Мэгги Фьюри - Арфа Ветров

И вот наконец из этого сияния возникла фигура человека, поджарого, долговязого и поразительно знакомого…

— Анвар! — закричала Ориэлла и в безумной радости бросилась к нему, рискуя споткнуться о любой из многочисленных камней под ногами. И вот они обнялись, смеясь и плача, и заговорили, перебивая друг друга.

— Я уж думал, мы больше не увидимся.

— Слава Богам, ты жив!

— А как ребенок?

— Где же ты был?

Потом они обнялись вновь и засмеялись, не помня себя от счастья. Смахнув слезы радости, Ориэлла посмотрела Анвару в глаза, и, едва их взгляды встретились, — она вздрогнула, пораженная силой вспыхнувшей между ними страсти.

— Любимый мой! — прошептала волшебница.

Анвар привлек ее к себе и поцеловал в губы. И Ориэлла вновь пережила страсть и любовь, подобную той, которая когда-то (хотя сама она тогда мало отдавала себе в этом отчет) помогла ей вырвать Анвара из лап Смерти. И вновь их души слились в одну, так что каждый чувствовал счастье другого, как свое, и все в мире перестало существовать для них, кроме этого счастливого единения.

Ориэлла и не подозревала, что между магами возможно такое. Ее первый возлюбленный был смертным, и она не знала еще такой глубокой, пронизывающей все существо близости. И здесь, в разрушенном Храме Иинзы, на обломках злобных мечтаний Жреца, Анвар с Ориэллой, пережившие столько испытаний, познали наконец полную силу любви, которая зародилась некогда из необходимости быть рядом друг с другом и, после того как они вдвоем обошли полмира, переросла в дружбу и страстную привязанность, чтобы принести теперь им обоим счастье.

К тому времени, когда они вновь заметили, что в мире существует еще что-то помимо них, солнце уже ярко освещало разрушенную комнату.

— Какое счастье, что я дождался встречи с тобой, — нежно прошептал Анвар.

Ориэлла ответила ему озорной улыбкой:

— Не могу понять, зачем я заставила тебя так долго ждать.

— Ты здесь ни при чем, — серьезно ответил Анвар и тут же лукаво улыбнулся. — Конечно, если не считать того, что ты всегда была такой упрямой и злой, что просто ужас…

— Не зли меня!.. — начала было Ориэлла, но Анвар не дал ей возразить, вновь поцеловав ее в губы…

— Что же все-таки случилось с твоим ребенком? — спросил наконец Анвар.

На мгновение лицо волшебницы омрачилось, но она тут же решительно заявила:

— Он — просто прелесть. И с ним все будет хорошо — я уверена в этом. Мы найдем способ снять Миафаново проклятие.

С возрастающим огорчением и тревогой слушал Анвар рассказ Ориэллы о Вулфе. Он уже хотел было ответить, как вдруг услышал:

— Добро пожаловать домой, Анвар. — И узнал безмолвную речь Шиа. По кривой улыбке Ориэллы он понял, что и она тоже слышала эти слова. Пантера между тем продолжала:

— Должна предупредить, Ориэлла, что тебя уже ищут. Иначе, конечно, мне и в голову бы не пришло вам помешать…

— Ты все слышала? — Анвар почувствовал, что краснеет, и заметил, что Ориэлла тоже вспыхнула.

— Не услышать вас было трудно! — фыркнула Шиа. — Боюсь, о ваших бурных чувствах стало известно даже в Ксандиме. — Потом она оставила насмешливый тон и продолжала уже мягко:

— Я от души рада за вас, но, увы, мир не хочет ждать. Черная Птица желает побеседовать с тобой, Ориэлла…

— Хорошо, мы сейчас, — вздохнула волшебница. — Только найдем кого-нибудь, кто мог бы перенести нас к ней. — Она перевернулась на другой бок и проворчала:

— Ох, а на чем это я лежу?

— О Боги! — вскричал Анвар. — Совершенно вылетело из головы. Это Арфа, Ориэлла! Я добыл Арфу Ветров!

— Что?! — завопила волшебница. — Гром и молния! Почему же ты раньше мне ничего не сказал? Анвар улыбнулся.

— Понимаешь, меня все время что-то отвлекало… Ладно, давай оденемся, пока мы не замерзли, и я тебе ее покажу. Но все по порядку. — Анвар торжественно вручил ей Жезл Земли и сказал:

— Владей им по праву, о Ориэлла!

Волшебница ухватилась за Жезл с такой радостью и облегчением, что Анвар невольно улыбнулся. Потом он продемонстрировал ей Арфу Ветров, и волшебница залюбовалась сияющим Талисманом.

— О Анвар!.. — Она протянула руку к Арфе, и вдруг Анвар почувствовал, что ему очень не хочется выпускать из рук Талисман Власти. Но и Арфа, очевидно, тоже не хотела менять хозяина. Ее струны издали резкий звук, и Анвар вздрогнул всем телом.

«Нет.., нет!» — пела ему Арфа, Анвар невольно отстранился, когда Ориэлла протянула руку, и с тревогой увидел, как нахмурилась его возлюбленная. Какая-то тень внезапно прошла между ними. Но Ориэлла тут же махнула рукой, вздохнула и покачала головой. Неприятное чувство, возникшее на мгновение, рассеялось, и волшебница с грустной улыбкой сказала:

— Ну что ж, похоже, она сама знает, кто ее хозяин, и это явно не я. Как же я сразу не догадалась! Ну вот, теперь все стало на свои места, Анвар. Я заслужила Жезл Земли, а ты заслужил Арфу Ветров. И, честно говоря, из нас двоих музыкантом можно назвать скорее тебя. — Она глубоко вздохнула. — Лучше и не придумаешь.

Анвар был восхищен и пристыжен ее великодушием.

— Но ведь это именно тебе суждено найти Талисманы Власти, — возразил он.

Ориэлла покачала головой:

— Никто и никогда этого не говорил — ни Левиафаны, ни Драконы. Я знаю лишь, что необходимо вернуть в мир все три древних Талисмана. Дракон сказал, что Меч предназначен для меня, но что касается остальных… Нет, Анвар, я от души рада тому, что Арфа — твоя. После того, что было между нами, невыносимо было бы думать, что волшебные вещи могут нас разъединить.

Анвар обнял ее. О Боги, он был не в силах оторваться от своей возлюбленной!

— Ты, конечно же, сможешь держать в руках Арфу, когда это потребуется, — сказал он. — Пока я еще и сам не научился быть ее хозяином, но потом у нас с тобой будет такая возможность.

Ориэлла серьезно кивнула:

— Я понимаю, что ты хочешь сказать. Но когда я думаю о предстоящей борьбе, я понимаю, что сначала должна сама как следует овладеть Жезлом Земли… Она вздохнула. — И раз уж мы заговорили о борьбе, то нам нельзя терять времени. Сейчас надо уладить все дела с Черной Птицей, а потом я должна вернуться к Вулфу. И если нам еще удастся заручиться поддержкой народа Ксандима, тогда… — Волшебница задумалась, глядя куда-то вдаль.

— Что тогда? — осторожно напомнил о себе Анвар. Лицо Ориэллы стало злым и решительным.

— Тогда мы можем идти на север, на Нексис, чтобы раз и навсегда покончить с Миафаном, а также и с Элизеф. — Она поежилась. — О Боги, как мне надоела эта ее бесконечная зима!

И тут Анвар понял, что сейчас должен сделать. От счастья, что Ориэлла ответила наконец любовью на его любовь, он решил совершить что-нибудь необычайное, удивительное — ей в подарок… Он улыбнулся волшебнице и сказал: