просил Роджер, удерживая дверь рукой.

Старик вздохнул, прошел в небольшую комнату и тяжело опустился на стул. Роджер вошел и закрыл за собой дверь.

— Чего ты хочешь? — спросил Джейкоб. — Я стар, и у меня нет времени на всякие пустяки.

— Мне нужен человек, который мог бы замолвить за меня словечко в Гильдии по поводу разрешения, — проговорил Роджер.

Джейкоб плюнул на пол.

— Арик стал для тебя лишним грузом? — спросил он. — Пьянство сделало его неудачником, и ты покинул хозяина, чтобы работать самостоятельно? — Он взглянул на Роджера. — Если ты думаешь, что я помогу предателю…

— Мастер Джейкоб, — сказал Роджер, поднимая руки. — Арик умер. Демоны забрали его на дороге два года тому назад.

— Держи спину прямо, парень, — говорил Джейкоб, когда они шли по коридору. — Смотри цеховому мастеру прямо в глаза и не начинай говорить, пока к тебе не обратятся.

Он уже не первый раз повторяет эти слова, однако Роджер вновь послушно кивает. Он слишком молод, чтобы получить разрешение, но Джейкоб говорит, что в истории Гильдии его получали и более молодые люди. Лицензию завоевывают талантом и умением, а не возрастом.

Нелегко добиться встречи с цеховым мастером, даже при помощи доверителя. Джейкоб слишком слаб и давно не выступает. Члены Гильдии уважают его почтенный возраст, а начальство старается не замечать бывшего Жонглера.

Секретарь заставил их несколько часов ждать в приемной. Они с завистью смотрели на более удачливых людей, входящих в кабинет. Роджер сидел с прямой спиной, не поддаваясь искушению изменить позу. Время шло.

— Цеховой мастер Коллс готов принять вас, — наконец сообщил служащий.

Роджер тотчас вскочил и помог встать старику.

Юноша никогда не видел ничего подобного кабинету цехового мастера. Толстые, теплые, искусно расписанные ковры покрывают пол. На стенах между картин, изображающих великие сражения, прекрасных женщин и различные натюрморты, висят цветные масляные лампы тонкой работы. Письменный стол сделан из полированного орехового дерева. На нем стоят пресс-папье в виде маленьких статуэток, копирующих большие статуи на постаментах, расставленные по всему помещению. За столом на стене висит в большой раме символ Гильдии Жонглеров, представляющий собой три цветных шара.

— У меня мало времени, мастер Джейкоб, — говорит цеховой мастер Коллс, не поднимая взгляд от кипы бумаг. Это грузный человек лет пятидесяти от роду, одетый в яркий наряд купца или дворянина, а не шутовской кафтан.

— Ты не зря потратишь время на этого парня, — возражает Джейкоб. — Он ученик Арика Сладкоголосого.

Коллс наконец поднимает глаза и искоса смотрит на старик;

— Не знал, что ты общаешься с Ариком, — говорит он, не обращая никакого внимания на Роджера. — Слышал, будто вы поссорились.

— С годами забываешь старые обиды, — сурово замечает Джейкоб, стараясь по возможности не кривить душой. — Я помирился с Ариком.