Раймонд Фейст - Осколки разбитой короны

— Вон там, капитан, — махнул рукой торопившийся мимо солдат.

Эрик пошел в указанном направлении и обнаружил, что дюжина его солдат ставила палатки.

— Спасибо, Джедоу, — сказал он, когда увидел, что его палатка уже готова. Он бросился на постель и через секунду заснул.

— Дайте сигнал тревоги, — сказал Дэш.

— Как-как? — изумленно переспросил Патрик.

— Я сказал, дайте сигнал тревоги. Объявите, что на город наступает кешианская армия, а укрывающиеся в городе вражеские солдаты готовы атаковать предписанные им позиции. Только вот они не застанут наших воинов врасплох — те будут наготове.

— Вам не кажется, что это чересчур? — спросил недавно прибывший из Родеза герцог Руфио.

Дэш немного общался с ним при дворе короля в Рилланоне; Руфио был человеком деловитым, компетентным администратором, неплохим военным советником и хорошо управлялся с конем и мечом. Для Крондора в его теперешнем кризисном состоянии он совершенно не годился. Руфио, подумал Дэш, был бы прекрасным распорядителем двора при талантливом монархе с блестящим военачальником. К несчастью, здесь он мог опираться только на Патрика и Дэша, и Дэш был уверен, что теперь ему придется импровизировать и проявлять инициативу, иначе Крондор будет потерян.

— Да, ваша светлость, чересчур, — ответил Дэш, — но лучше выдворить их, когда мы к этому готовы, чем допустить, чтобы они напали на нас сзади во время наступления. У меня есть достаточно доказательств того, что в канализации хранятся запасы оружия и пищи, чтобы заговорщики могли подкрепить любую атаку снаружи вооруженным мятежом в городе.

— Если атака вообще будет, — сказал Патрик.

Принц сомневался во всей этой идее. Он был убежден, что переговоры в Звездной Пристани рано или поздно приведут к решению вопроса. Даже сообщение о том, что Малар Энарес был кешианским шпионом, и отсутствие ответа на запрос о прибытии Джимми в Порт-Викор не убедили его в том, что над столицей Западных земель висит угроза внезапного нападения.

Дэш никогда не был близок к Патрику. По возрасту к нему были ближе Джимми и Франси, а когда Дэша и Джимми. отослали из дворца познавать жизнь в доках Рилланона, Патрик учился дипломатии при восточных дворах. И когда они выросли, симпатии между ними не возникло; Дэш был уверен, что какие-то достоинства у Патрика есть, но он, хоть убей, не мог вспомнить какие.

— Если ты знаешь, кто эти люди, которые прячут оружие и еду, почему ты их не арестуешь? — поинтересовался Патрик.

— Потому что сейчас у меня меньше сотни стражников, а вражеских солдат в городе рассеяно, по моим подсчетам, около тысячи. Как только я арестую первую группу, остальные залягут на дно. Думаю, некоторые укрываются на стоящих у берега кораблях, и на торговом дворе за воротами тоже может кто-то быть, а кто знает, сколько прячется в канализации? Но если я подам сигнал тревоги, а вы разместите солдат в ключевых точках в городе, с помощью моих стражников мы сможем справиться с этой угрозой.

— Из Родеза подходят две сотни моих солдат, — сказал герцог Руфио. — Они будут здесь через неделю — может, тогда?

Дэш изо всех сил постарался скрыть свое раздражение. Ему почти это удалось.

— По крайней мере позвольте мне нанять больше людей, — попросил он.

— В казне мало денег, — ответил Патрик. — Тебе придется обойтись тем, что есть.

— А как насчет добровольцев? — спросил Дэш.

— Если кто-то захочет служить добровольно, прими его. Может, после войны мы сумеем заплатить. — Похоже, терпение у Патрика кончалось. — Это все, шериф, — сказал он.

Дэш поклонился и вышел из кабинета. Шагая по коридору, он погрузился в размышления, из которых его вывело неожиданное столкновение с Франси.

— Дэш, — воскликнула она так, будто была действительно рада. — Давно тебя не видела!

— Я был занят, — бросил он, все еще ощущая раздражение от того, как Патрик отмахнулся от его идей.

— Все заняты. Отец говорит, что твоя работа еще более неблагодарная, чем во дворце, но ты хорошо с ней справляешься.

— Спасибо, — сказал Дэш. — Вы останетесь в Крондоре после того, как герцог Руфио занял свой пост?

— Через неделю мы с отцом уезжаем в Рилланон, — сказала Франси. — Нам надо готовиться…

— К свадьбе?

Франси кивнула.

— Никто не должен этого знать; король обо всем объявит, когда ситуация станет поспокойнее… — Она выглядела встревоженной.

— В чем дело?

— Ты что-нибудь слышал о Джимми? — спросила она, понизив голос.

— Нет, — ответил он.

— Я о нем беспокоюсь, — призналась Франси. — Он так быстро уехал, и мы не успели поговорить… обо всем.

Обсуждать это у Дэша времени не было.

— Франси, с ним все в порядке, а если ты хочешь поговорить, то после свадьбы, когда станешь принцессой Крондора, пригласи его на аудиенцию в саду.

— Дэш! — воскликнула Франси обиженно. — Почему ты такой злой?

Дэш вздохнул.

— Потому что я устал и раздражен, а твой будущий супруг, он… ну, он опять выступает в том же духе. И если хочешь знать, о Джимми я тоже беспокоюсь.

Франси вздохнула.

— Он и правда расстроился, что я выхожу замуж за Патрика?

Дэш пожал плечами.

— Не знаю. В какой-то мере да, но в то же время он знает, что все так, как должно быть. Он… запутался, как и все мы.

Франси вздохнула.

— Я просто хочу, чтобы он был моим другом.

Дэш заставил себя улыбнуться.

— Об этом не беспокойся. Джимми по натуре отличается верностью. Он всегда будет твоим другом. — Он слегка поклонился. — Ну, миледи, мне пора. Дел много, и я уже опаздываю.

— До свидания, Дэш, — сказала она, и он почувствовал в ее голосе печаль, будто они расставались навсегда.

Субаи был изумлен, как и любой другой человек, впервые попавший в Эльвандар. Его провели к большой поляне, сердцу эльфийского поселения, и когда он увидел гигантские сияющие деревья, то впервые за много лет потрясенно воскликнул:

— Килиан! Какая радость!

— Из всех божеств, которым молятся люди, — сказал Аделин, — мы почитаем Килиан больше всех.

Он отвел усталого и голодного капитана к тронному залу, и когда Субаи туда добрался, он чувствовал себя куда лучше, чем прежде. Он подозревал, что причина крылась, как говорили легенды, в магии этого места.

Субаи поклонился сидевшим на возвышении: женщине потрясающей, хотя и чуждой красоты и высокому, крепко сложенному, молодо выглядящему человеку.

— Ваше величество, — приветствовал он королеву Агларанну, а потом еще раз поклонился ее спутнику: — Милорд.

— Добро пожаловать, — сказала королева мягким и мелодичным голосом. — Ты проделал долгий путь и подвергался большой опасности. Отдохни и расскажи нам, что сообщает твой принц.