Елена Лобанова - За Пределом

— Непредсказуемые… Лучше не надо. Ну, а где сам строитель Пределов? — Нэрнис уже предпочел бы Творца воздвигшего Предел. Неизвестное существо такой силы его не радовало. Судя по тому, как молча пил Ларгис, Разведчик тоже был не в восторге.

— А существо может быть только здесь. Если оно живое, то через Предел не проникнет. Не оставлять же ценность без присмотра.

— А что ему, мало преград? Защитил — лучше некуда и сидит теперь где-нибудь там, за Пределом. Пройти через собственное творение он, вероятно, может. Или убрать. Как сделал, так и уберет. Кстати, Даэрос… — Нэрнис обнаружил и у себя идею. — Мы привыкли считать существо, скажем так, злым. Это потому, что здесь остались Темные, и орки их чуть не извели. Но Предел же не только не пропускает насквозь ничего живого! Он не уничтожил ничего, в смысле — никого, когда появился. А вода и воздух… представь, что Предел стал бы преградой для воды и воздуха. Морские течения изменились, реки в него уперлись и разлились внутри Предела, новые направления ветров… это было бы просто ужасно. Вспомни реку в Малерне, представь, что она вдруг столкнулась с Пределом. Полгорода смыло бы… того, который здесь остался.

— Ага, Благодетель-Пределостроитель! Ладно, ты во многом прав. — Даэрос разлил остатки извиняя по стопкам. Совет пора было заканчивать — время поджимало. — Но я все-таки считаю, что существо, а может и не одно — здесь. И если оно попытается пролезть за своим ценным кладом, то мы об этом узнаем. Ларгис, отныне Вы — хранитель Предела! Имеете право. Амалиросу я напишу.

Разведчик был не просто польщен, а очень польщен. Звание, конечно, было уникальным, но Ар Туэль, воспитанный самим Амалиросом, знал, что к званиям прилагаются обязанности.

— А как я его должен хранить?

— Вернемся, будете каждый день проходить по коридору и чувствовать свою пещеру. Вы же обратили внимание на изменение объема? Не успели еще? Тогда пойдите и выполните эту задачу. А то вернемся, и Вы поднимете ложную тревогу. Описываю, чтобы Вам проще было: стены внутри ровные, прямые без уклона, пол — тоже, потолок куполом. Прочувствуйте объем и запомните его, как собственное имя. Малейшее изменение — повод бежать наверх и ловить того, кто пытается проковырять потолок.

— Но это же теперь невозможно!

— А вдруг? Хранители для того и нужны — на всякий случай. Может, рядом попытаются прокопать… И вообще, где гарантия, что такое «яйцо» — одно? Придется Вам изучить все местные коридоры. Нэрьо, пошли к Воительнице, буду ей на кирасу погремушку пристраивать. Плохая была идея. Всю дорогу будет, как ты говоришь, «звенькать». Ларгис, идите изучать. Кое-что я Повелителю напишу, но остальное передадите на словах, лично. И пусть все-таки организует разведку. Нэрьо может оказаться прав. У Предела есть еще один немаловажный и удивительный загиб — тот, который отрезал половину Малерны. Зачем-то же он так изогнут в этом месте.

— Точно! — Нэрнис даже хлопнул по столу стопкой, как гном в кабаке. — Малерна фар Бриск ближе всех живет к Пределу…

— Нэрьо, перестань. Это уже слишком. Она же не восемьсот лет живет. И если бы она Пределы строила, то вот этим… — Даэрос выложил на стол кольцо с розовым тарлом. — Ты бы не отделался. Носи. В память о нашем знакомстве.

Светлый взял кольцо. Надо же… как недавно и как давно это было — алчная кабатчица «благородных» кровей, заброшенный в Ткань Предела на зло всем запретам плащ, бегство из Малерны, обретение Полутемного брата и вполне человеческой сестры — у некоторых и за тысячелетия столько всего не происходит. И вообще никогда не произойдет.

Надо будет поблагодарить дядю Далиеса, за этот тарл «на всякий случай». Вряд ли старший родич Аль Арвиль предполагал, что «всякий случай» может подкрасться именно так: жадная фар Бриск увидит на плаще двадцать три тарла и решит, что они все такие же настоящие, как и этот — бесценный двадцать четвертый. Да без этого камня вообще ничего не случилось бы — не пришел бы к старой пройдохе глава гильдии гранильщиков, не увязался бы за ним Даэрос. Конечно, они бы и не напились, и Пелли не спасала бы некоего Светлого… Страшно представить, но и заплутавшая в степи Вайола могла погибнуть на жаре в своих неснимаемых доспехах. Получалось, что один не самый дорогой розовый тарл стоил всех тарлов на свете.

Нэрнис надел кольцо и собрался искренне поблагодарить брата за ценный подарок. Благодарить оказалось некого. Пока Аль Арвиль размышлял о роли случайностей в жизни, Даэрос и Разведчик ушли. А он даже не заметил. «Ну, и какой я после этого Властелин?» Нэрнис решил, что ответ на этот вопрос давно известен — фальшивый, как двадцать три тарла. Ну, и ладно! Светлый подышал на камень, потер его о рукав рубашки и отправился к Пелли рассказывать историю обретения их «семейного перстня». Легендарная вещь — как ни крути.

Даэрос как мог торопился закончить с делами. Когда были проверены лошади и пересчитаны все гвозди в подковах, Полутемный отправился ужинать к Инэльдэ. Но вечер, который утром обещал быть замечательным, как-то сам собой превращался в беседу ни о чем. Правительница видела, что что-то происходит, но единственную причину задумчивости Открывающего видела в предстоящей разлуке. Аль Ктэль и сам понимал, что ведет себя неестественно. Так и до новой обиды не далеко. Ситуацию надо было исправлять.

Полутемный оторвался от своих размышлений. Лежал же рядом с Инэльдэ этот «камень» столько лет и еще пролежит. Накручивать себя и постоянно думать «вдруг что-нибудь случится, пока меня не здесь нет», было бесполезно. Полезнее было следовать плану, который Ар Ктэль утвердил сам для себя не далее как сегодня днем.

Эффектное признание в любви, в присутствие толпы подданных, на которое отважилась Инэльдэ, требовало соответствующего ответа. Собирать Темных и громко кричать Даэрос не намеревался. У него в запасе имелся другой способ произвести неизгладимое впечатление.

Инэльдэ Ар Туэль ожидала, что после примирения и разговора с Даэросом и… Айшаком, Полутемный сделает шаг навстречу. Не есть же он, в самом деле, собирался на ночь глядя. Или — не только есть. Ожидания оправдались. Но выглядел Ар Ктэль так, как будто он не в любви признается, а сознается в преступлении — виновато. Это несколько отвлекало. Конечно, все девы мечтают услышать, что их избранник был сражен наповал с первого взгляда, как только так — сразу, и уж точно — навсегда. Еще бы и получить подтверждение этим самым банальным заверениям на свете про «первый взгляд». Жаль, что традиционные фразы утратили большую часть смысла, а Ар Ктэль не придумал ничего оригинального.

Покончив со вступительной частью, Даэрос немедленно приступил к завершающей стадии. Таких как Инэльдэ надо было вязать обещаниями быстро, пока они не вспомнили о своём главенстве везде и во всем. Правительница, похоже, была близка к тому, чтобы ощутить себя сидящей в Зале Стены на одиноком и недосягаемом троне. Проверка показала, что так оно и есть. Над предложением Брачного Союза Инэльдэ задумалась надолго. Дева ясно давала понять, что чувства — чувствами, а такое важное решение требует обдуманного подхода. Злопамятная.