Linnea - Отражение первое: Андерсы? Эвансы? Поттеры?

- Хмм. Так вот зачем ему крыса.

- Да, думаю, надо еще и Корнелиуса подключить.

- Хмм. Что писать-то будем?

- Бери пергамент и перо, - распорядилась Анна.

- Анна, тебе бы армией командовать, - усмехнулся Том. Та только хмыкнула в ответ. Волдеморт положил перед собой пергамент и взглянул на Анну. Та на секунду задумалась. Затем лукаво улыбнулась.

- Пиши.

Через пятнадцать минут проб и ошибок письмо было написано и запечатано.

- А как его отправлять? - поинтересовался Виктор.

- Я принес с собой сову, с которой прибыло письмо.

- Талли, - позвал Виктор. С хлопком появился эльф. - Отправь письмо с той совой, что принес лорд Томас, - домовик поклонился и исчез.

- Надо связаться с Корнелиусом, - произнесла Анна.

- Кстати, как там обстоят дела с ультиматум наших юных гениев? - поинтересовался ехидно Том.

- С понедельника они начинают учиться. В расписании у них уроки, в основном, с Райнвекло. Завтра они начнут посещать Большой зал. Директор не выдержал такого количество вопилок, сколько получил за последние три дня, - рассмеялась Анна.

- Снова твой гениальный план сработал? - усмехнулся Том.

- Том, это было просто.

- Верю.

- Корнелиус помог. Очередная комиссия во главе с Ларденом и дело, как говорится в шляпе, - хмыкнул Виктор.

- О да, наш министр - гениальный актер, по нему просто театр плачет, - усмехнулся Том.

- Даже мы сначала купились на его игру. Понадобилось время, чтобы его раскусить, - усмехнулась Анна.

- Ну что, к Корнелиусу?

- Да.

Два мужчины и женщина исчезли в пламени камина, отправившись в гости к министру магии Корнелиусу Фаджу.

Хогвартс. Учебная неделя после предъявленного ультиматума.

Дни шли. Слизеринцы на уроках почти не появлялись. Все уроки у них стояли в паре с гриффиндорцами. По очкам уни ушли в такой минус, что даже стараться выбраться из этого минуса они могут не пытаться. Райнвекло и Хаффлпафф начали роптать, пока еще очень тихо, но это было. Потрясением для всех стало выступление Грейнджер и Лонгботтома, открыто поддержавших слизеринцев. Райнвекловцы и хаффлпаффцы зароптали сильнее. Два изгоя-гриффиндорца не появлялись в своей гостиной. Где они обитали, не знал никто. А потом началось. В среду в школе начался ад. Каждую минуту прибывали совы, громовещатели орали по всей школе. Потом заявилась комиссия. И директор сдался. Расписание поменяли. Было объявлено, что завтра - в воскресение - слизеринцы появятся в Большом зале, а с понедельника начнут учиться. Вот только очки им никто не вернул

На третьем этаже, в заброшенном крыле, перед картиной, на которой сейчас были леди Клара Фортенгилл, леди Атрея Андерс и лорд Чарльз Андерс сидели Невилл Лонгботтом и Гермиона Грейнджер. За неделю это была уже не первая встреча. Сейчас они обсуждали план по переходу на другой факультет.

- Мне кажется, что ничего не получится, - опустила голову Гермиона.

- Обязательно получится, Гермиона. Поверь, - произнесла леди Клара.

- Это будет не первый случай. Директору придется провести перераспределение. Можно оперировать к закону 1564 года. Его никто не отменял, - произнес Чарльз.

- Что за закон? - заинтересовалась Гермиона.

- Он гласит, что если студент, требующий перераспределения, назовет хоть одного из студентов своего факультета предателем в Большом зале при скоплении более чем ста человек и у него будет доказательство этому, перераспределение должны провести немедленно. Закон Найта Лонгдейла.

- Уф. Где бы найти доказательства и причину для этого, - выдохнул Невилл.

- Не переживай, думаю, что мы обязательно найдем повод, - сказала леди Атрея. - Вы хорошо устроились?

- Да, спасибо вам, что подсказали об этих комнатах, - улыбнулась Гермиона.

- Не за что, моя хорошая, - улыбнулась Атрея.

- Тогда, нам надо думать о поводе и искать, - произнес Невилл.

- Да. У нас получится, - пыталась приободрить себя Гермиона.

Невилл и Гермиона отправились в новое жилье. Завтра воскресенье. Завтра в Большом зале впервые за неделю появятся слизеринцы. Это было требованием со стороны преподавателей.

А слизеринцы все это время занимались своими делами. Получив у своего декана разрешение на использование поля, они начали тренировки квиддичной команды. Первый матч должен был состояться в конце первой недели октября. У них было три недели на тренировки. На поле тренировалась прошлогодняя команда, но без капитана команды Драко Малфоя. Те, кто наблюдали за тренировками, понять причину отсутствия ловца Слизерина никак не могли. А сам Драко тренировался в совсем другом месте с совсем другим составом команды. Правда ловец на тренировку вышел только в пятницу и то сидел на земле. В среду вечером Снейп все-таки выпустил из «заточения» Адриана. А рядом с ними готовилась новая смена квиддических игроков, набранная из второкурсников и третьекурсников. Ребята готовили себе смену.

Первым делом, которым друзья напрягли Адриана, было письмо Темному лорду. Составляли его, чуть ли, не всем факультетом. Так что это было коллективное произведение.

Время, проведенное в библиотеке Слизерина, тоже принесло свои плоды. Они нашли все, что только можно по чарам Фиделиуса. Письмо господину директору было готово. В субботу они подготовили и письма Люпину, Снейпу, Грейнджер и Лонгботтому. Все переслали Марсиану, который и переправил их адресатам.

Завтра воскресение. Завтра они должны присутствовать в Большом зале. Хорошо, что директор все-таки сломался сейчас. Пропустить зрелище слизеринцы не хотели. Правда, их занимал один вопрос: куда пропал лорд Чарльз? Чем, в конце концов, он занят?

А лорд Чарльз был занят двумя, по его мнению, важными делами. Одно - это помощь попавшим в беду двум гриффиндорцам. Но здесь все зависело от случая или стечения обстоятельств. А вот второе - шпионаж за директором Хогвартса. И здесь ему нужна была помощь Вальпурги Блек. К ней-то он первым делом и отправился, после подслушанного разговора, на который его направил Адриан.

- Вал?! - недоуменно позвал Чарльз. На портрете искомое лицо отсутствовало. Чарльз минут тридцать скакал по всем картинам в доме, пока не обнаружил леди Блек в комнате ее сына.

- Вал?

- Ох, Чарльз. Здравствуй, - голос у Вальпурги Блек был грустный.

- Что случилось?

- Знаешь, меня все считают сумасшедшей за то, что я так поступила с сыном. Но Чарльз, я ведь пыталась его защитить. Пусть этого никто не понимал, но это был единственный путь защитить его и семью. Чарльз, он мой сын. Я не хотела ему такой судьбы. Не хотела, - Вальпурга Блек была в истерике. Чарльз утешал ее, как мог, но, к сожалению, ничем помочь он не мог.