Терри Брукс - Дети Армагеддона

— Вы соглашаетесь потому, что вы поступаете правильно. Я сказал вам правду. Меня не волнуют девушка, лекарства и все остальное. Я здесь по одной-единственной причине — выяснить, тот ли это мальчик, которого я ищу. Я не могу узнать это, не поговорив с ним. Он скажет мне то, что я хочу знать, и я уйду отсюда, — он помолчал, глядя на Этьена Коула. — Почему вы так боитесь?

Коул побагровел, губы его затряслись так, словно он собирался дать отповедь наглецу. Потом он решил не связываться и просто кивнул.

— Хорошо. Пойдем.

Они вошли в дверь и попали в коридоры компаунда. Логан разрешил себя обыскать, и руки стражников пробежали по его телу, обшарили карманы. Ощущение не из приятных, Логан давно не позволял никому дотрагиваться до себя. Но когда они попытались забрать у него посох, он воспротивился, заявив, что по долгу служения дал клятву не расставаться с ним. Коул счел их спор несущественным, так как видел посох так, как видят его обычные люди. Он нетерпеливым жестом пригласил Логана вперед. Приняв решение позволить Рыцарю Слова поговорить с пленником, Коул явно хотел побыстрее покончить с этим делом.

Сопровождаемые охраной, они зашагали по коридорам, то поднимавшимся вверх, то уходящим вниз. Потом они спустились во внутреннюю часть компаунда. Здесь все было сделано из бетона и стали — неразрушимое, функциональное, с гладкими поверхностями. Логан ненавидел такие места, считал их безжизненными и притупляющими всякие чувства. Настоящие могилы для живых. За этими стенами и воротами отсутствовал уют, в громадных помещениях не возникало ощущение покоя или уверенности, и, когда ему доводилось попадать внутрь, он чувствовал, как рвется связь с миром.

Однако Логан оставил свои чувства при себе, сосредоточившись на цели прихода и начиная волноваться оттого, что его путешествие близится к завершению. Сейчас он выбросил из головы опасение, что Ястреб — не странствующий морф. Он также не беспокоился о том, что будет делать дальше, если тот окажется морфом. Характер этого опасного предприятия (ясно, что парень балансирует на краю могилы) потребует от Логана мгновенных решений. И это будет нелегко, ведь он научился выживать благодаря тому, что заранее обдумывал свои действия. Но здесь попытка выстроить план может привести к ошибке, которая выдаст его намерения Коулу и другим охранникам, а он не должен дать им ни малейшего повода рассматривать его как угрозу.

Они забрались уже довольно далеко в глубь компаунда, когда Коул остановился перед железной дверью, одной из нескольких, выходящих в коридор. Он окликнул охранника, и тот принес ключ и отпер замок. Дверь со скрипом отворилась, охранник отступил, и Коул жестом пригласил Логана войти. Логан немного помедлил.

— Мне нужен свет, — заявил он. — Так я смогу хоть что-то разглядеть, когда вы закроете дверь.

Коул вручил ему работающий на батареях фонарь.

— Давайте побыстрее. Крикните, когда закончите. Кто-нибудь вас выпустит.

Логан молча взял фонарь, зажег его и шагнул мимо Коула в камеру. Дверь за ним с негромким хлопком затворилась, и он услышал удаляющиеся шаги.

Ястреб стоял прямо перед ним, не более чем в шести футах, щурясь от яркого света. Он был худощавый и не очень высокий, с копной растрепанных черных волос и глубоко запавшими глазами, казавшимися темными, пока луч света не выявлял их зеленый оттенок. Он не производил глубокого впечатления, не выказывал никаких эмоций, и не было никаких признаков того, что он является не тем, чем кажется. Логан отвел фонарь в сторону, давая глазам парня привыкнуть к свету.

— Мое имя Логан Том, — представился он и, не двигаясь с места, направил луч света на себя, чтобы мальчик мог его рассмотреть. — Я — Рыцарь Слова. Ты знаешь что-нибудь о нашем Ордене?

Паренек покачал головой и ничего не сказал.

— Твои друзья сказали мне, где тебя найти, — продолжал Логан. — Сова сказала, что ты пошел на встречу с Тессой. Я догадываюсь, что встреча не состоялась.

Ястреб вновь промолчал, пристально разглядывая незнакомого человека.

— Твое имя Ястреб?

Парень кивнул.

— Я ищу кое-кого. Думаю, что это можешь быть ты, — Логан сделал паузу и указал на пол. — Сядь рядом со мной. Я покажу тебе нечто интересное.

Он уселся на пол, скрестив ноги, спустя какое-то время к нему присоединился Ястреб. Логан разместил на полу фонарь, теперь его свет падал на пространство перед ними, и бледное световое пятно захватывало обоих. Потом он отложил посох, сунул руку в карман и извлек черную ткань и костяшки пальцев Нест Фримарк. Логан аккуратно расстелил ткань на полу, разгладил морщинки и взглянул на мальчика.

— Вот каким образом я нашел тебя, — объявил он.

Логан уронил кости, и они раскатились по черной ткани белесыми палочками. Мгновение они лежали там, куда упали. Потом они стали двигаться, формируя ладонь и пальцы, приобретая вид правой руки Нест Фримарк. Логан видел, что Ястреб сначала вздрогнул, потом успокоился, на его склоненном лице выразилось удивление.

Кости собрались вместе, медленно объединяясь в суставах, дополняя друг друга, пока не образовалась целая ладонь.

Указательный палец выпрямился и нацелился на парня.

Логан затаил дыхание, выжидая, желая удостовериться, потом потянул ткань в сторону, одновременно поворачивая ее. Как только он это сделал, кости содрогнулись и начали двигаться, перестраиваясь так, чтобы вновь указывать на Ястреба.

Логан выдохнул с облегчением.

— Это ты, — сказал он тихим шепотом.

Ястреб глядел на него в полном недоумении. Оставив кости там, где они лежали, Логан наклонился к нему, упершись локтями в колени.

— Позволь мне рассказать тебе одну историю, Ястреб.

Снаружи, в коридоре, оставленный наблюдать охранник прислонился к двери и, прислушиваясь, прижал ухо к щели между дверью и запором. Этьен Коул велел ему постараться узнать, чего этот человек хочет от беспризорника. Этьен не доверял пришельцу, хотя и позволил ему войти в компаунд. Этьен вообще не доверял чужакам, что, по всей вероятности, способствовало безопасности обитателей компаунда. Лучше не верить тому, кого вы не знаете, — охранник слишком часто в этом убеждался. Нельзя ни в чем быть уверенным, когда дело касается чужаков.

Он упорно вслушивался в близкую тишину, но слышал лишь собственное дыхание. Стальная дверь оказалась слишком толстой и глушила все звуки изнутри. Было бы лучше, если бы они оставили дверь приоткрытой. Тогда он мог бы что-нибудь расслышать. Но Этьен никогда не согласится так рисковать. Дверь открыли, чтобы впустить этого человека, и откроют опять, чтобы выпустить его. И больше к ней никто не прикоснется до самого до заката.