Наталья Норд - ремя Вспомнить. Хроники Метрополии. Часть 1

Мейри достала из корзины плетенку с земляникой, с сожалением вспомнила о ягодном пироге, который всегда так хорошо получался у Тай, подумала, вздохнула и налила себе кружку молока. Пока разогревалась печь, сагиня разрезала булку, щедро намазала половинки свежим маслом из глиняного горшочка и сунула между ними кусок ноздреватого выдержанного сыра. Запивая еду молоком, Мейри залила водой и присыпала солью оставшееся в горшочке масло - так оно не пропадет без ледника. В городе в начале сезона лета лед достать было трудно, и девушки не покупали еду впрок. Хорошо, что по улице Осенних Снопов рано утром сновали предприимчивые разносчицы с корзинами, мальчишки с рыбой и свежениной и торговцы с тележками, гружеными овощами: богатые неименитые, жившие здесь, с удовольствием переплачивали пару медных за то, что на рынке можно было купить подешевле.

Полоски солонины уже аппетитно шкворчали на сковородке и запах шел такой, что Мейри совсем не жалела о съеденной булке, как вдруг в сердце сагини будто вонзилась игла. Кружка с остатками молока полетела на пол и брызнула во все стороны беловато-коричневым крошевом. Ощущение разрывающегося на части сердца было резким, но непродолжительным, но за ним нахлынула слабость, сознание заволокло серым туманом. Мейри оперлась о стол, вцепившись в него побелевшими пальцами, дернувшись, задела голым запястьем раскаленную сковороду - боль немного привела ее в чувство. Сагиня постаралась расслабиться, вздохнуть, не потерять сознание и не упасть. Не хватало в доме еще одной припадочной, мелькнуло у нее в голове.

****

Тайила

Дейдра даже не поднялась ей навстречу. Вторая девушка, находившаяся в комнате, судя по скромной одежде и нарочито благонравному выражению лица - компаньонка, бросила на Тай быстрый взгляд и опять склонилась над вышиванием.

Тайила молча смотрела на иронично улыбающуюся Дейдру. Мажордом вбежал вслед за чтицой и принялся что-то бормотать, но хозяйка кивком показала ему, что все в порядке. Слуга вышел, оглядываясь.

― Тайила, ― мягко произнесла Дейдра. ― Тайила Нами. Какой сюрприз! Пришла поблагодарить меня за покровительство? Как тебе работается на новом месте, дорогая?

― Прекрасное место, ― с чувством отозвалась Тай. ― Сразу поняла: ты с душой подбирала, прямо как для себя.

Холодное спокойствие, казалось, текло в жилах чтицы вместо крови. Тайила позволяла ему питать разум и сердце, гневу, даже праведному, внутри нее не было сейчас места.

Губы Дейдры слегка дрогнули, она прищелкнула языком:

― Ошибаешься, дорогая, место для меня уготовано совсем иное.

― В королевском дворце? Ты для этого назвалась родовым именем покойной Магреты?

Дейдра помедлила с ответом, потом повернулась к компаньонке, уши которой даже порозовели от усердного подслушивания.

― Выйди, Веточка, ― приказала Дейдра тоном, не терпящим возражения.

Девушка вышла, притворив за собой дверь. Тайила готова была поставить все свое золото, на то, что она подслушивает под дверью. Но молодая хозяйка встала и плотно закрыла дверь за компаньонкой.

― Может, и назвалась. Вечно я все путаю, ― мило улыбнулась Дейдра, усаживаясь и касаясь струн золоченого санторна, прислоненного к спинке кресла. ― Что ж, Магрета была мне как мать. Что плохого в том, что я пару раз назвалась Текрей? Хочу сохранить память о ней любым способом.

На лице Тайилы явственно читалось: 'Ты полная дура или притворяешься?':

― А как же род Олез? Или юный Жард тебе уже не супруг?

― Жард? Супруг. Перед богами и священным огнем. Ты думаешь, я всем наврала? Хотя, не удивляюсь - ты всегда была обо мне невысокого мнения.

― Четыре...храма, ― чуть не ругнувшись, проговорила Тайила. ― Ты соединена с ним святым браком?!

― Именно, ― спокойно произнесла 'наследница'. ― Мы соединены огненной церемонией в Пятихрамье.

― И все?! Всего лишь ритуалом, который сейчас никто не воспринимает всерьез? Вы хотя бы подписали договор о брачном союзе в документарии?

Самообладание Дейдры чуть было не изменило ей, она бросила на Тай яростный взгляд, но сдержалась и продолжила ровным светским тоном:

― Мне не нужен был договор, он связал бы меня. По нему мы должны были бы жить вместе три года, соблюдая супружескую верность. Это не в моих интересах. Кто сказал тебе, что я хочу за него замуж? У меня другие планы, и мелкий владетель - это не та партия, которую я готова принять.

― Ах, верность? ― Тай покачала головой. ― С браком ты получила бы защиту...

― Защиту? ― струны санторна жалобно звякнули под небрежным прикосновением. ― О какой защите ты говоришь, Тайила Нами? Папочка Жарда, господин Гераш, в замке старался разлучить нас, а потом вдруг сам предложил, чтобы я соединилась с его любимым сыночком. Но я уже почувствовала вкус Патчала, поняла его возможности. Я согласилась только на святой брак. А что? Знаешь, дорогая, в окружении никчемыша, каким является мой супруг, и честолюбца - его отца, мне приходится заботиться о себе самой. Жард меня защитит? ― Дейдра горько рассмеялась. ― Он бежит на свисток своего отца подобно хорошо выдрессированной собаке. Если его отец будет мне благоволить и дальше, то Жард будет с радостью пользоваться мной, но если его женят на другой, он будет смотреть в окно и вздыхать по мне, но никогда не посмеет отстаивать свое право на личные решения. Ты права - никто и никогда не воспримет святой брак серьезно. А мне и лучше! У меня уже есть несколько покровителей, а дальше все изменится!

― Боги, все еще хуже, чем я думала, ― пробормотала Тай.

― Какое вообще твое дело? ― взвилась Дейдра, не выдержав игры в благочинность. ― Вечно строишь из себя опекуншу! Я думала, уеду и отдохну от вас, а ты и здесь меня нашла! Ни ты, ни Релана никогда не оставляли меня в покое! Кратти, эта...умалишенная...Одна Латия...

― Не вспоминай Латию! ― выкрикнула Тайила.

― Чего вдруг! Она единственная меня жалела! Вы все обращались со мной, как с маленькой дурочкой! Она единственная среди вас, кто может слышать других!

'Она не знает', ― поняла Тай.

― Изображали из себя благовоспитанных девиц! Одна Латия могла меня выслушать. Да! Я все помню! Мне было тринадцать лет, вы все пошли на церемониал, а меня не взяли, ― из глаз Дейдры брызнули слезы. Она вскочила и забегала по комнате. ― А я плакала, и только Латия принесла мне потом веер и шкатулку, отдала мне подарок, который полагался ей! И много раз происходило так: вы шушукались, а меня выгоняли из комнаты! А я шла к Латии, сидела там и ждала, когда она придет и поговорит со мной, как со взрослой! У нас даже были свои секреты! И ей одной я писала письма, когда сбежала. А потом она перестала отвечать! Ни строчки! Вы ее отговорили, я знаю! Ты ее отговорила писать мне! Вы отняли у меня любовь Магреты!! Вы все! Ту любовь, на которую я имела полное право! И единственную мою подругу вы тоже отняли!